Потерянное эхо

— Летал, — сдержанно кивнула Рубидия и и ей, и Тидесбале одновременно. Юлчы тут же потянулась к установке и лабораторному журналу, куда магессы заносили все ключевые события, частоты для вызова эха и время эксперимента, чтобы в дальнейшем было проще найти необходимый момент. Вырос этот журнал из стихийных записей Тидесбалы, и майстерин не могла не ругать себя, что не догадалась сразу завести специализированный документ для установки. Не пришлось бы запоминать все частоты и держать в голове все поправочные коэффициенты для расчетов.

Лисентирин привычно вызвало эхо, и на экране кинескопа замелькали картины то ли с учений, то ли с какого-то смотра: авиары, а ещё Эрсин в парадной форме, с аксельбантом и эполетом, как и полагается, а самое главное — при крыльях. Цвета, конечно, не разобрать, но видно, что это именно он, адмирал Илаи, со своим ледяным спокойствием, похожий и непохожий на сестру одновременно.

Виенна сидела без движения в тишине, прерываемой лишь помехами и командами по-деймарски. Казалась, она полностью поглощена образом на экране, и лишь когда изображение потускнело, а затем и совсем исчезло, похожая на статую сильтка вновь ожила.

— Я же так и думала, что он должен быть из “летучих мышей”, — горько усмехнулась она, — то есть, похоже, правильно это помнила. Хотя я никогда не видела крылья вживую. Только недавно довелось посмотреть на них, но и те сломанные и без авиара…

Так вот почему Виенна тогда оказалась именно в той брассери! Она пришла из-за крыльев, как и сама Рубидия!

— Это были именно его крылья, — тихо заметила майстерин.

— Что? — не поняла Виенна.

— Это были крылья Эрсина.

— Да не может этого быть! — вспыхнула сильтка, но за её возмущением и гневом чудился страх. — Они же все одинаковые! Вам откуда знать?! Его же не могли сбить! Не так по-дурацки!

Под тихий тревожный перезвон колокольчиков и украшений Тидесбала опасливо отступила к своей майстерин. Рубидия её понимала и совершенно не осуждала. Резкие перемены настроения у Виенны определённо её тревожили, особенно если вспомнить, что сильтка вооружена и в любой момент может об этом вспомнить.

— Успокойтесь, пожалуйста, — попросила майстерин Виенну, но та лишь отмахнулась.

— На крыльях не написано, чьи они, и таких совпадений не бывает! Тем более ты говоришь, что он адмирал… Адмиралы на переднем краю не воюют и в свежих окопах не сидят, это я точно знаю!

— Виенна, пожалуйста, послушайте меня, — чуть повысила голос Рубидия, но не для того, чтобы перекричать сестру Эрсина — всё равно не получилось бы. Нет, нужно было просто, чтобы та её услышала и обратила внимание, а тихими увещеваниями сквозь чужие мысли и внезапный страх точно не пробиться. — Виенна, Эрсин жив и в Деймаре! Он пока ещё жив!

Сильтка рвано обернулась к ней, прошипела со странной злостью:

— Что значит “пока ещё жив”?! Что ты хочешь этим сказать?

Сработало, хоть и не так, как предполагала алая майстерин.

— Он жив, но ему нужна помощь. Моя помощь, — спокойно подчеркнула Рубидия, не отводя взгляда. Виенна продолжала смотреть на неё с опасным холодом в льдисто-серых глазах, собранная и явно готовая к атаке.

— Майстерин… — прошелестело за плечом, но Рубидия медленно подняла руку, молча призывая лисентирин ничего не предпринимать.

— Эрсина ранили во время недавнего нападения на Нердин, а сейчас обвиняют в провале Нердинской операции и государственной измене. Я приехала в Сильту ради того, чтобы разобраться в происходящем, найти эхо тех событий и доказательства, которые могут помочь вашему брату, Эрсину Илаи.

Майстерин Гаусс говорила спокойно и умышленно старалась повторять имя друга, которое было столь важно для его сестры. Если для неё имена — это ниточки, которые связывают прошлое и воспоминания с реальностью, то, быть может, хотя бы через имена Виенна услышит Рубидию. Они ведь не враги, пусть и не союзницы и совсем не знают друг друга. Кажется, делить им нечего, а значит, повода для битвы тоже нет.

— И где же вы собрались искать своё эхо? У неразорвавшихся снарядов спросите, кого из авиаров они должны были сбить?

Виенна всё ещё язвила, но злилась, кажется, чуть меньше и потому готова была выслушать майстерин Гаусс. По крайней мере, так показалось после её слов самой майстерин.

— Нет, мне нужно было эхо с крыльев.

— Так вот почему вы так смотрели на них у Берница! — догадалась Виенна, — А я-то пыталась понять, зачем юлчьиларке сломанные авиарские крылья.

— Я не юлчы, — пожала плечами Рубидия.

— Но были вполне убедительны, майстерин, — тут же вклинилась в разговор Тидесбала. Виенна в ответ на её заявление закатила глаза.

— Не то чтобы убедительны, скорее уж выглядели весьма экзотично и поэтому смотрелись не слишком подозрительно. Так оно всегда и работает, городских сумасшедших редко подозревают в серьёзных делах.

А вот это уже очень любопытное и важное признание.

— Делитесь личным опытом? — поинтересовалась майстерин Гаусс у сильтки, та окончательно расслабилась и ухмыльнулась:

— Туше, майстерин. Выходит, нас обеих привели к Берницу крылья. И что будете делать теперь?

— Мне всё ещё нужны эти крылья, а суд уже завтра.

— Вы не успеете, — с горечью вздохнула Виенна. — Если с крыльями ещё можно что-то сделать и вернуть их пораньше, я всё равно обещала Берницу помочь, то вернуться в Деймар вы не успеете. Даже если опять переоденетесь юлчьиларкой, сейчас вас из Сильты не выпустят.

Рубидия склонила голову, признавая её правоту. На поезде не успеет, но если воспользоваться вихревым пробоем… только как его направить? Вихрь можно было бы распространить вдоль потока… Потока? Подождите-ка…

— Фрайфрау, вы ведь помните ваш кулон? Они у вас с братом парные из кристаллов-двойников? — выпалила майстерин, ухватив внезапную мысль. Только бы не ошибиться…

В ответ Виенна медленно кивнула.

— Да, кулоны были парными, Эри заказал их для нас из кристалла, который подарили отцу, а я случайно сломала. Если я правильно помню, Эри носил свой, почти не снимая.