Летописи Кота Баюна

— Как так? И что ты им сделаешь? — Яна недоверчиво посмотрела на кота. Здоровый он конечно, но такой, не воинственный что ли. — Спинку почешешь?

— Тебе лучше не знать, спокойнее спать будешь и кошмары мучить не будут. — Так же ласково промурлыкал Цезарь. Вот как у него это получается?

— Ну и ладно, я и так догадалась. Тобой отравятся, а тобой, Василиса, подавятся. А я успею убежать. — Яна обидчиво задрала нос, потом представила, как это выглядит со стороны и рассмеялась.

— Ты нас бросишь на съедение волкам? — Возмутилась в притворном ужасе царевна.

— Нет конечно, я скорее их сама съем или покусаю хотя бы. — Успокоила подругу Яна.

— Тихо, старушки мои звонкоголосые, я что-то слышу. — Цезарь остановился и припал к земле.

Яна с Василисой замерли, они не слышали ничего необычного.

Цезарь поднялся и махнул лапой в сторону. — Там волки кого-то рвут, слышу лошадь и крики маленьких людей, детей в общем.

— Бежим! Цезарь, показывай дорогу! — Яна с Василисой, не сговариваясь, рванули в сторону, где по словам Цезаря, творилась беда.

— Догоняйте. — Цезарь исчез молниеносно, передвигаясь гигантскими прыжками, собираясь закончить с волками раньше, чем туда добегут его отчаянные бабуси.

Дымка неспешно трусила по лесной дороге и Всемил слегка задремал под размеренную тряску телеги. Его разбудило тревожное ржание Дымки, лошадь резко перешла на рысь, несмотря на усталость. Всемил огляделся, он сразу заметил тени, стелющиеся вдоль дороги и вспыхивающие огоньки глаз.

— Что случилось, сынок? — Матрёна проснулась от тряски и спросонья ещё ничего не видела.

— Матушка, там волки, большая стая. — Голос Всемила дрогнул и он крепче сжал вожжи.

— Боги пресветлые! — Верея держась за края телеги, вглядывалась в сгущающиеся сумерки.

Матрёна побледнела, перехватила вожжи у сына и подстегнула Дымку.

— Держитесь! Верея, придержи Дарёна!

Лошадь перешла в галоп, телега тряслась и скрипела, грозясь развалиться на каждой выбоине. Волки перестали скрываться, держась на одной линии с телегой и забегая вперёд. Вой стал азартным, они уверенно загоняли добычу. Обезумевшая от страха, Дымка неслась, уже не разбирая дороги. Матрёна с детьми, подвывая от страха, могли только держаться, чтобы не вылететь на кочках и молиться всем богам.

Услышав далёкий волчий вой, Берислав забеспокоился. Сызмальства ходивший с дедом на охоту и отлично знающий повадки ночных охотников, он понял, что стая загоняет добычу. Раздавшееся следом ржание лошади смело все сомнения и Берислав пришпорил коня. Теперь уже были слышны женские крики и визг смертельно испуганной лошади. Как же темно. Нужно быстрее, ещё быстрее.

Луна, выглянувшая из-за туч, осветила для него страшную картину. Дымка отбивалась от двух волков, пытающихся вцепиться ей в горло, вставая на дыбы и молотя копытами. В телеге стояли Матрёна и Всемил, топором и ножом не давая остальным подобраться к лошади со спины. Верея размахивала скалкой.

Ему повезло, волки пока развлекались, они ещё не нападали всерьёз, просто натаскивали молодняк, иначе всё закончилось бы в считанные секунды.

Берислава заметили сразу и наперерез ему вышли матёрые самцы, игры закончились.

Если бы их было поменьше. Берислав оценил размеры стаи и понял, что скорее всего живым не уйдёт. Но можно попытаться спасти беглецов. И решать ничего не придётся, чудесный расклад.

— Матрёна! Как освобожу путь, гони, что есть мочи!

Бледная, как смерть, вдова только молча перехватила топор. Когда она увидела Берислава, то не знала, что хуже, попасть в зубы волкам или вернуться под кнут Велемира. Пожалуй она бы выбрала волков, они убьют быстро, люди не столь милосердны.

Может быть и получилось бы, но измученная дневным переходом и бешеной скачкой, Дымка просто не успела, одна волчица вцепилась ей в ногу, а следом вторая прыгнула к горлу. Дымка захрипела.

Всемил, которого мать заставила сесть, отчаянными глазами смотрел, как гибнет его любимица. Когда волчица рванула ей горло, Всемил закричал и дёрнулся на помощь. Его еле удержала Верея.

Берислав отбивался молча, блокируя многочисленные атаки и стараясь не подпускать их ближе. Было бы совсем худо, если бы не его Ворон. Огромный жеребец уже встречался с волками, был прекрасно выучен и сейчас прикрывал со спины. Тяжёлые удары подкованных копыт уже отправили пару волков в лучший мир.

Видя, что со спины не подобраться, волки изменили тактику. Здоровый, серебристый волк напал слева, Берислав отвлёкся всего на мгновение, услышав крик мальчика, а на правой руке уже повис ещё один. Спереди подходил третий, этот метил в горло.

Волк прыгнул, Берислав невольно прикрыл глаза, как вдруг что-то пронеслось мимо, сбивая хищнику прыжок. Через мгновение волки бросили его, кинувшись в рассыпную. Берислав ошалело оглядывался, не понимая, что происходит. Между деревьев тёмной молнией что-то металось, приводя волков в ужас. Хищники разбежались, с десяток их осталось лежать на дороге безжизненными кучками меха.

У Берислава перехватило дыхание, он подбежал к телеге, ещё не понимая от кого придётся отбиваться теперь. Он был уверен, что это нечисть, кого-то другого волки бы не испугались.

Слева послышался треск веток и топот. Перехватив меч и приготовившись к атаке, Берислав вглядывался во тьму.

— Меч то опусти, касатик, а то ненароком дев моих напугаешь. Волки тогда тебе щеночками покажутся. — Здоровенный серый кот стоял справа, пряча огромные окровавленные когти.

— Баюн! — Берислав выдохнул и опустил меч. Он не испугался, просто знал, что если кот решит напасть, меч ему не поможет. Ему тогда вообще ничего не поможет.

— Он самый. — Кот облокотился на телегу, с явным интересом разглядывая замерших в ужасе людей. — А вот и красотули мои спасательные.

Берислав с удивлением разглядывал вывалившихся из кустов красоток. Страшные, запыхавшиеся бабки, не иначе, как ведьмы.

— Все живы? — Едва отдышавшись от забега и оценив относительно спокойную обстановку, спросила та, что постарше.

— Они вроде да, а вот я не очень. — Вторая бабка просто плюхнулась на землю.

Яна хотела подойти поближе, чтобы рассмотреть и узнать, не нужна ли помощь. И опешила, когда здоровый воин с мечом вздрогнул, а женщина с детьми шарахнулись к противоположному борту телеги.

— Цезарь, а они что, нас боятся? — Осторожно уточнила Яна.