Страница 29 из 74
На охрану заведения он не тянул: ни рации, ни наушника — просто стоит и смотрит. Я сделал в памяти зарубку относительно странного человека у окна. Не люблю, когда на светских приемах кто-то пьет минералку и молчит, потому что сам такой. Не участник события, а сторонний наблюдатель.
— И последнее, — понизил голос еще сильнее Артем. — Вы бы с Гошей поосторожнее, Сергей. Вы его красиво умыли, вот только он такого не прощает никому. Гоша злопамятный и на длинной дистанции очень опасный.
Вернулся из курилки мой чопорный сосед, и Артем, коротко хлопнув меня по плечу, ушел на свое место в дальнем конце стола.
Вскоре компания за столом выбрала себе новую жертву. Какой-то толстячок, музыкальный критик, как я понял, посмел не очень восторженно похвалить то ли песню, то ли актрису, которую продюсировал вот этот зеленопиджачный человечек, а для того это оказалось наивысшей формой оскорбления, поэтому Гималайский сразу вцепился в своего обидчика, совершенно позабыв про меня. И вся эта стая падальщиков моментально набросилась на бедного мужичка, стараясь поклевать его побольнее.
Я же остался предоставленным сам себе и решил воспользоваться прекрасной возможностью, чтобы доесть-таки салат, а потом плюнуть на все это, потому что при таком активном общении Таисию явно не дождусь. Глядя на Артема, я размышлял о том, что ситуация повторяется. Но если тогда у нас с Аней была вся эта химия и я хотя бы понимал, ради чего воюю, — прежде всего за блеск в ее глазах, — то Таисия хоть и интересная женщина, но ее присутствие или отсутствие в моей жизни ничего особо не изменит.
Поэтому я положил себе еще два особо интересных кусочка мяса в чем-то таком же кулинарно-загадочном, вроде брусничного соуса с гремолатой (это такая сухая итальянская приправа из трех простых продуктов: мелко нарезанной свежей петрушки, чеснока и лимонной цедры), налил вкусного клюквенного морса, взял еще какой-то деликатес, завернутый в салатный лист, и принялся с удовольствием уплетать. Все оказалось бесподобно: шеф-повар тут явно был на своем месте.
Светская львица, сидевшая возле меня и вяло ковырявшая листочек шпината в своей тарелке, завистливо на меня поглядывала и только вздыхала. Я не выдержал, посмотрел на нее и сказал:
— Зря вы не едите, очень вкусно.
Она метнула на меня гневный взгляд, и я догадался, о чем она думает: мол, тебе легко говорить, а ты попробуй потом похудей.
— Я с утра вообще ничего не ела, — со вздохом призналась она. — С осени так и живу: то детокс, то марафон стройности, то какое-то интервальное что-то.
— Тогда тем более послушайте, — настойчиво продолжил я. — Понимаете, вот так вот хаотично голодать — это неправильно. Вы же не полностью отказываетесь от пищи, во-первых, чем убираете всю пользу голодания. А во-вторых, очень сильно наказываете свое тело недостатком нутриентов. Съешьте немножко белковой пищи. Вон, обратите внимание на ту рыбу: она довольно жирная и полезная, в ней все необходимые аминокислоты, без которых ваш иммунитет сильно просядет. Да и на вид рыбка аппетитная. А потом, я не знаю, будут ли тут танцы, как на таких вечерах положено, но в крайнем случае просто пройдитесь пешком. Прогулка после еды сгладит подъем сахара, да и разомнетесь после застолья.
Она поджала губы и сначала хотела мне что-то возразить, но потом, видимо, поразмыслив, кивнула и вдруг попросила:
— А подайте мне, пожалуйста, ту вкусную рыбу.
Я подал ей тарелку. Она сразу положила себе несколько кусочков и принялась есть, смакуя каждый.
— И икры еще возьмите на тарталетке, — шепнул я ей. — Хлеба там почти нет, тесто пресное и тонкое, а икра вам тоже будет полезна. Там есть жутко полезные Омега-3 жиры, которые доказанно снижают системное воспаление и продлевают жизнь.
— А давайте свои полезные жиры, — усмехнулась она и представилась: — Я Изольда.
На Изольду она была похожа примерно так же, как вождь африканского племени мумбо-юмбо на викинга. Что уж тут сказать. Видимо, у родителей ее было своеобразное чувство юмора.
— Не обращайте внимания на Гошу. Он вредный, но мы все уже к этому привыкли. А те, кто не знает, конечно, сразу впадают в шок, — сказала она, видимо, решив отплатить добром за добро.
Я ей улыбнулся и предложил:
— Может, морса?
— Там же сахар, — возмущенно сказала она, но глаза у нее загорелись от предвкушения.
— У вас разве диабет? Нет? Ну, раз нет диабета, то почему бы и не выпить стакан морса, тем более он натуральный, из ягод, и правильно приготовлен.
— А давайте! — обрадовалась она. — Спиртного я не пью, а вот морса бы с удовольствием выпила.
Я налил ей стакан морса. Она пригубила, аж зажмурилась от удовольствия и сказала:
— Божечки, прямо как компот, который у нас в школьной столовой давали.
— А у вас разве компот не из сухофруктов был? — удивленно спросил я. — У нас в столовке обычно или из сушеных яблок, или из изюма.
— Нет, конечно! Я же из кубанской станицы, у нас совхоз, поэтому фрукты всегда были свежие, из них компот и варили. Вот такая прямо прелесть.
И она надолго присосалась к стакану, а я про себя ухмыльнулся: вот так жизнь людей меняет. Когда-то девчонка из захолустной станицы считала за счастье выпить в школьной столовой компот из свежих ягод, а теперь сидит в пафосном ресторане и со снобистским видом ковыряет листочек диковинного салата, который, конечно, полезен, но явно недостаточен для полноценного питания. И размышляет, съесть тарталетку с икрой или не стоит. Но почему-то мне думается, что тогда, когда компот можно было пить сколько угодно, она была куда счастливее.
И в это время появилась Таисия…