Страница 27 из 36
– Ладно, – сдался парень и полез в карман за телефоном. – Предупреждаю, я буду комментировать всё, что мне понравится. Или не понравится.
– А я буду громко есть попкорн, – я убрала билет в карман и вскрыла шоколадку. Есть хотелось нестерпимо, ведь пообедать мне не удалось, а завтракала я дома пустым чаем.
Смотреть фильм с Ярославом оказалось весело. Он остроумно шутил, и, когда эти подколы не касались меня, они действительно казались смешными. Выяснилось, что он читал комиксы из этой серии, и поэтому иногда рассказывал интересные факты о героях. Когда мы вышли из зала, я с удивлением отметила, что отлично провела время.
Ярослав посмотрел на часы:
– Поздно уже. Ты где живёшь?
– На Ясеневой, – ответила я, застёгивая куртку.
– На автобусе поедешь? – он открыл навигатор и изучал маршрут.
– Да. Тут недалеко остановка, – махнула я в конец улицы.
– Я тебя провожу, – заявил Ярослав.
Мы шли по тёмной улице среди множества людей. Вокруг горели витрины и приглушённые уличные фонари. Я поймала себя на мысли, что впервые вижу Ярослава в обычной жизни. Простые синие джинсы, светлое поло и кожаная куртка – одежда словно снята с витрины магазина, который мы только прошли. Ему всё это шло и на спортивной фигуре сидело идеально. Мой долгий изучающий взгляд, видимо, стал слишком ощутим, парень развернулся и поправил воротник:
– Что-то не так?
– Подумала, что совсем ничего не знаю о тебе. Кроме места в рейтинге, конечно.
Ярослав хмыкнул:
– Ты никогда не спрашивала.
Подул по-летнему тёплый ветер, отбрасывая на лицо пряди из высокого хвоста. Я принялась поправлять причёску:
– Ты бы ответил?
Парень дёрнул плечом:
– Возможно.
Я затянула потуже резинку, обогнала Ярослава и развернулась, продолжая идти спиной к толпе, чтобы видеть выражение его лица:
– Расскажи что-нибудь сокровенное.
Зелёные глаза округлились, и Ярослав споткнулся:
– Вот так сразу? Смело!
Не видеть, куда идёшь, было тяжело, но почему-то казалось жизненно важным не упустить и тени его эмоций:
– А ты боишься?
Ярослав сделал неожиданно широкий шаг вперёд, и мне пришлось сделать такой же назад. Я едва не потеряла равновесие.
– Может, чего-то и боюсь, но точно не твоих вопросов, – он задумался, глядя поверх моей головы, а затем тихим низким голосом произнёс: – Не хочу возвращаться на выездковую арену.
Я остановилась, и парень чуть не налетел на меня, а затем обезоруживающе улыбнулся:
– Шокировал?
Меня задел случайный прохожий, чем и вывел из ступора:
– Ты хочешь бросить конный спорт?
Парень покачал головой:
– Такого я не говорил.
Он взял меня за локоть и развернул лицом к движению, чуть подталкивая вперёд:
– Хочу попробовать себя в троеборье
[36]
[Конное троеборье – это олимпийская дисциплина, объединяющая три вида конного спорта: выездку, кросс и конкур.]
.
Мимо пронеслась толпа детей с жутко громкими игрушечными пистолетами. Пришлось подождать, пока шум смолкнет.
– Почему? – я искренне не понимала, зачем ему это.
Он так успешен в выездке, и, благодаря маме, перед ним открыты все двери.
Ярослав печально усмехнулся:
– Ого! То ни одного вопроса, а то как из пулемёта.
Вновь наступило неуютное молчание. Я вдруг осознала, что полезла слишком глубоко в душу, не имея на это никакого права.
Ярослав вздохнул и задал ответный вопрос:
– Ты сама выбрала конный спорт?
– Сама. Я упрашивала папу отдать меня в группу с пяти лет, – воспоминания об этих днях согревали изнутри.
Ярослав посмотрел на небо и замедлил шаг:
– Лошади были в моей жизни всегда, сколько себя помню. Я люблю то, что делаю, но не уверен, что это мой выбор. – А затем ещё тише добавил: – Что у меня вообще был выбор.
Мы отошли в безлюдное место и остановились. Прямо сейчас я увидела совсем нового Ярослава: искреннего, ранимого и сомневающегося. Боясь нарушить это откровение, едва слышно отозвалась:
– Но он у тебя есть.
Парень тряхнул головой, будто скидывая морок, и натянуто улыбнулся:
– Есть. Но это непросто. Не уверен, что родители одобрят моё решение.
Я сомневалась, что имею право лезть дальше и бередить то, что, очевидно, болело, но жгучее желание помочь толкало к действию. А чтобы действовать, сначала нужно было понять. Поправив сумку на плече, я замешкалась, но всё же спросила:
– Почему?
Ярослав ответил быстро, точно вёл подобный диалог с собой целыми днями, даже тон стал отстранённым, так отвечают на уроках заученный текст:
– Слишком много вложено в выездковую карьеру, я в сборной. В троеборье придётся начинать с нуля, а мне уже не пять и не семь.
Я рассмеялась:
– О да. Целых шестнадцать! Жизнь прожита зря.
Ярослав едва заметно улыбнулся, но глаза остались серьёзными:
– Для профессионального спорта это немало. Даже для конного, – он засунул руки в карманы джинсов. – И потом, у меня нет коня для троеборья. Летс Гоу не подойдёт. Там другие качества нужны.
Это я знала. Троеборные лошади должны быть выносливыми, смелыми и безотказными. Их экстерьер
[37]
[Экстерьер – это совокупность внешних признаков животного, характеризующих его телосложение, пропорции и особенности анатомического строения.]
отличается от выездковых.
Ярослав встрепенулся и махнул рукой:
– Твой автобус. Пошли скорее, успеем.
До остановки оставалось каких-то пятьдесят метров, которые мы пробежали лёгкой трусцой. А потом, уже стоя на первой ступеньке автобуса, я обернулась к Ярославу:
– Спасибо за день рождения!
И он отсалютовал:
– Обращайся.