Страница 56 из 102
26 — Боль
Словно сбросили со скалы прямиком в жерло вулкана. Кости ломило страшно, их выворачивало, они трещали, горячая кровь сильным потоком неслась по тонким венам, невидимыми или всё же реальными существующими тонюсенькими иглами пронзали органы.
Тело превратилось в кусок боли.
Ничего не проходило, ничего не прекращалось, ничего не проявляло жалости к измученному телу.
Крик не облегчал боли. Наоборот, вызвал неконтролируемый огненный поток. Он вырвался из глубин, пронёсся по горлу и опалил ледяные губы.
Легче не становилось.
Океан боли утягивал на тёмное, без крохотного лучика света, дно. Очередной обжигающий поток отдал мольбой сдаться и без сопротивления уйти на дно.
В последний раз совершив рывок на поверхность, Лань И тихо выдохнула.
Ласковое дно осталось за пределами сознания.
°°•°•°
Холод расползался от кончиков пальцев вверх, подбираясь опасно близко к сердцу, но, рискуя лишь прощупывая почву.
— С ума сошёл!..
— Чун Цзин скинет Син Луна?!
— Дела в другом месте решайте.
Голоса принадлежали Гао Вэньцзяню, Гао Шанъи и лекарю Шэну.
Холод сковал желудок, поднимаясь к лёгким.
— Оставьте и идите.
— Помощник ведь нужен.
Холод подобрался к лёгким.
— Идите! Сам справлюсь.
Горячий комок вынырнул из глубин и протолкнулся наружу, оставляя липкий след на губах и подбородке. Бросило в жар, через долгое мгновение окунуло в леденящий холод, и так бесконечное количество раз. Оно не прекращалось, словно ступило на круг и никак не могло покинуть его, возвращаясь из раза в раз на исходную точку.
Терпкое коснулось языка, обволокло горло, грузом упало в желудок, а потом медленно мёдом растеклось до окоченевших кончиков пальцев и наконец отпустило.
°°•°•°
Пахло морем. Стоял шум моря. В лицо бил тёплый морской ветер. Ноги ласкало тёплое море.
Лань И приоткрыла глаза. Сверкающая поверхность моря, потревоженная игривым ветром.
— Осторожно!
— Да это ты!
Лань И резко обернулась.
Светло-синий с белыми вставками ханьфу на высоком, подтянутом с яркой улыбкой Лань Баоши развевался вокруг потухшего костра. Серо-белый ханьфу на точно таком же высоком и подтянутом Лань Инъине с доброй хитрецой во взгляде следом метался.
— Ты можешь не ходить за мной?! — возмутился Лань Баоши, резко оборачиваясь.
— Да это ты за мной ходишь! — в ответ возмутился Лань Инъин.
Братья снова что-то не поделили. Ничего, очень скоро дружно впадут в обсуждение чего-нибудь.
— Гэ! — Лань И вскинула руки вверх, размахивая ими.
Спор между братьями резко прекратился. Они обернулись. Лань Баоши вскинул руку и замахал, а Лань Инъин поманил к ним.
Так легко и тепло внутри, что хотелось остановить время и с головой окунуться в момент.
— Поспеши, — раздался совсем рядом голос Лань Юэ. Лань И завертела головой, в поисках старшей сестры. Та нашлась у кромки берега со слабыми волнами.
— Цзэ! — Лань И направилась к берегу. — Ты не представляешь как я соскучилась по тебе. И по тебе. И по тебе.
Её взгляд бегал по сестре и братьям, ждавшим её на берегу.
В спину ударил холодный порыв ветра, точно принесённый с чужой дали. Лань И обернулась, с удивлением смотря на сгущающиеся тучи вдалеке. Ещё пару секунд назад ни намёка на плохую погоду, а тут раз — и тучи чернее ночи.
— Поспеши, — снова раздался голос Лань Юэ близко.
Лань И повернулась и обнаружила, что стояла всё на том же месте, словно не шла к берегу. Сердце ускорило ритм, попав в один такт с обрушившимся на землю громом.
— Давай, — Лань Баоши протянул руку. И Лань И сорвалась, чувствуя, как одежда намокала, вокруг ног вода закручивалась, тяжесть наваливалась на спину. Но продолжала бежать, идти, когда сильная волна ударила по ногам, упала и, не отлёживаясь, продолжала путь. В глаза попала вода, разжижая обзор. Лань И не видела больше лиц сестры и братьев, только слышала их голоса.
— Поспеши.
— Давай.
— Сможешь.
В груди заклокотало, а когда дёрнуло назад, Лань И не выдержала и зарыдала. Громко, несдержанно, изливая накопившееся. Рыдала, цеплялась за камни, ползла вперёд.
— Молодец, — сверху раздался родной голос отца, и в следующее мгновение Лань И почувствовала, как её выдернули из воды и прижали к широкой, тёплой, родной груди.
— Моя девочка, — голос матери и её нежный поцелуй в волосы.
Лань И чувствовала, как по телу разливалось тепло, как оно становилось совсем невесомым. Каменная стена рассыпалась на мелкие камни, упав в чёрное непроглядное море.
Через силу Лань И открыла глаза. Вокруг ни лучика солнца, ни шума моря, ни тепла родных. Тяжесть, слабость и боль в теле. Сухость в глазах и во рту.
Прозрачные капли прочертили дорожку по виску и потерялись в особо светлой пряди.
Сон. Всего лишь сон. Ничего большего, только ненастоящий сон.
Разъедающая пустота дырой образовалась в груди.
С трудом Лань И повернула голову. Не её комната. Воздушные, голубого или небесного цвета балдахины закрывали обзор. В комнате во дворе Шугуан нет балдахина.
Свесив ноги, Лань И задышала ртом. Сердце ускоренно забилось, боль прострелила от ног в спину до лопаток, отдавая в руки.
Плохая идея вставать.
— У.. — скребущая боль прошлась по горлу. — У-эр.
Вышло тихо, хрипло, натяжно. Такое никто никогда не услышит.
Через силу Лань И закинула ноги обратно на кровать, а вот натянуть одеяло не смогла. Слабость болью отдавалась по телу или это боль выматывала тело, распространяя слабость?
И снова темнота поглотила.
Прикосновение чувствовала, а сил открыть глаза — не имела.
— Не смотри так.
Голос принадлежал Гао Вэньцзяню.
— А вдруг..
Это уже У-эр.
— У него других дел полно.
— Как мы дошли до этого дня? — чуть ли плача произнесла У-эр. — Как же молодой глава клана решит?..
— Решит, — совсем близко Гао Вэньцзянь.
Без усилий её подняли за плечи и прислонили к плечу.
Лань И попыталась открыть глаза. Из всех сил старалась. Ресницы дрогнули, но веки не поднялись.
— Может, стоит..
— Сам разберётся, — отрезал Гао Вэньцзянь.
В нос ударил сильный травянистый запах, губ коснулось горячее.
— Господин Цзянь.
— Сходи за тёплой водой.
— Слушаюсь.
Звякнул таз, и раздались удаляющиеся шаги.
Невкусный отвар с промежутками стекал по горлу.
Лань И не оставляла попыток открыть глаза. Но, кроме кашля, ничего путного не вышло, и тот слабый и хриплый, с надрывистыми нотками.