Скальпель против вампиров

Глава 22 Неучтенный фактор

Когда они загнали машину в подземный гараж здания фирмы, и подошли ко входу в секретный лабораторный отсек, запах сырости, аммиака и заброшенного депо остался позади, но на смену ему не пришел привычный, успокаивающий аромат озона и стерильности, который Александр так тщательно поддерживал в своей подземной лаборатории. Еще на пороге, у шлюзовой камеры, он остановился. Его пальцы едва заметно напряглись.

— Давление в шлюзе упало на ноль-два атмосферы, — негромко бросил Вампир. Голос его прозвучал сухо, как щелчок взводимого затвора. — Автоматика вентиляции отключена вручную. Кто-то перекрыл приточный контур, док.

Хирург не ответил. А в черепной коробке вурдалака в этот момент шла своя, куда более жесткая физиологическая подготовка. Коронарный коллектор в груди вурдалака сделал три коротких, мощных гидроудара, нагнетая архейскую плазму в артерии. Мышцы под дорогим суконным пиджаком окаменели.

— Внутри очаг опасного заражения, профессор, — глухо произнес он про себя, — биометрический замок на входе выдает зелёный маркер, но вентиляция стоит. Думаю, нас ждут за дверью. И боюсь, это не плановые пациенты, а кто-то похуже. Как они попали внутрь?

— Кто бы это не был, но у них есть доступ к паролям! Это не простые воры, — вздохнул хирург, — может быть просто свалим? От греха подальше?

— Уймись, Борис, — мысленно огрызнулся Александр, подавляя профессиональный порыв смыться своего приятеля по голове, — Паника на руку только нашим гостям. Давай просто посмотрим, кто пришел к нам в гости!

Вурдалак толкнул гермодверь. Та поддалась на удивление легко, без привычного свиста выравнивающегося давления.

Внутри лаборатории было темно и душно. Пахло не спиртом и не формалином. В воздухе плотным, удушливым саваном висел аромат дорогих привозных лилий, личный парфюмерный маркер, который Лилит заказывала через контрабандистов из южных человеческих провинций. Этот запах намертво перебивал едва уловимый шлейф горелого битума, оставшийся после недавнего сжигания тела Кирилла в муфельной печи.

Центральный бестеневой светильник над операционным столом был опущен максимально низко. В его резком, белом конусе света на стальном стуле сидела Лилит. Её длинные пальцы, увенчанные безупречным маникюром, лениво перебирали кварцевые пробирки в штативе. Она выглядела так, словно пришла на премьеру в оперный театр, а не в подпольную сверхсовременную научно-исследовательскую лабораторию.

У её ног, опустившись на колени прямо на холодный бетонный пол, сидела Екатерина. Помощница Александра, его правая рука в клинике, которая еще вчера аккуратно и тщательно проверяла его рабочее расписание, сейчас мелко дрожала. Её волосы были растрепаны, а воротник белой блузки был разорван. На бледной коже шеи, прямо над ключицей, отчетливо багровели два свежих, еще сочащихся сукровицей прокола. Она не плакала, наоборот, в её глазах, устремленных на королеву Общины, читался дикий, религиозный восторг пополам со смертельным ужасом. Она получила то, ради чего продала всё: каплю высшей крови, а вместе с ней и вампирское бессмертие.

По периметру операционной, в полумраке за границей белого круга света, застыли шесть массивных фигур. Чистильщики. Личная гвардия Совета Общины. Их лица были скрыты глухими масками из темного композита, тела были покрыты керамо-кевларовой броней, а в руках они держали тяжелые, матовые излучатели «Луч-4». Лазерные прицелы оружия были наведены четко в грудь вошедшему хозяину лаборатории.

— Ты задержался, Александр, — не поднимая головы, произнесла Лилит. Её голос, мягкий и бархатистый, прокатился по кафельным стенам, вызывая у вурдалака-ученого инстинктивное желание опустить глаза и исчезнуть из этой комнаты. Ментальное давление высшего порядка ударило по мозгам заговорщиков, — Осмотр подпольных кварталов затянулся? Я надеялась, что ты ценишь моё время больше, чем общение с отребьем из ремонтного депо.

— Я не ждал Вас, Госпожа! Что Вы тут делаете? — Александр сделал два шага вперед, входя в круг света. Он не смотрел на Чистильщиков. Его взгляд был прикован к Екатерине.

— Ты вскрыла сейф с архивными протоколами, Катя? — тихо, без злости спросил Александр. — Хотя о чем я спрашиваю. Я ведь сам дал тебе мастер-ключ от терминала три недели назад, когда у тебя не получалось настроить ПЦР-амплификатор.

Екатерина судорожно сглотнула, еще сильнее прижимаясь щекой к шелковому подолу платья Лилит.

— Они бы всё равно нашли, Александр… — пролепетала она, её голос срывался на сиплый писк. — Служба Безопасности Госпожи вели нас с самого начала твоих безумных работ. Лилит обещала мне… она дала мне кровь! Я больше не человек, Александр! Я чувствую, как вирус перестраивает мои клетки… я буду жить вечно! А ты не хотел этого делать!

— Катя! — печально вздохнул вампир, — что ты наделала! Ты не понимаешь кем ты стала! Я хотел стать человеком, и тогда мы были бы вместе!

— Вместе? — вспылила его помощница-предательница, — надолго ли? Я бы старела, а ты был бы вечно молодым? А потом, когда я стала бы совсем дряхлой и морщинистой старухой, ты бы меня выбросил, и нашел себе новую молодуху? Спасибо, но не нужно! Когда я это поняла, я пошла к Госпоже!

Лилит снисходительно улыбнулась, наконец подняв глаза на Александра. В её зрачках пульсировал густой, почти фиолетовый огонь — маркер абсолютной кастовой доминанты.

— Не вини девочку, доктор. Она оказалась куда более прагматичной, чем ты со своей хваленой научной логикой, — Лилит лениво повернула к себе главный монитор лабораторного терминала. — Ваши пароли — это детские игрушки. Екатерина отдала мне все биохимические шифры и мастер-ключи от твоей цифровой базы. Я сижу здесь последние два часа и, признаться, испытываю истинное интеллектуальное наслаждение, читая твои отчеты.

Королева Общины постучала длинным ногтем по экрану, где была развернута трехмерная модель молекулы РНК-вектора.

— Какая потрясающая, изощренная наглость, — негромко произнесла Лилит, и в её главном тоне впервые прорезались ледяные, змеиные нотки. — Вернуться в человеческое тело, сохранив при этом стабильность теломераз. Превратить вирус «V» в пассивный генетический субстрат. Ты ведь действительно гений, Александр. Ты нашел способ вылечить то, что мы тридцать тысяч лет считали благословением богов. Ты назвал этот состав «Троянским конем»?

Она медленно поднялась со стула. Чистильщики по её сигналу синхронно сделали полшага вперед, сужая кольцо окружения.