Страница 17 из 66
Чтобы этого избежать, за основу я взял конструкцию очков для альпинизма и высокогорных восхождений (так называемые Glacier Glasses). По бокам и в районе переносицы установлены плотные, незаметные снаружи шторки из черной перфорированной кожи. Они на сто процентов блокируют периферийный свет, не оставляя солнцу ни единого шанса проскользнуть сбоку.
Оправа выполнена из легкого матового углепластика (карбона) и изогнута по форме лица, базовая кривизна восемь. Она буквально прилипает к надбровным дугам и скулам, создавая герметичную световую ловушку вокруг глазниц.
Живые люди носят очки категорий два или три. Наша оптика, это экстремальный уровень защиты, сертифицированный для работы на заснеженных ледниках.
Я использовал категорию защиты четыре (Visible Light Transmission меньше пяти процентов). Такие линзы пропускают всего от трех до четырех процентов видимого спектра. Для обычного человека в таких очках наступит глубокая ночь, и вести в них машину или ходить по тротуару он физически не сможет — ничего не увидит. Но для наших сверхчувствительных расширенных зрачков этот уровень светопропускания идеален, так как он превращает невыносимое полуденное солнце в приятный, мягкий сумеречный свет.
Кроме этого, линзы полностью отсекают все типы ультрафиолета с длиной волны до четырёхсот нанометров (UV-A, UV-B, UV-C). Снаружи на линзы нанесено глубокое зеркальное напыление серебряного или иссиня-черного цвета. Оно работает как зеркало, жесткие кванты света отражаются обратно в пространство, даже не нагревая материал линзы.
Ну и чтобы не выглядеть как безумный полярник или сумасшедший альпинист посреди мегаполиса, я тщательно поработал над дизайном. Очки имеют форму «Авиатора» или «Вайфарера». Кожаные боковые шторки сделаны съемными на магнитных микрозамках. Если я нахожусь в салоне машины или в глубокой тени зданий, их можно незаметно снять одним движением руки, превращая очки в классический дорогой аксессуар премиум-бренда.
Зеркальный слой сделан так, что прохожие видят в очках только свое отражение. Ни под каким углом невозможно рассмотреть, что за линзами у нас постоянно, на максимум расширены черные, неподвижные зрачки, которые совершенно не реагируют на свет.
— Надевай их, док, и защелкивай боковые шторки, — скомандовал живоглот, — В этих окулярах ты можешь смотреть прямо на солнце, и твоим глазам будет так же комфортно, как в темной комнате. Городской камуфляж готов. Маска сидит как родная, руки упакованы, глаза защищены. Теперь мы можем выйти из машины и спуститься в гараж, где нас ждет наша машина.
Хирург щелкнул дужками очков, зафиксировал их на переносице. Яркий свет кабинета тут же превратился в глубокий, комфортный полумрак. Они был готовы.
— Сейчас мы спустимся в гараж, — они уже шли по коридору к лифту, продолжал вампир, — защита от Солнца предполагает, что мы передвигаемся по заранее подготовленным маршрутам. Из коридора этого здания мы спустимся сразу в подземный гараж. Машина уже там. Мы сядем в нее, не поймав ни одного прямого луча. Мы приедем на аналогичный закрытый паркинг или подъедем вплотную к крытому дебаркадеру, навесу или крытой конструкции возле здания, который защищает людей от дождя, снега и солнца. Живые люди платят за солнце и вид из окна, мы же скупаем недвижимость с глубокими цокольными этажами и подземными подъездами.
— Так что, профессор, — кровосос довольно щелкнул зубами, — мы поедем с полным комфортом, под кондиционером, в машине с полностью экранированными стеклами. Наш разум бодрствует, реакция у нас в разы выше, чем у любого живого водителя, а усталости мы не знаем. Для внешнего мира мы просто богатые эксцентрики в авто с глухой тонировкой.
В голове хирурга раздался отчетливый щелчок автомобильной сигнализации, это упырь дистанционно снял машину с охраны, и она приветственно мигнула габаритными огнями. Это был массивный, бронированный Cadillac Escalade матово-черного цвета. Автомобиль выглядел монументально, словно сухопутный крейсер
— Шагай к машине, док и садись. Пора ехать!
Хирург подошел ближе и сразу оценил инженерную доработку машины под нужды нежити. Лобовое и боковые стекла были заменены на специальные многослойные бронестекла с интегрированным полимерным УФ-фильтром. На них была накатана атермальная пленка, задерживающая почти стопроцентно ультрафиолетового излучения диапазонов UV-A и UV-B. Снаружи салон казался абсолютно монолитным и черным, рассмотреть что-то внутри было невозможно даже с мощным фонарем. На крыше, зеркалах и радиаторной решетке хирург заметил нестандартные объективы. Вампир пояснил, если лобовое стекло будет слишком затемнено ночным режимом, то можно ехать по приборам. Картинка выводится на огромный монитор на приборной панели. У нас задержка сигнала ноль миллисекунд.
Межсалонная перегородка отделяла кабину от задней части, превращая пассажирский отсек в абсолютно темную капсулу, куда свет не мог проникнуть даже теоретически. Мощная система вентиляции работала с медицинскими HEPA-фильтрами и замкнутой рециркуляцией воздуха, поддерживая внутри салона стабильные плюс шестнадцать градусов Цельсия.
— Оценивай эргономику, док, и прыгай за руль, — скомандовал кровосос, — Твои мертвые рефлексы сейчас в пять раз быстрее, чем у любого живого гонщика. Ты ведешь.
Хирург сел на кожаное сиденье. Салон встретил его мягким свечением приборной панели и неоновой диодной подсветкой глубокого синего спектра, который не раздражал его новые фоторецепторы. Он нажал кнопку старта. Многолитровый двигатель V8 отозвался глухим, едва слышным урчанием.
Тяжелый внедорожник медленно двинулся по пандусу вверх, к выезду из паркинга. По мере приближения к массивным автоматическим воротам, в глаза хирургу ударил нарастающий поток дневного света. Ворота медленно поползли вверх.
За порогом гаража бушевало ослепительное летнее солнце. Был уже полдень. Когда капот и лобовое стекло пересекли линию тени, хирург инстинктивно вжался в сиденье и зажмурился, ожидая вспышки боли. Но ничего не произошло. УФ-фильтры сработали идеально. Свет, проникающий через стекло, казался тусклым, серовато-зеленым и абсолютно «беззубым». Он потерял свою квантовую энергию и больше не мог запустить смертоносный фотолиз.