Страница 55 из 132
Расследование в отношении моршанских купцов между тем стало постепенно рассыпаться. Точно из-под земли начали появляться разного рода свидетели с удивительной крепостью памяти, которые были осведомлены об интимных сторонах жизни подозреваемых и знали, когда и как все они подверглись кастрации. Ветхие старушки твёрдо помнили события давно минувших лет и без труда подкрепляли заявления купцов о несчастных случаях в детстве. Разумеется, добросовестные следователи сумели бы развенчать сонм удивительных (и подозрительных) свидетелей, но к концу 1812 года таковых следователей в Тамбове уже не осталось. Не подлежит сомнению, что купцы-«миллионщики» нашли узду на провинциальную полицию, сумели дать необходимые взятки, и дело потихоньку прикрыли. Полиция никаких сектантов найти не сумела, а все разговоры в простом народе о засилье скопческой ереси в крае были объявлены не более чем досужими сплетнями.
На четверть с лишком века опустилась над русской провинцией сонная тишина. Ничего как будто бы не происходило ни в Морше, ни в Тамбове. Тишь да гладь…
Тамбовский губернатор Корнилов в своём докладе на имя императора Николая Первого весной 1838 года демонстрировал похвальную осведомлённость в делах раскольничьих и буквально по головам считал еретиков. Скопцов он насчитывал всего-то 36 человек на губернию (из них в Тамбове проживали — пять человек, в городе Моршанске — 28 человек, в городе Усмани — три человека). Общее число сектантов в губернии было определено в докладе 8 694 человека, так что скопцы терялись в их массе. Беспокоиться, казалось бы, было не о чем.
Между тем Святейший Синод получал с мест совершенно иную информацию. Приходские священники, работавшие в гуще народа и прекрасно осведомлённые об истинном положении дел, с каждым годом сообщали в столицу всё более тревожные вести. В 20-30-е годы XIX столетия произошло необыкновенное усиление скопческого движения на тамбовщине и новгородчине. Фактически вся торговля на местах оказалась сконцентрирована в руках людей, которых подозревали в причастности к скопческим «кораблям». Скопцы оказались прекрасными конспираторами и проявляли буквально чудеса мимикрии. Если посмотреть списки местной администрации, крупнейших жертвователей на православные храмы и лиц, подозреваемых в связях со скопцами, то во всех можно было бы увидеть одни и те же фамилии.