Страница 119 из 132
Чем дальше время отдаляет нас от трагических событий той Пасхи, тем явственнее становится масштаб произошедшего. Убийство монахов вышло далеко за рамки банальной уголовщины. Мученическая гибель наших современников повлекла за собой такую цепь разного рода чудес и знамений, что уместно говорить о мировоззренческом перевороте, который, возможно, она знаменует. Уже на 40-й день с момента убийства монахов на их могилах произошло первое исцеление человека, признанного медициной неизлечимо больным. И с той поры уже многие тысячи людей стали свидетелями явленных миру чудес. Многие вырезанные отцом Ферапонтом кресты с течением времени стали мироточить. Ровно через год после гибели иноков обнаружилось обильное мироточение поставленных на их могилах крестов. Также время от времени стал мироточить крест отца Василия, перешедший после раздела его вещей иноку Ипатию [первый раз это чудо было отмечено на 40-й день после гибели прежнего владельца]. Начиная с 1993 года случаи мироточения упомянутого креста отмечались неоднократно и зафиксированы как заявлениями многочисленных очевидцев, так и видеосъёмкой.
Даже по православной религиозной традиции — весьма богатой примерами чудес и знамений — подобное представляется исключительным событием. Зафиксированы многочисленные чудеса, связанные с личными вещами погибших монахов.
Явленные за прошедшие годы чудеса столь многочисленны и так убедительно свидетельствуют о Божественной благодати на всём, что связано с оптинскими новомучениками, что, возможно, уже нынешнее поколение (то есть современники убиенных) сможет увидеть причисление их к лику святых.
У следователей — как и у людей невоцерковлённых вообще — в процессе расследования не раз возникал вопрос: почему трое сильных мужчин без сопротивления позволили убить себя какому-то хлюпику? Малорослый, тщедушный Аверин и в самом деле выглядел довольно жалко на фоне монахов, имевших, как упоминалось выше, выдающиеся физические данные. Даже если сделать поправку на изнурительный пост, который они выдержали перед Пасхой, нельзя не признать, что погибшие монахи могли небезуспешно попытаться противостоять нападавшему. Вряд ли их пассивность можно объяснить одной только внезапностью нападения со спины.
Скорее всего, здесь мы имеем дело с наиболее ярким выражением христианского непротивления и упования на Волю Божию. В свое время Святой Иоанн Кронштадтский пророчествовал, что Россия не погибнет до тех пор, пока жив будет хотя бы один человек, готовый умереть за Господа Бога. В этом аспекте гибель монахов, рождённых в эпоху тотального атеизма, но нашедших Веру и готовых без трепета умереть за неё, представляется по-своему оптимистической. Не один человек в России оказался готов умереть за Христа тем пасхальным утром, а сразу три! И мученическая смерть явилась достойным венцом жизни для каждого них. Именно так объясняли следователям поведение погибших верующие люди.
Аверин на допросах также подчёркивал мистический характер содеянного. Он прямо заявлял, что убийство монахов совершено им умышленно и готовилось заблаговременно. В качестве побудительного мотива он назвал повеления внутреннего Голоса, который постоянно звучал в его голове на протяжении нескольких лет. Голос этот долгое время мучил Аверина разного рода грохотом и гулом, что вызывало страшные головные боли. Бороться с ним не было никакой возможности, и с течением времени Голос добился полного подчинения Аверина. По приказанию Голоса преступник совершал самые невообразимые поступки: поедал использованную туалетную бумагу, разрубил топором Библию, совершал нападения на женщин, безудержно ругался матом на людях и прочее. Голос ненавидел Православие и всё связанное с христианством, а потому и сам Аверин проникся к религии ненавистью. Преступник соглашался с тем, что этот внутренний голос принадлежит Сатане, и что он сам — Николай Аверин — является сознательным помощником нечистой силы.
Эти утверждения обвиняемого позволяют квалифицировать совершённое им преступление как ритуальное, то есть совершённое из побуждений религиозного фанатизма. В данном случае религией убийцы был сатанизм. Примечательно, что современное отечественное право всячески уходит от понятия «ритуального преступления», подменяя религиозную мотивацию политической или экономической. Между тем дореволюционное право России (то есть до 1917 года) было в этом отношении много мудрее. Очевидно, что правовые системы, отказывающиеся рассматривать религиозный фанатизм как мотивацию преступления, демонстрируют существенную однобокость. Строго говоря, трагические события 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке следует оценивать отнюдь не как политический терроризм, а именно как ритуальное преступление. Фанатиками «Аль-Кайды» [организация признана в России террористической и её деятельность запрещена], атаковавшими небоскрёбы, руководило именно религиозное исступление, а отнюдь не политические, патриотические, экономические или некие геостратегические соображения.
Несмотря на то, что преступник был схвачен и изобличён, ряд весьма существенных моментов так и не получил своего разъяснения в ходе следствия. Остался необъяснённым факт появления у Николая Аверина месяца за три до совершения преступления значительной суммы денег. Между тем многие знавшие его прежде как постоянно нуждавшегося в средствах человека с удивлением отмечали, что он вдруг начал с лёгкостью давать взаймы и поить пьяниц. Сам Аверин не пил, но после Нового года (в 1993 году) вдруг с лёгкостью стал давать деньги на выпивку людям, от которых возврата долга ждать не приходилось. Но это, видимо, нисколько не беспокоило будущего убийцу: ссужая деньгами местных пьяниц, давая деньги взаймы сослуживцам, он словно вырастал в собственных глазах и наслаждался заискиванием окружающих. Следствие так и не установило, из каких источников и за какие заслуги получал Аверин деньги в первые месяцы 1993 года, хотя сам по себе факт его неожиданного обогащения невольно наводит на мысль о существовании неустановленных друзей (и, возможно, единомышленников) убийцы-сатаниста.