Страница 89 из 98
Глава 30
«Какой статус?
— спросила Оса. —
Развлекаешься уже?»
«Типа того,
— усмехнулся я. —
Похоже, мне понадобится сильно больше времени, чем я предполагал. Отходите, нечего вам просто так перед биомехами светится».
«Так мы не просто так. Мы и охотимся заодно,
— от Осы пришёл кровожадный образ-смайлик. —
Ты там занимайся своими делами, а мы потрепим им немного их механические нервы, чтобы они и дальше тебя не замечали».
Я вздохнул. Занимайся своими делами — это она здорово сказала, осталось только понять, что у меня за дела и определить фронт работ. Инструкции по оживлению выпавших из защитного контура коконов у меня не было, так что работать будем методом догадливого тыка.
В изначальной задачке у меня было дано: круглое помещение, диаметром около двадцати метров; лестница, идущая по кругу; пол из неопознанной органики, напоминающей чёрную смолу; высохшие или как-то иначе испорченные трупу биомехов в большом количестве; останки представителей древней расы пока в неопределённом количестве… Это получался своего рода внешний круг, а внутри непосредственно кочерыжка мёртвого бутона, покрытая не только мхом, плесенью, прочими какими-то корками, но прилипшими к нему биомехами-пиявками.
Для начала я решил расчистить поляну, чтобы как минимум получить свободный доступ к бутону, а как максимум поискать, что осталось от ультиморфисов. Сетки, которыми со мной поделились туземцы, пришлись как нельзя кстати. Я словно невод закидывал, чтобы поймать что-нибудь интересное. Ну и выгрести лишние трупы.
На это ушло почти три часа. Правда, «мусор» я выносил наружу — вытаскивал из пещеры и вываливал с горного склона. Заодно каждый раз проверял активность биомехов в долине. На меня они пока не реагировали — я видел суетливое движение маркеров, но также периодически и слышал выстрелы. Оса жалила, наводя панику и перетягивая внимание на другую часть долины.
Пока бродил по пещерам, смог изучить их более внимательно. В одном месте заметил проблеск сенсорной панели, скрытой под слоем полусухой растительности. Раскопал, очистил и протестировал, обнаружив скрытую в стене перегородку. Возможно, для защиты или просто некий клапан для перенаправления воздуха в разных проходах.
Уже примерно понимая, где искать механизмы «Древних», подробно исследовал все остальные пещеры. И нашёл не только клапаны-перегородки, но и явные защитные приспособления. К сожалению, работало уже не всё. Но тем не менее я смог полностью закупорить восемь проходов, ещё в двух поднял из пола ряды стальных столбиков, похожих на стандартные парковочные, только метровой высоты. Выглядело в пещере это немного странно — «дымопряды» бы точно легко бы проскочили как сквозь, так и в обход, но, видимо, расчёт у «Древних» был на какие-то другие классы и виды биомехов.
Как бы там ни было, но я постарался активировать всё, что ещё готово было активироваться. Где-то помимо столбиков появились острые шипы в стенах и потолке, где-то, наоборот, открылись отверстия в полу по типу небольших рвов. В общем, защита вокруг бутона явно предполагалась, просто плохо сработала.
В итоге только два прохода у меня остались открыты. Тот, через который я сюда проник, а второй с другой стороны горы. Там я оставил острохвостов, типа на шухере, а сам буквально заперся в центральном помещении. А разобрав большую часть мусора, ещё и вернул плиты, прикрывающие ступени. Как-то так поспокойней было работать, особенно если придётся сосредоточиться на бутоне.
Но до самого бутона начался этап разбора останков «Древних». Пока сетками выносил лишних биомехов, откладывал в сторону всё, что мог связать с ультиморфисами. И вроде бы много откладывал, но по факту из разрозненных частей получилось собрать только одно тело. Впрочем, на целый скелет всё равно не хватило.
Череп я так и не нашёл, но нашёл маску-шлем разломанную или разрезанную на две неровных половинки. По краям разрывов виднелись следы грубой сварки, и эффект был такой, будто по маске автогеном прошлись.
Скелет ультиморфиса сам по себе представлял интерес. Он безусловно принадлежал человеческому созданию, но с рядом, так сказать, улучшений. В первую очередь в глаза бросилась грудина со сросшимися рёбрами и костяной пластиной, защищающей сердце. Самих рёбер при этом было меньше, видимо, чтобы сохранить гибкость и подвижность. Позвоночник, почти как конструктор, соединился с тазом, который тоже не получалось назвать обычным. Кости таза, крестец и всё прочее, что должно было быть в нормальной человеческой заднице, было раза в полтора крупнее (в пропорциях с остальным телом), расширено в объёме и явно имело намёк на зачатки хвоста.
На этом я решил свои анатомические изыскания прекратить, остальные найденные кости уже в принципе могли в этом конструкторе подойти куда угодно. И моей экспертизы не хватало, я руки-то определил только по сохранившимся браслетам. И пожалуй, это была самая ценная находка. На одной руке нашёлся стандартный небольшой браслет типа ученического, а вот то, что было на другой, я видел впервые.
Широкий, сантиметров пятнадцать, способный почти полностью прикрыть предплечье. В металлическую часть был встроен чёрный камень — тот самый, который я определял как обсидиан, и который встречался в оптике «Древних». Получился своего рода экран и по совместительству сенсорная панель. Что-то типа «Пип-Боя» из «Фоллаута» или панели управления «Хищника» из одноимённого фильма.
Как только я примерил браслет, перед глазами тут же побежали подсказки. Словарного запаса хватило только на треть переведённых символов, из которых я, скорее, додумал варианты, нежели уверенно всё понял. По моей версии, в руках, а точнее, на руке у меня сейчас был сканер, определяющий состав воздуха. И режима было два: благоприятная среда для биомехов и благоприятная среда против них, то есть наличие розовой пыльцы в атмосфере.
В данный момент оба показателя были на минимуме. Точнее, шкала «жёлтого» индикатора была на уровне тридцати процентов (в процентах это я уже сам прикинул — там просто полоски, похожие на заряд батареи). К моему удивлению «розовая» планка тоже появилась, но прискорбно так вздрагивала, пытаясь проклюнуться от нижней границы сканера. И стала дрыгаться чуть активнее, когда я подошёл к останкам бутона.