Страница 69 из 98
Вместе мы доехали практически до самого места, разбежавшись только у подножья длинной и широкой, но невысокой горы. Я выбрался из машины и, поправив тяжёлый рюкзак с патронами и недельным запасом провизии, проводил всю колонну дальше по старой дороге.
— Улыбаемся и машем, — сквозь зубы проговорил я, заглядывая в лица отряда и примечая особо колючие взгляды.
И когда машины скрылись за поворотом из каменных глыб, развернулся и притопил сам. Им на юг вдоль горы в сторону Рекадии, мне на юго-запад вглубь горной саванны, красота которой мне открылась после первого пригорка. Жёлто-рыжая горячая земля, камни, редкие акации и даже намёк на какую-то, чудом не высохшую речушку. Впереди каменные склоны, заросшие колючим кустарником, дальше отдельные плато, а за ними горы проглядывались уже сплошной стеной.
Я сверился с компасом-навигатором, слабо реагировавшим на движения. Хотя его можно было понять — я сколько ни вглядывался по сторонам, так и не смог найти ни одного скопления розовой пыльцы. Что-то разово ещё блестело, держа последний рубеж обороны перед биомехами, но чем глубже я шёл на запад, тем меньше пылинок попадалось. Я пересёк первую долину, задержавшись, пока Пепел искупнётся в речке, и когда вступил на новый склон, пыльцы уже не было вообще.
Чуйка со сканером работали на триста шестьдесят градусов, постоянно высвечивая какую-то живность, но биомехов пока не было. Как, впрочем, и «Волков» на моих следах. Зато что-то появилось впереди — причём сначала я заметил, как задрожали кусты, и только после этого сработала чуйка. В просвете в кустах появился не очень правильный кошачий силуэт, будто он не столько гибкий, а скорее сутулый. И первая мысль была, что это крокута. Ещё и шерсть на загривке напомнила ирокез, только почему-то отливала фиолетовым цветом. Похоже, пигментация из-за каких-нибудь токсинов в крови. Но чем больше я вглядывался и чем больше монстр сам демонстрировал себя, тем больше он был похож на кошку. Острые ушки, вытянутая морда, чёрный нос, пятнистая шкура, как у гепарда или сервала.
Смущала сутулость и неестественная для кошек длина лап, будто зверь уже нахватал что-то от прямоходящих, если не людей, то обезьян. И на лапах не подушечки с коготками, а длинные пальцы с когтищами. И завершал образ длинный хвост, кончик которого заканчивался шипами. Этакая смесь мини-булавы и куста с колючками.
Мне передалось волнение Пепла, который объединив наши чуйки, расширил сигнал и выцепил ещё трёх таких монстров, скрытых в соседних кустах. Но волнение, кажется, испытывал только шакрас. Монстры не выглядели агрессивными или напуганными, им, скорее, было просто интересно. И мне тоже, потому что маркеры начали бледнеть, и к первоначальному красному начал добавляться фиолетовый отлив. Такой же, как у них на шкурах.
Сработал имплант «Древних», и у монстров появилось описание — всё-таки сервал, геном которого с недавних пор был у меня, так сказать, в крови.
«Сумрак, приём
, — отвлекла меня мыслеграмма от Анны. —
У меня две новости. Хорошая и плохая, с какой начать?»
«Давай хорошую».
«План сработал,
— ответила Оса, —
в итоге четверо по-тихому смылись со своих позиций и, по всей вероятности, выдвинулись за тобой».
«А плохая?»
«Мы встряли на каменоломне. Здесь много каких-то очень голодных белкасов,
— в потоке мыслей Осы просочилась суета, разговаривай мы обычным способом, я бы сказал, что она запыхалась. —
Сбежавшие уроды слили нам фланг, и пришлось прикрывать Шустрого. Короче, мы не успеваем. А четвёртый очень сильный — я его даже прочитать не смогла. В общем, тебе надо потянуть время, один ты можешь не вытянуть против них».
«Да я так-то и не один,
— мысленно улыбнулся я, посылая в сторону сервалов волшебное послание: мы с тобой одной крови… —
Ща, стая на стаю маханёмся…»