Осознание

— Что такого могу с этой глыбой сделать я, чего не смогли другие? — вырвался вслух вопрос, потому как недоумение моё неуклонно множилось по мере пристального осмотра ледника.

О других упомянул не просто так — во многих местах на глыбе виднелись следы и сколы от чьих-то могучих ударов. По-настоящему могучих — в десятке мест виднелись выщербины сантиметров пяти шириной и той же глубины, а некоторые ещё и оплавлены были, будто кто-то с Атрибутом Огня пытался растопить лёд. Если уж у неизвестных не вышло со всей своей силой добраться до тела, то что могу поделать я, который не обладает ничем убойным? Ни один из навыков Воплощения мне здесь не помощник, а нож и сам ледяной, так что точно не подействует на родную стихию.

Но побуждаемый непонятным желанием, обуявшим душу, а следом и руки — зачесались так зачесались! — я всё же ткнул лезвием в глыбу, после чего оставалось лишь оторопело выдохнуть:

— А-а-а?..

Нож легко, не замечая никакого сопротивления, вошёл по самую рукоять в поверхность. А затем и вовсе резко-резво вывернулся из руки. Вырвался и устремился вглубь! К самой фигуре парня. К самому его сердцу.

Сказать, что моё удивление выросло до неописуемых высот, — вообще ничего не сказать. Оно не просто сравнялось со Шпилем, а напрочь превзошло его, да с большим запасом. И продолжило делать то вслед за событиями, что неслись неудержимой лавиной прямо на меня.

В лицо ударил поток такого жгучего хлада, что кожа мгновенно заиндевела, за малым не став ломкой, хрупкой маской. Ударило не только в лицо — плеснуло щедро во все стороны! Да так, что зажмурился, прикрываясь рефлекторно призванным Воплощением…

Когда всё прекратилось — поток иссяк, я проморгался, а Щит в сторону отвёл, то удивление достигло апогея.

Ледяной глыбы более не было. Как не было и фигуры парня.

Отныне только три предмета лежали в паре метрах впереди, которые и разглядел-то с трудом в тусклом свете стен и том ледяном облаке вокруг, что медленно рассеивалось…

Медленно, с опаской приблизился к ним, рассматривая не только их, но и округу — мало ли что ещё изменилось внезапно.

Первым предметом был вроде и знакомый, но очень таинственный нож-артефакт, преподнёсший сегодня многие открытия. Искренне хотелось верить, что на том они и закончились.

Вторым лежало кольцо. Кажется, ещё одна печатка, но теперь другой гильдии…

А последней вещью оказалась перевязь с ножнами. Она лежала отдельно, чуть в стороне, как будто ждала, что именно к ней первой и коснутся, возьмут, поднимут… Что я и сделал.

Широкая лента из чёрной кожи, такой тёмной, что и самая безлунная ночь позавидовала бы. Кожа казалась живой, дышащей, словно вырезана из шкуры не просто какого-то Зверя, а непобедимого Короля. Ощущалась гладкой, но не скользкой; упругой, как лучший металл, и при том словно невесомой. Сказать, что она не имеет веса, я не мог, но он воспринимался… правильным, что ли? Будто держишь в руках хорошо сбалансированный клинок, будто создана перевязь не для того, чтобы просто висеть обузой на теле, а стать с ним единым.

И украшения. Редкие, почти скромные. Бело-серебристые, как свет далёких звёзд. Но не они. Снежинки. Не грубо выкованные, не насильно вбитые, а будто выросшие прямо из кожи, как кристаллы хрупкого инея на чёрном камне. Каждая — уникальна. Ни одна не повторяет другую. И все — одного рода. Того же рода, что и на ножнах из той же чёрной кожи, и на лезвии ножа, который когда-то нашёл в библиотеке, тот самый, что лежал рядом и ждал…

Ждал, когда я вновь возьму его в руку… Возьму и в ножны вложу!

Две части единого целого, что так тянулись друг к другу через далёкие пространства, желая встретиться спустя года разлуки.

И я не собирался более томить их ожиданием, а потому накинул перевязь на себя.

Не прозвучало в тишине Башни щелчка ни пряжки, ни застёжки, ни чего-то иного — такие же «вросшие» металлические окончания ленты, как и украшения-снежинки, просто слились, сковались в неделимое нечто, испещрённое узором, напоминающим трещины на старом льду… Влекомый неизведанностью провёл по узору, повторяя, запоминая каждую из них… В ответ, казалось, меня тоже запоминали — не толкнулся холод навстречу, а, наоборот, пальцы ощутили ласковое тепло, что следовало за ними, вело их от одной трещины к следующей…

А вот с соединением двух частей в единое целое возникла некоторая проблема.

Ножны были не пусты. Из них самым краешком выглядывало что-то, очень похожее — что по виду, что на ощупь — на нечто бумажное. Подцепить и достать получилось не сразу, но справился. И теперь держал в руках свернутый в несколько раз жёлтый лист с подмоченными краями.

Принять решение о разворачивании послания, если это, конечно, оно, было непросто. Вряд ли запаска предназначалась для человека, ни разу не относящегося к гильдии Мелы. Но желание узнать возможные причины ран того, стремление обезопасить себя от скрытой угрозы оказались сильнее всего прочего. Рационализм, такой уж он.

Расправив местами рваный лист немного дрожащими от волнения руками, поднёс его к глазам, силясь разглядеть текст в неверном местном свете:

'Приветствую, кто бы ты ни был, о читающий!

Не знаю, что будет дальше, а потому делаю эту запись в дневнике, как своё последнее послание.

И если оно у тебя — что ж, значит, я не справился…

Но обо всём по порядку!

Сколько я скитаюсь в проклятой Аномалии? Ответа нет — счёт дням давно потерян.

Кажется, я побывал уже везде, где только можно… Сражался неисчислимое количество раз с такими жуткими тварями, что спать толком уже и не выходит — кошмары, постоянные кошмары, будь они не ладны! А может, сама Аномалия сводит меня с ума?.. Того не ведаю. Да и неважно!

Ранений с каждым днём всё больше, а припасов, лечилок — всё меньше… Но верить буду до последнего, что всё получится, и найду лекарство для сестры!.. Без него — отсюда нет пути домой.

Сколько раз пытался добраться к чёрной башне? И всегда не мог справиться с её наваждением… Но сегодня! Сегодня наконец-то смог! Дошёл! И я — внутри!

И оказался прав — здесь тот Зверь, что нужен мне так сильно!

На том своё письмо кончаю. Пора отправиться вниз. За его Ядром!

Гэд,

наследник гильдии «Лёд»

P. S. Если по невероятному совпадению ты — из моей гильдии, передай моей сестрёнке — Меланите — как же сильно я её люблю!