Страница 21 из 46
Третья была настолько нелепой, что даже заставила меня рассмеяться. В ней я ещё в первый год брака обнаружила древний способ подчинить Корону и двенадцать лет ждала подходящего момента. К ночи смеяться перестало хотеться. Марей пришла снова. На этот раз без папки. И не одна. С ней был пожилой архивист по имени Верден Рош, которого я знала шапочно. Он работал в нижнем архиве дворца и отвечал за старые переписки между Домами.
Верден выглядел так, будто по дороге сюда несколько раз передумал.
— Верден, проходите.
Архивист остался у порога.
— Я ненадолго, госпожа.
— Вы тоже…
Марей перебила меня:
— Покажи ей.
Архивист вынул из-под плаща копию документа. Я прочла первую строку. И почувствовала, как всё внутри холодеет. Это был приказ. Старый. Датированный одиннадцатью годами ранее.
В нём предписывалось предоставить мне доступ к закрытому разделу коронного архива. Подпись внизу была моей. Точнее, должна была быть моей. Я долго смотрела на росчерк. Он был почти идеальным. Почти.
— Я этого не подписывала.
— Знаю, госпожа.
— Как?
— Журнал доступа был у меня. В тот год в закрытый раздел вы не приходили.
— Почему лист появился сейчас?
Верден посмотрел на Марей. Та кивнула, и он продолжил:
— Утром велели собрать всё, где есть ваше имя. Он был среди бумаг.
— Раньше вы его видели?
— Видел. В тот год.
Я подняла голову.
— Одиннадцать лет назад? И промолчали?
— Приказ из вашей канцелярии, госпожа. Ваша печать. Что я мог…
— Кто принёс его?
— Не помню.
— Верден.
Он побледнел и потёр бороду.
— Молодой секретарь. Кажется, Риол звали. Столько лет прошло…
Имя было незнакомым.
— Вы уверены, что он работал у меня?
— На документе ваша печать стояла.
— Я спрашиваю о человеке.
— Не знаю, — признался Верден.
Я снова посмотрела на приказ.
— Какой доступ я будто бы требовала?
— В Первый зал.
— К каким документам?
Он помедлил.
— Раннее правление Доррейнов.
Я посмотрела на свою поддельную подпись. На Совете она будет означать, что через год после свадьбы я уже искала путь к трону.
— Журнал уцелел? Можно подтвердить, что меня там не было?
— Пропал при переносе архива. Семь лет назад.
Я положила лист на стол, расправила загнувшийся угол.
— Конечно.
Тайрен стоял у окна. До этого момента он не вмешивался. Теперь спросил:
— Совет уже видел этот лист?
— Днём передали копию.
— Тогда зачем вы пришли? — спросила я.
Верден сцепил руки.
— Завтра ещё свидетеля приведут. Вашего бывшего секретаря. Алмера Висса.
Я знала. Не близко. Он работал у меня первые четыре года брака, затем ушёл в управление дворцовых земель.
— Что он скажет?
— Будто вы велели искать старый порядок Короны.
Я встала.
— Не было такого поручения.
— Я помню запросы, госпожа. Через мой стол шли. Налоговые права старых Домов. Вы соглашение с западом готовили.
Я вспомнила. Первый большой спор после свадьбы. Я действительно поднимала древние договоры. Но не о Короне.
— Значит, они берут реальные запросы и меняют их смысл.
— Похоже.
Тайрен подошёл к столу.
— Этого достаточно для политического удара, но мало для суда.
— Завтра не суд, — сказала я. — Заседание Совета.
— Именно.
Он понял. Им не требовалось доказать преступление. Достаточно было заставить знать решить, что три Крыла оказались у меня не потому, что Корона признала поступки, а потому, что я много лет готовила их переход. Если сомнение закрепится, каждый следующий выбор Короны будет встречен не вопросом «почему она выбрала Лиарну?», а «что Лиарна сделала с Короной?». Очень умно.
— Кто это начал? — спросила я.
Верден покачал головой.
— Не знаю.
— Эрвен?
— Не могу сказать.
Я посмотрела на Тайрена. Он молчал. Но выражение лица мне не понравилось.
— Тайрен, что вы думаете?
Он посмотрел на Вердена и Марей.
— Оставите нас на минуту?
Когда за ними закрылась дверь, я повернулась к нему.
— Говорите.
— Эрвен понимает, чем обернётся подделка, если её разоблачат.
— Значит, это не он?
— Этого я не знаю.
— Кто ещё?
— Кому выгодно, чтобы сейчас обсуждали ваш брак и ваши намерения. Вместо выбора Крыльев.
Я опустила глаза.
— Селмаре.
— У Орвейнов есть люди в канцелярии. Доступ мог быть.
— Но это не доказательство.
— Поэтому я и не утверждаю.
Я села. Усталость навалилась внезапно.
— Я думала, самое трудное — пережить развод при всём дворе.
— Вы успели добавить забот.
— Плохо утешаете.
Он сел рядом. Не вплотную, но я заметила, как скрипнул под его весом стул.
— Завтра вас заставят оправдываться.
— А что ещё делать с ложью?
— Опровергать. Но следите за разговором. Они хотят, чтобы двор обсуждал заговорщицу, а не три Крыла.
Я посмотрела на поддельный документ.
— С чего бы начали вы?
— Проверил всё, что можно проверить. Остальное решите по ходу.
— Сама?
Он кивнул. Хотелось, чтобы сказал больше. Чтобы хотя бы пообещал: завтра всё получится. Но он не мог этого знать, и я не стала просить.
— Завтра я пойду.
— Я тоже.
— Вас не вызывали.
— Вызовут. Без Хранителя им законность Крыльев не обсудить.
Я повернулась к нему.
— И чью сторону вы займёте?
— Короны.
— Я поняла. Ни мою, ни Эрвена.
Он молчал.
— Если они признают меня виновной, что будете делать?
— Решение Совета не меняет волю Крыльев.
— А если докажут, что я ими управляла?
— Если это вообще возможно и вы нарушили условия — заберу их.
— Лично? Без сомнений?
Он задержал взгляд на моём лице.
— Сомневаться буду.
Мне стало труднее дышать. Лучше бы он ответил сразу и не смотрел так. На открытое заседание я пришла без Крыльев. Это было моё первое решение. И первое, с которым Тайрен спорил.
— Возьмите их с собой, — сказал Тайрен.
— Нет. Разговор о них, а мне нужно, чтобы услышали меня.
Я закрыла ящик и передала Марей. Ей предстояло остаться в доме.
— Если сюда войдут…
— Я сменила тайник.
— Где?
— Даже вам не скажу.
Он кивнул, но не отошёл от двери.
— Мне не нравится, что они будут далеко от вас.