Страница 15 из 46
— Перед Советом?
— Перед двором и представителями города.
Теперь я поняла весь замысел. Ему нужен был не ответ. Ему нужно было моё поражение. Публичное. Первое Крыло перешло ко мне в закрытом дворце. Второе — на городской площади, где Эрвен не мог контролировать свидетелей.
Теперь он сам создавал сцену. Если я провалюсь, он сможет сказать, что Крылья ничего не доказывают. Что они реагируют на случайность. На древнюю магию. На что угодно, кроме способности править. Я должна была стать доказательством его версии.
— Принимаю, — сказала я.
Тайрен рядом едва слышно выдохнул. Эрвен кивнул.
— Тогда завтра в полдень.
— Подожди. Если проверка публичная, обсуждать будем тоже при всех.
— Для чего?
— Чтобы потом никто не сказал, что за меня работал Совет.
В зале затихли.
— Лиарна, не начинай…
— Ты предложил испытание. Пусть люди увидят, как мы к решению пришли.
Он понял. Теперь ловушка закрывалась в обе стороны. Если он откажется, будет выглядеть так, будто боится прозрачности. Если согласится, я получу возможность показать, как на самом деле принимаются решения.
— Хорошо, — сказал он.
Я впервые за заседание улыбнулась.
— Тогда увидимся завтра.
К полуночи мой маленький дом в Нижнем Ардене перестал быть тихим. Сначала приехали карты. Потом трое писарей из южной канцелярии. Потом представители округов. Потом ещё люди, которых никто не приглашал, но которые каким-то образом узнали адрес. В какой-то момент я насчитала в гостиной двадцать семь человек, в столовой ещё одиннадцать, а во дворе спорили двое мастеров по шлюзам.
Тайрен стоял у окна и наблюдал за происходящим с выражением человека, который присутствует при редком стихийном явлении.
— Что вас так занимает?
— Вчера дом пустовал. Сегодня уже писарю сесть негде.
— Я вижу. Помогли бы лучше.
Я посмотрела на людей. Один писарь сидел прямо на лестнице. На моём старом столе лежало столько карт, что края свисали до пола. Кто-то принёс хлеб и сыр. Кто-то — чайник. Я действительно вчера думала, что дом слишком тихий. Теперь мне пришлось повысить голос, чтобы услышать себя.
— У вас хорошая память?
— Смотря на что.
— Сегодня понадобится на цифры. Пять округов, по каждому — свои данные.
— Вы нашли мне применение.
— Очень надеюсь. Или вы пришли стоять у окна?
Тайрен улыбнулся и подошёл к столу. Я вернулась к столу. Первые два часа ничего не складывалось. Совет действительно предложил самое очевидное: открыть все шлюзы одинаково. На карте это выглядело разумно. В жизни — нет.
Третий округ располагался выше остальных и забирал воду первым. Пятый лежал ниже, его поля страдали от заиливания. Второй выращивал культуру, которой в ближайшие недели требовалось намного больше влаги, чем четвёртому. Все хотели справедливости. Каждый понимал её как одинаковую выгоду для себя. Около двух часов ночи я поняла, что хожу по кругу.
— Перерыв, — сказала я.
Никто не возразил. Я вышла во двор. Ночь была прохладной. После душной комнаты воздух показался почти резким. Тайрен вышел следом.
— Застряли?
— Пять решений. На бумаге каждое годится. В жизни хоть бы одно.
Он прислонился к груше.
— Кому-то не верите?
— Уже не знаю кому. Каждый своё доказывает.
— Может, все правду говорят. Каждый про свой участок.
Я посмотрела на него.
— Наместник считает доход, землевладелец — своё поле, рабочий — поток, — продолжил он. — А вы выбираете, кому верить.
— Что же мне делать?
— Не знаю.
Я устало прикрыла глаза.
— Замечательно.
— Вы мне цифры поручили.
Хотелось огрызнуться. Но он оказался прав: я пыталась найти одну верную версию, хотя эти люди могли и не лгать.
— Где старик из пятого округа? Который чистит нижний канал.
— В кухне. Сказал, в гостиной слишком много важных людей.
— Позовите его.
Тайрен не двинулся.
— Приказываете?
— Прошу, — выговорила я. — Тайрен, пожалуйста.
— Сейчас.
Через несколько минут старик появился во дворе. Его звали Ровен. В зале он почти не говорил. Каждый раз, когда наместники повышали голоса, Ровен замолкал.
— Ровен, нижний канал заиливается после обвала?
— Вода тише идёт, госпожа. Ил оседает.
— Только из-за этого?
Он покосился на Тайрена, потом заговорил тише:
— Боковое русло чистить давно пора.
— В отчёте — чистили. Два года назад.
Ровен усмехнулся.
— Бумага всё стерпит.
Я выпрямилась.
— Расскажите.
— Деньги дали, начали. До середины дошли — начальство велело хватит. Наверху почистили. До нас не добрались.
— Кто подписал приёмку?
Он назвал имя. Я его знала. Человек сидел сегодня в Зале Домов.
— Если дочистить русло сейчас?
— Нижний округ сможет принять больше воды, даже если верхние шлюзы откроют сильнее.
— Насколько больше?
Ровен задумался.
— Почти на треть.
Я повернулась к Тайрену. Он уже считал.
— Двадцать восемь процентов по тем цифрам, что нам дали, — сказал он.
Я посмотрела на старика.
— Почему вы не сказали раньше?
Он пожал плечами.
— Меня никто не спрашивал.
Внутри что-то отозвалось. Не Крыло. Пока нет. Но фраза ударила сильнее любого политического спора. Меня никто не спрашивал. Я вспомнила слова Тайрена о третьем праве.
О тех, кто не может дотянуться до власти.
— Идёмте в дом, — сказала я.
До рассвета решение было готово. Не идеальное. Таких не бывает. Верхние округа получали дополнительное открытие шлюзов на ограниченное время. Нижнему немедленно выделяли рабочих для полной очистки бокового русла, а расходы взыскивались из средств, которые два года назад уже были выделены на эти работы. Подачу воды пересматривали каждые пять дней по фактическому уровню, а не по старым нормам.
И главное — контроль за шлюзами переходил не одному наместнику, а временной комиссии из представителей всех пяти округов, включая двух мастеров, непосредственно работавших на каналах. Когда все разошлись, солнце уже поднималось. Я сидела за столом и смотрела на окончательный текст. Тайрен поставил рядом чашку.
— Выпейте наконец. Третий раз приношу.
— Вы ставили на документы. Я убирала, чтобы не залить.
— Значит, сам виноват.
Я подняла глаза. Под его глазами тоже легли тени.
— Вам незачем было оставаться на всю ночь.
— Хотел разобраться, почему Крыло выбрало вас.