P.S. Джульетты

Глава 4

Тая боялась оставлять маму одну, но нужно было решить вопросы с отпуском в редакции, да и о Дане она волновалась. Хоть девушка и считала Руслана самым заботливым и надежным мужчиной, которого когда-либо видел свет, но поддержать подругу считала и своим долгом тоже.

Пока Дана работала, Тая приготовила ужин, невкусный, но сносный. Обычно это Дана заботилась о подруге, но теперь они поменялись ролями, и Тае хотелось сделать все, что хоть немного утешит художницу.

– Ты вовремя! Еда почти готова! – оповестила Тая, суетясь у плиты.

– Ты готовишь? – недоверчиво спросила Дана.

– Да! Пасту бальонезе!

– Болоньезе ты хотела сказать?

– Оно самое. Добро пожаловать в наш маленький ресторанчик, сейчас будете дегустировать.

Появление подруги и правда немного развеяло гнетущую атмосферу, последние дни царившую в квартире. Дана специально задерживалась в галерее допоздна, надеясь, вернувшись домой, сразу лечь в постель и заснуть. Однако большую часть времени девушка проводила без сна. Тогда она выходила на террасу с бутылкой вина, чтобы хоть немного отогнать тревожные мысли. Прекрасный вид перестал приносить радость, а стал просто фоном, подарив привилегию страдать в красивых декорациях.

– Через сколько ты уедешь? – спросила Дана.

– Как только решу вопрос с отпуском. Я бы хотела быть рядом с тобой, но мама там совершенно одна, а у тебя есть Руслан.

– Мы расстались.

– Что?! – в изумлении воскликнула Тая.

– И еще я переспала с Эдиком, – поспешила добавить Дана, чтобы перевести тему и избавить себя от вопросов, касательно расставания.

Обе новости шокировали Таю, ей потребовалось несколько минут, чтобы переварить услышанное. Она даже не знала, что поразило сильнее: и то, и другое противоречило рассудительности Даны.

– Я не понимаю, – в негодовании замотала головой Тая, – Эдик же женат. Ты разве забыла?

– Не забыла, но так получилось.

Тая не знала, что сказать: не ей осуждать подругу, но ее поступки не укладывались в голове.

– С Русланом вы из-за этого расстались?

– Нет, просто так совпало, – сдержанно сказала художница.

– Дана, не делай этого, не разрушай себя, – с мольбой в голосе проговорила Тая, на личном опыте зная, к чему приводят подобные действия.

– Уж прости, но не тебе раздавать мне советы, Тай.

Дана поднялась из-за стола, желая закончить разговор. Недоеденную на тарелке пасту девушка выбросила в мусорку. Теперь Тая не знала, как уехать, оставив подругу в таком состоянии. Жаль, не существовало способности находиться в двух местах одновременно, тогда бы проблема была решена.

Однако не только Дана заставила Таю задержаться: начальница и слышать не хотела ни о каком отпуске во время выпуска важного квартального номера. Никакие обстоятельства ее не волновали. Екатерина Федоровна убедила, что с ней все будет в порядке, и работа превыше всего, а Тая еще сильнее возненавидела редакцию.

У Даны же с работой не было никаких проблем. Как бы не ругали трудоголизм, иногда он помогает спасаться от погружения в беспросветную пучину душевной боли.

Несколько дней в неделю, закончив дела в галерее, Дана отправлялась в Академию искусств, чтобы прочитать лекции юным ценителям прекрасного. Она бы не сказала, что обладает даром преподавания, но это занятие пришлось ей по вкусу. Студенты с уважением относились к привлекательной преподавательнице и с интересом слушали ее рассказы о живописи.

После звонка, оповещающего об окончании пары, второкурсники поспешили к выходу из аудитории. Дана должна была успеть задержать одного из студентов.

– Глеб, задержитесь, пожалуйста, – окликнула девушка проходившего мимо юношу.

Высокий молодой человек с вьющимися светлыми волосами остановился около учительского стола. Дана преподавала у него уже второй год, но впервые обратила внимание на выразительные черты лица, особенно внимание привлекали голубые глаза, обрамленные длинными темными ресницами, что было редкостью для такого типа внешности.

– Я хотела поговорить о вашем эссе, – сообщила Дана.

– Простите, я знаю, что нужно было показать смешение стилей на примере известной работы, но на той картине, которую выбрал, это читается очень ярко, и я не смог удержаться, – виновато улыбнулся юноша.

– Да, очень интересная работа. Удачное использование приемов клуазонизма и оп-арта, – согласилась девушка, рассматривая распечатанное изображение, прилагаемое к сочинению, – поэтому мне бы хотелось узнать имя художника. В эссе вы упоминаете только название картины.

– На самом деле, это моя работа, – Глеб стыдливо пожал плечами, – наверное, слишком тщеславно анализировать и расхваливать собственную картину.

– Нет ничего дурного в осознании своего таланта, – благосклонного улыбнулась Дана, – мне очень понравился ваш стиль.

– Спасибо, ваши слова очень важны для меня.

Дану приятно взбодрила мысль, что она стала свидетельницей зарождения будущего гения. Глеба определенно ждет большой успех в мире искусства, и девушка обязана ему помочь.