Страница 85 из 94
Глава 20
На приготовление чернил ушло три часа. Готовый состав остудила и залила в специальную чернильницу, которая хранилась в сумке вместе с дневником. Перо с острым носиком предназначалось для рисования на коже. Процесс нанесения глифов, как оказалось, не самый приятный и болезненный. Прежде я разметила те участки тела, куда надлежало нанести рисунки. Затем на полу расчертила сложный рунический круг, зажгла свечи и воскурила травы. Прочитала заклинание на эльфийском, в котором давала клятву, что добровольно ступаю на путь Плетущейся лозы, обязуюсь выполнить все условия и дойти до конца. После этого избавилась от одежды, распустила волосы и ступила внутрь ритуального круга, зловеще полыхающего зеленым цветом. Прорисовывая каждый знак на коже, я вслух проговаривала его название.
— Я наношу руну Анс, которая усиливает мою память и помогает вспомнить прошлое. Я принимаю этот дар и благодарю великого Илара за возможность приобщиться к древнему знанию.
Шаг за шагом я нанесла необходимые символы на тело, после чего прочитала завершающее заклинание. Руны вспыхнули, отдавая кровавым мерцанием, а чернила впитались без остатка. Первый этап посвящения прошел успешно. Осталось только наполнить руны силой, чтобы они активировались и заработали.
Я прибрала за собой, приняла ванную и облачилась в элегантный наряд, составляющий теперь часть моего гардероба. Под платье надела ажурные чулки, короткие панталончики и тонкую сорочку на бретелях. Волосы перевязала лентой, а на запястья и ямочку на шее нанесла капельки парфюмированной воды, усиливающей естественный аромат кожи. Поверх одежды накинула темный плащ с капюшоном, после чего покинула дом и поймала на улице экипаж.
На постоялом дворе я мимоходом бросила хозяину, что меня ожидают, быстро миновала общий зал и поднялась на второй этаж. Разыскав нужную комнату, замерла, все еще сомневаясь, правильно ли поступаю. Однако руны уже горели под кожей, пока еще неощутимо, отголосками краткой боли, пережитой в процессе нанесения. Если не завершить ритуал, они сожгут меня изнутри.
Я постучала, но звук получился глухим, негромким, а дверь поддалась под легким напором. В нос ударил аромат жженого воска и благовоний, усиливающих любовное желание. В покоях царил полумрак. Вместо магических шаров горели свечи в подсвечниках, а в гостиной на столике стояла бутылка початого вина и легкие закуски.
— Рингар, ты здесь? — позвала парня, не обнаружив его в комнате.
Показалось, что в спальне раздались какие-то звуки, поэтому смело направилась туда. Странно, что красноволосый не встретил меня. Неужели, так обнаглел, что завалился в кровать и..
Отодвинув тяжелые портьеры, отделяющие проход в соседнее помещение, я скользнула через приоткрытые дверные створки и замерла, ошеломленная увиденным. На дубовой кровати, застеленной белоснежным бельем, сплелись два тела, охваченные страстью.
Рингар! Мой Рингар, который говорил, что ни на кого меня не променяет, занимался любовью с принцессой Неньясира. Она стонала от удовольствия и изгибалась похотливой кошкой, а он ласкал ее жадно, безудержно, покрывая поцелуями каждый сантиметр тела.
Я пошатнулась, ощущая, как меня накрывает волной тоски и разочарования. В глазах образовалась неприятная резь, будто в них щедрой горстью насыпали песка. Но плакать я не могла. Слезы высыхали от жара, которым полыхнули неудовлетворенные руны. Не ожидала, что предательство будет таким болезненным. Печать на груди шевельнулась мерзким пауком и вгрызлась в тело, оплетая темными щупальцами трепыхающееся сердце и прорастая внутрь безжалостными острыми шипами.
Исильмея в этот момент издала сладострастный стон, обвила тело Рингара руками и ногами, а сама при этом распахнула глаза и посмотрела на меня. Усмехнувшись, белобрысая гадина впилась губами в шею красноволосого, оставляя заметный след поцелуя.
— Скажи, ты любишь меня? — прошептала она достаточно громко.
— Люблю! Ты только моя, Силь. Только моя. Навсегда, — с жаром ответил Рингар.
Я медленно отступила, кусая губы и сжимая кулаки в бессильной ярости. Как он мог? За что он так со мной? Почему?
Не разбирая дороги, я бросилась прочь из комнаты, из проклятого постоялого двора, из города. Жаль, далеко уйти не успела. Врезалась в кого-то на улице. Я готова была тараном смести любого, кто встанет на пути. Но вместо этого меня спеленали моим же плащом, закинули на плечо и куда-то понесли. Не так далеко, чтобы я успела закричать. Запихнули в подвернувшийся навстречу экипаж, который тут же сорвался с места и помчался прочь, подальше от центральных улиц.
Не знаю, что именно привело меня в чувство. Тряска, клацнувшие на ухабе зубы или сработавшая защита браслета, но я вдруг осознала, что меня похитили и увозят в неизвестном направлении. А я впервые не взяла с собой сумку с пространственным хранилищем и оказалась безоружной перед преступным заговором. Самое противное, что в платье с пышной юбкой и в длинном плаще я лишилась свободы действий. В этих неудобных тряпках не то, что сражаться, нормально присесть невозможно. Мне ничего не оставалось, как только корить себя за невнимательность, ждать и наблюдать. Лаэрт не допустит ведь, чтобы случилось что-то плохое? И Хелларион наверняка будет искать. Меня обязательно спасут, или же я сама доберусь до этих несчастных фактически уже трупов.
Похититель поднес к моему лицу платок, пропитанный алхимическим составом, зажал им рот и нос. Какое-то время я держалась, но потом вдохнула запах и ненадолго потеряла сознание. В себя пришла еще в дороге, но вела себя тихо, стараясь не показывать, что уже очнулась.
Экипаж свернул на глухую улочку. Я поняла это по гулкому цоканью лошадиных копыт, звук которых отражался от стен. Затем чуткий слух уловил негромкий стук по деревянной поверхности, лязг сдвигаемого засова и странные фразы, которым обменялся похититель с чужаком. Затем незнакомец вернулся и снова взвалил на плечи мою тушку.