Страница 100 из 141
22
Одна кровать
С сотрясением мозга и под действием наркотика я висела вниз головой на плече Тарантула, словно мешок муки, пока он шагал к нашей гостинице, а позади поднимался дым. Шея болела; я смотрела вверх на переплетение тонких ветвей, по которым в лунном свете ко мне ползли тени.
Его большой палец всё ещё был зажат между моими бёдрами. Лицо горело, и тропический климат тут ни при чём.
— Зора, мы повсюду тебя искали! — Из темноты появилась Элла и поспешила к нам по улице.
Тарантул убрал руку от моего лона.
Элла шла, обняв за плечи раненого южанина. Из его икры торчала деревянная щепка, но он будто не замечал боли и смотрел на Эллу влюблёнными глазами.
Следом шёл Аксель — растрёпанный, покрытый пылью, но в остальном целый. Он вырвал раненого из объятий Эллы и оттолкнул. Мужчина споткнулся и с криком рухнул прямо на рану.
Элла ахнула и хотела ему помочь, но Аксель удержал её. — С ним всё нормально.
Мужчина стонал на земле от мучительной боли.
— Сосредоточься на Зоре. — Аксель снова развернул Эллу ко мне. Она радостно улыбнулась; щёки горели — вино фей явно ещё не выветрилось.
— Ну как тебе порошок? — спросила она, ткнув в меня пальцем.
— Ням, — невнятно пробулькала я.
— Ух ты, настолько хорошо? — Аксель похлопал меня по спине. — У тебя случайно не осталось ещё? Я тоже хочу попробовать…
— Что я говорил тебе насчёт прикосновений к ней, шут? — перебил Тарантул и переложил меня подальше.
Я указала на Тарантула, разрушенное здание, а потом на себя, пытаясь незаметно передать все оттенки зла.
— У неё галлюцинации? — спросил Аксель, совершенно меня не поняв.
— Да, — ответил Тарантул.
Кто-то позвал на помощь. Элла повернулась к нему, но Аксель снова схватил её за руку и развернул ко мне. — С Сибрейном покончено? — спросил он, с трудом удерживая вырывающуюся сестру.
— Первая цель устранена, — холодно ответил Тарантул.
Аксель кивнул, словно всё было ясно. Он понятия не имел, что Тарантул магией содрал Сибрейну кожу с лица, а затем моим кинжалом отсёк ему голову. Я попыталась объяснить это глазами.
— Мы знаем, почему рухнуло здание? — спросил Аксель у Тарантула; несмотря на опьянение, его взгляд оставался проницательным.
— Случайный пожар, — сказал Тарантул, ускорив шаг.
Аксель недоверчиво фыркнул, но промолчал и пошёл следом, продолжая тащить за собой отбивавшуюся Эллу, которая отчаянно рвалась к кричавшим неподалёку людям.
Я согласно закивала. — Нам нужно помочь южанам…
Тарантул меня перебил: — Нам нужно переночевать, а завтра отправиться в купальню за Арктуром. — Он задумчиво помолчал. — Или мы можем сравнять с землёй остальной город и выкурить его сейчас… — Он умолк, словно перспектива новой резни казалась ему соблазнительной. Я почти ощущала, как жажда крови бьётся в его венах. Он выпрямился, будто уже грезил бойней.
Аксель закатил глаза. — Нет. Мы будем спать.
Сквайр каркнул, спикировал с деревьев и приземлился мне на задницу. — Зора, ты мёртвая?
— Угу, — подтвердила я.
— Моё трагическое сердце скорбит о тебе, — торжественно ухнул Сквайр. Я оценила драматизм фразы. Он единственный меня понимал. Наверное, не лучший признак. Отважно демонстрируя солидарность, он клюнул меня в задницу и завопил на луну.
Не знаю, сколько прошло времени — я окончательно потеряла ему счёт. Я всё ещё пробовала цвета на вкус и видела запахи, а Тарантул нёс меня в тёмную комнату гостиницы. Близнецы уже разошлись на ночь по своим комнатам.
— Немедленно опусти меня и уходи, — потребовала я, колотя по его твёрдым мышцам и ненавидя то, какими тёплыми они были под пальцами.
— Ты одурманена… Я ни за что не оставлю леди одну в комнате в таком состоянии. Это опасно. Ты можешь захлебнуться собственной рвотой.
Как очаровательно.
В углу приятно журчал фонтан, длинные тени тянулись по единственной кровати с балдахином, на которой едва хватало места одному человеку. Двое застряли в гостинице наедине — интересно, что же может случиться?
Странные мысли развеялись, когда Тарантул наклонился и с неожиданной силой переложил меня. Теперь он держал меня на вытянутых руках высоко над кроватью. Каким-то образом Сквайр оказался у меня на лбу.
— Здравствуй, паук, — сказал Сквайр, застенчиво опуская голову.
Тарантул кивнул ему. — Приветствую, крошечный птенец.
Я покачала головой. — Даже не смей…
Тарантул уронил нас обоих, и мы тяжело подскочили на матрасе. Сквайр упал, его круглое тельце расплющилось о моё лицо. Я ещё не успела подняться и вступить в бой, как Тарантул натянул простыню мне до подбородка, полностью укрыв.
— Спасибо, — прощебетал Сквайр, забираясь под неё. Он свернулся клубочком рядом со мной (совершенно не помог).
— Спи, — приказал Тарантул.
— Да, господин паук, — радостно прокричал Сквайр и закрыл глаза. Потрясённая таким непостижимым предательством нашей дружбы, я разинула рот, глядя на уже спящую сову.
— Подожди-ка, — сказала я, когда поняла причину внезапной смены стороны. — Это ты давал ему семечки?
Румянец пополз по шее Тарантула из-под воротника. — Возможно, — пробормотал он, отводя взгляд.
Да как он посмел развращать моего самого верного союзника?
Изнывая от жары, я сбросила душившие меня простыни и оставила их Сквайру. Магия ущипнула вспотевшую кожу, шёлковая ткань нежно скользнула по телу, и я облегчённо вздохнула, широко раскинув руки и ноги.
В лунном свете цветущие лозы под потолком отливали розовым и зелёным. Красота. Я запрокинула голову, наслаждаясь головокружительной эйфорией.
— Равенал, — хрипло сказал Тарантул. — Прикрой плечи.
Повернуть голову было всё равно что поднять груду кирпичей. Стоп, он всё ещё здесь?
Перламутровые глаза жутковато светились. Он возвышался надо мной, тяжело дыша и приоткрыв губы, и смотрел на мою… ключицу?
— Это же просто плечи?
Глаза Тарантула расширились, он резко отвернулся. Сделал несколько стремительных шагов к стене, поднял руку и, бормоча что-то на странном языке, ударился лбом о предплечье.
Сквайр счастливо ухнул во сне.
— У тебя снова… приступ из-за лодыжки? — осторожно спросила я. Я не понимала, что происходит, но знала: над этим нужно поиздеваться. — По-моему, тебе следует посмотреть на меня и смириться…
ШЛЁП.
Тарантул ударил ладонью по стене над головой.