Страница 42 из 57
Глава 10. Кто тебя похоронил
Одиннадцать точек продолжали гореть на карте, когда Седьмой контур открыл канал, которого секунду назад не существовало. Элара выпрямилась. Усталость никуда не делась, но тело снова собралось раньше мысли — плечи напряглись, дыхание стало короче.
Элара заметила его не по сигналу вызова. Никакого вызова не было. На краю центральной панели появилась ещё одна линия, отделившаяся от карты древней сети и ушедшая за пределы известных маршрутов. Рейнар увидел изменение одновременно с ней.
— Это не Корв.
— Нет.
Элара увеличила служебный слой. Канал не имел современного идентификатора, адреса отправителя или стандартного ключа связи. Только обозначение:
КОНТУР УПРАВЛЕНИЯ.
ПРИОРИТЕТ: ПЕРВИЧНЫЙ.
И ниже:
ЗАПРОС ПРИНЯТЬ?
Рейнар подошёл ближе, но ничего не коснулся.
— Она.
Это не было вопросом. Элара тоже так думала. Мара позволила им найти Н-4. Потом открыла часть архивов. Следила за Керреном, знала о старых командных контурах и оказалась связана с параллельной системой, которая существовала рядом с программой Варна.
Если кто-то и мог обратиться к Седьмому контуру через управляющий слой, то именно она.
— Можем не принимать, — сказал Рейнар.
Элара подняла к нему глаза.
— Ты правда этого хочешь?
— Не хочу.
— Я тоже.
Она активировала канал. Изображение Мары Сейл появилось сразу. Никакой тени, никакого намеренно затемнённого помещения, как в первый раз. Теперь женщина сидела перед открытой рабочей панелью. За её спиной был виден фрагмент корабельной стены и старый знак внешних маршрутов, давно исключённый из современной символики флота.
Она больше не скрывала, кто говорит. Скрывала только где. Мара сначала посмотрела на карту за спиной Элары. На одиннадцать светящихся точек. Потом на неё.
— Ты всё-таки запустила синхронизацию.
— Вы знали, что это произойдёт?
— Знала, что может.
— Поэтому помогли нам добраться до Керрена?
— Поэтому не мешала.
Рейнар произнёс:
— Вы отправили туда группу.
Мара повернулась к нему.
— Не мою.
— Вы знали о ней.
— Знала.
— Очень удобная разница.
— Когда-то ты понимал такие различия лучше.
Элара почувствовала, как Рейнар напрягся, но голос его остался спокойным:
— Когда-то я считал, что они имеют значение.
— Имеют до сих пор.
— Не для тех, кто оказался между ними.
Мара задержала на нём взгляд немного дольше. В её лице впервые появилось что-то, похожее не на сожаление, а на признание того, что перед ней уже не тот молодой офицер, которым когда-то было легко управлять через систему приказов.
— Ты изменился, Касс.
— Семь лет достаточно.
Элара вмешалась прежде, чем разговор снова превратился в их старую войну.
— Зачем я была нужна в Керрене?
Мара посмотрела на неё.
— Наконец правильный вопрос.
— Вы уже один раз говорили это.
— Потому что ты долго задавала неправильные.
— Тогда ответьте без игры.
Женщина ненадолго замолчала. Элара почти ожидала очередной попытки уйти от прямого ответа. Вместо этого Мара выключила часть собственной панели. На экране рядом с ней появилась старая схема Керрена. Не та, которую Элара изучала последние часы.
Ещё более ранняя. На ней Н-4 существовал, а большая часть современной инфраструктуры отсутствовала. В центре сектора находился древний объект, который позже спрятали внутри внешней станции.
— Семь лет назад ты приехала в Керрен как специалист по навигационным системам, — сказала Мара. — Официально — восстанавливать старые маршрутные таблицы. На самом деле твой контракт появился не случайно.
Элара почувствовала, как пальцы крепче сжимают край терминала.
— Вы привезли меня туда.
— Я обеспечила, чтобы твоя кандидатура оказалась первой в списке.
— Зачем вам это было нужно?
Мара вывела другую запись. Старая таблица. В ней не было процентов совместимости, брачных прогнозов или генетических пар. Только технические реакции.
СИГНАТУРА: НЕСТАБИЛЬНА.
РЕАКЦИЯ НА СТАРЫЕ МАРШРУТЫ: ПОВЫШЕННАЯ.
ВЕРОЯТНОСТЬ ОТКЛИКА АРХИТЕКТУРЫ: ВЫШЕ ПОРОГА.
Элара узнала принцип сразу. То же самое они видели на Седьмом контуре.
— Вы проверяли меня ещё до Керрена.
— Не тебя лично. Твои маршрутные решения.
— Объясните.
— За восемь лет до этого несколько старых узлов начали выдавать странные ошибки. Не технические. Они меняли маршрутизацию в присутствии отдельных операторов. Большинство людей не замечали, потому что система корректировала себя и возвращалась в обычный режим.
— А я заметила.
— Ты не просто заметила. На Тирре ты открыла резервный переход, которого не было в современной документации.
Элара вспомнила старый шлюз. Тот самый, про который они с Рейнаром говорили меньше часа назад. Она тогда считала это обычной ошибкой схемы.
— Это была не ошибка.
— Нет.
Рейнар спросил:
— Почему в отчёте ничего не было?
— Потому что я убрала запись из общего контура.
— Ещё тогда?
— Ещё тогда.
Элара смотрела на Мару.
— Сколько вы следили за мной?
— Почти два года.
Ответ прозвучал буднично. От этого стало хуже.
— Два года.
— Не постоянно.
— Это должно помочь?
— Нет.
Мара не пыталась смягчить сказанное.
— Мы искали людей, на которых реагировала старая сеть. Не знали почему. Не знали, что означает нулевая линия. Тогда этого названия вообще почти не использовали.
— Но знали достаточно, чтобы подстроить мне контракт.
— Достаточно.
— И посадить меня на Н-4 рядом с Керреном.
— Да.
Рейнар сделал шаг вперёд.
— А мне не сказали.
Мара посмотрела на него.
— Тебе особенно нельзя было говорить.
В помещении стало очень тихо. Элара почувствовала, как меняется сам смысл разговора.
— Почему особенно ему?
Мара не отвела взгляда.
— Потому что Касс был единственным человеком, которому ты доверяла больше собственной профессиональной любознательности.
Элара ничего не сказала. Мара продолжила:
— Ты могла спорить с начальством, игнорировать предупреждения инженеров, обходить официальные схемы и лезть туда, куда тебя просили не лезть. Но если Рейнар говорил, что что-то выглядит неправильно, ты останавливалась и проверяла.
— Не всегда.