Страница 21 из 53
«На тот случай, когда ты будешь готова».
Готова.
Как будто признать, что мне нужна помощь, было легко.
Как будто я могла просто спокойно принять тот факт, что после многих лет подавления своей магии она решила вернуться в мою жизнь, как разъярённый ураган.
Нет.
Абсолютно нет.
Мне нужен был ответ от одной из десятков заявок, которые я разослала. Настоящая работа. Стабильная работа. С зарплатой, льготами и измеримым успехом.
А пока?
Солнечный свет. Тишина. Вымышленные мужчины с эмоциональной доступностью.
— У меня всё равно нет времени на отношения, — бормочу я, запихивая солнцезащитные очки в сумку. — Вымышленные мужчины — лучшие парни. Они никогда не оставляют мокрые полотенца на полу и всегда точно знают, что сказать.
Джин согласно лает из дверного проёма кухни, виляя хвостом так сильно, что вся её задняя часть дёргается.
— Именно. Наконец-то кто-то меня понимает.
Я накидываю на голову свою огромную шляпу от солнца, надеваю шлёпанцы, а затем поднимаю Манго с его тёплого насеста у окна. Маленький оранжевый бородатый дракон тут же забирается мне на плечо, как король, которого несут к трону.
Джин скулит и бежит к двери.
— Не в этот раз, девочка, — я приседаю, чтобы почесать её за ушами. — Меньше всего мне нужно, чтобы ты снова ела чей-то брошенный сэндвич на пляже.
Джин возмущенно чихает.
Манго медленно поворачивает к ней голову с самодовольным превосходством, крошечные когти впиваются в мою рубашку.
— Ой, не начинай, — говорю я ему. — Ты же буквально ящерица.
И всё же он слегка раздувает горло.
Как только я выхожу на улицу, меня обжигает полуденное солнце, тёплое и золотистое на коже. В воздухе густо витает соль, смешиваясь с солнцезащитным кремом и летающими кокосами с соседних пляжных домиков. Деревянные ступеньки скрипят под моими шлёпанцами, когда я спускаюсь к песку.
Пляж простирается передо мной бесконечно, переливаясь оттенками синего и золотого. Волны ритмично разбиваются о берег, а чайки кружат над головой, крича в ветре.
Красиво.
Одиноко.
Такое одиночество, которое тихо сидит рядом, вместо того чтобы заявлять о себе.
Я ставлю зонтик, закрепляю края полотенца под сумкой и с усталым вздохом падаю на него. Манго тут же спускается по моей руке и с энтузиазмом начинает копаться в тёплом песке.
— Эй. Смотри куда копаешь.
Песок всё равно попадает мне прямо на ногу.
Манго замирает.
Медленно он поднимает голову из крошечной ямки, которую сам же и вырыл, песчинки прилипли к его мордочке.
— Тебе повезло, что ты такой милый.
Движение привлекает его внимание возле зарослей дюнной травы. Всё его тело замирает, как статуя, за исключением подёргивания хвоста. Затем он внезапно бросается вперёд с удивительной скоростью.
У крошечного жучка нет ни единого шанса.
— Природа ужасна, — бормочу я, пока Манго радостно хрустит рядом со мной.
Сегодня пляж почти пуст. Далеко вдоль береговой линии крошечные фигурки плещутся в прибое, их смех едва слышен из-за морского бриза, пока не становится едва человеческим.
В остальном, только я.
Только океан.
Только бескрайнее небо.
Я наношу солнцезащитный крем на руки и ноги, лосьон приятно охлаждает перегретую кожу, затем откидываюсь на полотенце с книгой. Ткань зонта мягко развевается над головой.
Вчера, после того как купила продукты, я зашла в старый книжный магазин. Знакомый запах бумаги, благовоний и пыли окутал меня, как только я переступила порог. Миссис Олдер чуть не расплакалась, увидев меня снова, тут же потребовав рассказать о путешествиях моей тёти и сунув мне в руку коричную конфету, словно мне снова шестнадцать, а не безработная и погружающаяся в пучину отчаяния.
На несколько минут в этом магазине, в окружении покосившихся полок и потрепанных книг, я почти почувствовала себя собой.
Или, может быть, той версией себя, которой я была до того, как амбиции опустошили всё остальное.
Но сегодня всё должно быть просто.
Только я и любовный роман.
Я открываю закладку и погружаюсь в историю. Девушку только что вынудили выйти замуж за сурового лорда враждебного клана, чтобы обеспечить мир между королевствами.
Конечно, они влюбятся.
Конечно, он будет тайно мягким под всей этой грубостью.
Конечно, она залечит его израненное сердце, и они будут жить долго и счастливо.
Предсказуемо. Утешительно.
Как горячий шоколад во время снежной бури, когда мир замирает.
Истории, где люди выбирают друг друга, несмотря ни на что.
В годы работы в корпорации у меня почти не было времени на чтение для удовольствия. Всегда было очередное письмо. Очередная встреча. Очередной ужин для налаживания деловых связей, где все слишком широко улыбались и говорили о продуктивности, как о религии.
Но как только я найду другую работу…
Когда.
Когда я найду другую работу…
Я снова найду время для всего.
Я должна.
Потому что я собираюсь найти работу. Лучшую. Ту, где все годы стресса и жертв наконец-то будут иметь смысл. Там, где я могла бы перестать чувствовать себя тонущей, в то время как все остальные каким-то образом без усилий плывут вперёд.
Ведь именно этого все и хотели, верно?
Успех. Деньги. Признание.
«Но какой ценой?» — тут же шепчет моя совесть.
— Предатель, — бормочу я своему собственному мозгу.
Я пришла сюда не для того, чтобы погружаться в экзистенциальный кризис.
Я пришла за солнцем и развлечениями, а уж точно не для того, чтобы каждые пятнадцать минут навязчиво обновлять электронную почту в надежде, что кто-нибудь, наконец, ответит на мои отклики.
Вчера вечером я бы часами читала, если бы Джин не начала лаять на ванную.
А потом я открыла дверь и увидела пузырьки.
Везде.
Пузырьки выливались из раковины. Из ванны. Плавали по потолку.
Настоящий пенный кошмар.
Вместо того чтобы признать, что Эллиот был прав и моя магия явно дала сбой, я просто закрыла дверь, выключила свет и решила, что я из будущего справлюсь.
Утром я обнаружила ванную комнату совершенно чистой.
Никаких пузырьков.
Ни воды.
Ничего.
Как будто я всё это себе придумала.
Как будто я схожу с ума.
Я наконец-то дочитываю первый абзац, когда на мое лицо падает тень.
— Ты пропустила одно место.
Этот раздражающе жизнерадостный голос мгновенно вызывает во мне вспышку раздражения.