Страница 96 из 107
Мы не оборачиваемся. Абсолютно. Я иду ровно, глядя перед собой. Игорь держит спину прямо. Но я вижу боковым зрением, как Яна, не меняя выражения лица, незаметно сжимает его руку чуть сильнее. Маленький, скрытый жест. «Я здесь. Ты — мой папа. Этот крик — просто шум».
Мы выходим из сквера, и внезапные редкие снежинки бодрят лицо. Я отпускаю руку Яны, чтобы набрать Валере: «Всё. Едем домой». Слышу в трубке его облегченный выдох: «Я видел. Вы — великолепны. Все трое».
Садимся в мою машину. Молчим первые пять минут. Потом Яна, глядя в окно, говорит:
— Он… жалкий.
Не злой, не страшный. Жалкий. И в этом одном слове — полное уничтожение всей его власти, всех его угроз.
Игорь смотрит на нее, потом на меня. В его глазах стоят слезы, которые он не выпускает. Слезы не от боли, а от невероятной, оглушительной гордости.
— Спасибо, — хрипит он, обращаясь больше к ней, чем ко мне. — За то, что… за всё.
— Не за что, пап, — отзывается она, все так же глядя в окно. Но уголок ее рта дрогнул в легкой, почти невидимой улыбке.
Я завожу мотор и выезжаю на магистраль, ведущую домой. К новой жизни, фундамент которой мы только что, все вместе, залили бетоном такой прочности, что никакому прошлому его уже не расколоть.