Незабудка

» 9 «

Квинн

– Вот. Положите в карманы своих брюк.

Эмилиан протянул нам с Гиацинтом по круглому переливающемуся красному диску, размером меньше одноцентовой монеты.

До этого я лежал на траве, а теперь сел.

– Серьёзно, Эмилиан? Драконья чешуя, чтобы отогнать сглаз? – Гиацинт покачал своей рыжей кудрявой головой. Он появился всего две минуты назад, обнял Эмилиана в знак приветствия, как будто они не виделись несколько недель. На его футболке было написано: «Гордость появляется на свет раньше папоротника». – С каких пор ты стал таким суеверным?

– С тех пор, как мои друзья стали общаться с аркадийскими магами вроде Фрея и Морены, – ответил Эмилиан. Как и у Гиацинта, у него были рыжие кудри – отличительный знак фей, а также множество разноцветных татуировок по всему телу. – Кроме того, тот факт, что чешуя дракона нейтрализует магические манипуляции, – это не суеверие, а научно доказанный факт. Однако, чем крупнее и опаснее дракон, тем сильнее эффект. А всё, что имелось в моём распоряжении, когда я спешил, это вот… – Он указал на Конфуция, который, свернувшись калачиком, лежал в траве рядом со мной и являл собой полную противоположность понятиям большой и опасный. Красный карликовый лесной дракон был меньше белки и, несмотря на длинный вилообразный язык и способность извлекать из себя клубы дыма, казался весьма безобидным. Когда я погладил пальцем его блестящую чешую, он тут же прижался ко мне и стал издавать звуки, отдалённо напоминающие кошачье мурлыканье.

– Не думаю, что Фрей и Морена вообще будут там. Это просто встреча с ректором Темис, чтобы прояснить, что произошло в парке, – сказал Гиацинт. – О других членах Верховного Совета речь не шла. Но если они появятся, то мы не останемся с ними наедине, моя мама тоже обязательно будет там. И Заоджунь.

Тибетский мастер Дэва тоже являлся членом Совета и настоял на этой встрече. Изначально Гиацинт хотел забрать меня из дома и, как обычно, провести через портал в библиотеку Кассиана, поскольку это был кратчайший путь к обсерватории, своего рода ратуши Грани. Но, во-первых, мне не хотелось снова пробираться из дома на кладбище посреди ночи, пока Гиацинт усыпляет моих бедных родителей каким-то сказочным снадобьем, а во-вторых, у меня не было ни малейшего настроения встречаться с профессором. Поэтому я сказал родителям, что собираюсь провести ночь у приятеля, прошёл через портал в церкви Святой Агнессы и весь вечер зависал в приюте у Эмилиана. Как же хорошо было просто спокойно лежать на траве и смотреть на небо. То и дело в поле зрения попадал величественно плывущий по воздуху кит-цеппелин или стая экзотических птиц. И снова, и снова в голубом небе мелькали крошечные золотые крапинки. И я в очередной раз поймал себя на мысли, что до сих пор не могу до конца осознать, что каждая из этих золотых искорок означает умирающего человека. Утешало то, что после смерти всё как-то продолжается. Но будет ли это так и в случае конца света? Ведь, согласно пророчеству, именно это могло произойти во время ритуала звёздных врат. «И мир померк, – сказала гадалка. – Там, в конце всех времён…»

А что, если на этот раз пророчество действительно сбудется?

Ритуал звёздных врат всегда казался мне чем-то далёким, где-то из теоретического будущего. Тот факт, что меня выбрали для спасения целого мира, причём никто не мог объяснить мне, как именно я должен это сделать, не делал ситуацию более реалистичной. Ведь я был всего лишь случайным студентом, который собирался готовиться к экзамену по географии… Но после встречи с Дэвом всё это стало казаться угрожающе правдоподобным, и его слова о судьбе, которую я должен принять, никак не выходили из головы. На следующей неделе начинались летние каникулы, а через неделю комета должна была приблизиться к Земле – оставалось меньше двух недель. Так выпьем же за это, как сказал бы сейчас мой отец.

Эмилиан оставил меня наедине с моими мыслями, он занимался обустройством среды обитания для семейства зелёных улиток, которых сегодня спас из района вырубки лесов в Амазонии. Они якобы светились в темноте.

– Пора выдвигаться.

Гиацинт протянул руку, чтобы помочь мне встать. Мир и покой закончились. Конфуций недовольно прихрюкнул, когда я усадил его на траву.

– А чешуйка может защитить от телепатических способностей Фрея?

Я уж точно не произведу хорошего впечатления на этом слушании, если всё время буду произносить что-то задом наперёд. Оставалось надеяться, что Гиацинт прав и Фрея сегодня не будет.

Эмилиан вздохнул:

– Единственное, что действительно помогает против этого, – зелье феи Белладонны, которое на время опустошает твой мозг, но затем навсегда стирает твои воспоминания о последних двадцати четырёх часах.

– Звучит ещё хуже, чем это можно представить.

Все волшебные зелья всегда имеют какой-то подвох. Я осторожно положил маленькую чешуйку дракона в карман брюк и улыбнулся Эмилиану:

– Спасибо, что позволил побыть с тобой.

– Хотелось бы сделать больше, – сказал Эмилиан, бросив косой взгляд на Гиацинта, и понизил голос. – Серьёзно, остерегайтесь Чёрной Вдовы. Именно с ней связана фраза «взглядом можно убить». И ни для кого не секрет, что они с Фреем в сговоре.

«Ну что ж, выпьем же за это».

***

– Ты уже выяснил, почему Морена могла похитить предсказательницу? – спросил я Гиацинта, когда мы свернули с тихих мощёных улочек холмистой местности вокруг приюта Эмилиана на широкую оживлённую дорогу, которая вела прямо к раковине улитки. Я зажал под мышкой свои костыли, они мне понадобятся на обратном пути. Если только Гиацинт не вытащит из шляпы ещё один портал, мне не останется ничего другого, как возвращаться домой через библиотеку Кассиана, потому что церковь на ночь закрывалась.

Гиацинт кивнул:

– Возможно. Один из заключённых чёрных эльфов дал показания – предположительно под пытками, но они, конечно, этого не признают, – что ваша мадам Нектарин…

– Мирабель!

– Прости, я помнил, что её имя похоже на фрукт, но вот какой… В общем, по слухам, она владеет двумя золотыми саламандрами… – Он запнулся. – Проклятье. Обещай, что мы продолжим идти вперёд без остановки.

– Что? – Я проследил за его взглядом. – О нет! Это что, Гудрун?