Страница 14 из 55
На меня смотрела белая морда. Собака... я собака...
Нет, не так. Я чувствовала, что я внутри неё. Не я собака, а я внутри этой собаки и просто наблюдала за миром через её глаза, как пассажир в машине. Тело не слушалось меня.
Егор принёс воду в широкой миске, пододвинул. Волчица жадно, но с трудом начала лакать. Она была невероятно слабой, еле держала голову, и лапы дрожали.
Он перенёс меня на пол, кинув предварительно туда моё одеяло.
— Тут прохладнее, тебе будет комфортнее.
Собака моя, походу, вообще не врубалась, что происходило. Она просто позволяла. Или у неё не было сил сопротивляться.
Егор сел рядом на пол, протянул руку и осторожно погладил. От его прикосновения по моей волчьей шкуре пробежала дрожь.
— Теперь нужно время. Вам обеим нужно время прийти в себя. Катюш, волчица слабая, но у волков регенерация происходит быстро. Особенно во сне. Нужно, чтобы вы поспали. Она может спасти тебе жизнь. Доверься ей.
Что? Регенерация? Спасти?
Мысли метались, сбиваясь в кучу. Но волчье тело закрыло глаза. Похоже, у неё и правда не было сил. Её вырубило моментально. Дыхание стало ровным и глубоким.
А я ещё была тут. Я не спала. Моё человеческое сознание осталось внутри, запертое в этой белой тушке, но бодрствующее.
И я всё слышала. Слух у меня теперь тоже был отменный. Я слышала, как бьётся его сердце.
Потом я слушала, как он наводит порядок в моём доме. Убрал таз с водой. Снял постельное бельё, намоченное потом и водой. Стирал руками полотенце и простыни, а потом ушёл и вывесил их на улицу. Я слышала, как скрипели прищепки.
Потом он проверил нас и ушёл к себе.
И я тоже прекрасно слышала каждый шаг, каждое его действие — через забор и даже через стены. Он позвонил кому-то. Голос был низкий, напряжённый.
— Альфа, ты был прав. Случился оборот.
Пауза. Я слышала тихий, металлический голос из трубки, хотя он звучал так, будто человек стоял в комнате.
— Егор… это же хорошо. Как волчица?
— Ужасно, Альфа, — Егор говорил тихо, но я слышала каждое слово. — Она очень слабая. И она… она ещё маленькая. Не щенок, но и не взрослая. Так… подросток. Если получится найти того, кто с ней это сделал… я лично разорву на части.
— А так в целом… повреждений нет? Видит, слышит, обоняние работает?
— Вроде цела. Но шерсть… она как будто местами клочьями, тусклая. Я такого не видел никогда.
— Разберёмся. Выхаживай, регенерация должна сделать своё дело. Теперь только ждать. На кого похожа? Какой клан?
— Ни на кого, Альфа. Она белая. Шерсть отдаёт сталью… сединой… я таких не видел. Белых волков в природе почти нет.
— Хм… — голос на том конце был задумчивым. — Может, из-за заточения сменился окрас? Магия камня так повлияла?
Я задумалась над его словами. Мои волосы тоже были русыми, светло-русыми. Летом выгорали до пшеничных. Но когда я заболела, они начали выпадать клочьями, а потом, когда отрасли, стали абсолютно белыми. Почти как седина.
Они попрощались, а ко мне пришло осознание. Это не сон. Это правда.
Я — собака. Вернее, волчица. Вернее, оборотень.
И Егор тоже. И какой-то Альфа. И такие есть ещё. Разные кланы. Боже…
Пусть это будет не сон. Пусть эта маленькая, слабая белая волчица действительно обладает волшебной регенерацией. Пусть она спасёт меня. Пусть она спасёт нас. Потому что я не хочу умирать.