Страница 18 из 879
Глава 4 Тайное, которое явное
— Что ты на меня так смотришь? — Дядя Коля вильнул взглядом.
«Математика — восьмой класс! — выразительно прочитал я, громко переложив книгу с места на место. — Не-ор-га-ни-чес-кая хи-ми-я»!
— Я попросил книги, чтобы стол подпереть, — что дали, то и принес! — буркнул сторож, отворачиваясь к окну.
— И мне это учить? — возмущенно потряс я крупной книгой с надписью «География Империи» над головой.
— Ну, это тоже волшебные книги, — осторожно протянул дядя, — просто ты пока маленький и глупый, чтобы их понять.
— Да ну? — Я прищурил глаза и повернул голову чуть набок — пусть видит, насколько я ему не верю.
— Доказать? — Сосед шагнул вперед, перехватил том из моих рук. — Вот, смотри!
И распахнул обложку.
— Это что? — уставился я на картину, раскрашенную в синий, желтый и зеленый.
— Это изображение нашей страны с огромной высоты, — терпеливо объяснил сосед. — Вот это белое — северный полюс, вечный снег даже летом. Там живут белые медведи. Синее — Северный ледовитый океан, а все что ниже, до вот этой черты, наша страна. Вот это — огромные горы, тут — самое большое в мире озеро, это пятнышко — наша столица, Москва.
— Круто! — ахнул я и еще долго изучал волшебную страницу, спрашивая у дядьки подробности. Водил глазами по ниточкам рек, от самого их начала до морей и океанов. Считал — и постоянно сбивался — количество городов. Пытался растопырить пальцы так, чтобы большой стоял на Владивостоке, а указательный на Москве — не получилось.
— А вот эта маленькая точка — наш город, — ткнул дядька ногтем к самому морю наверху и слева страницы.
— А где я? — появился самый главный вопрос.
— Ты слишком мелкий для этой карты, — усмехнулся Коля.
— Так зачем она, если там нет меня? — возмутился я в ответ. — Хотя бы имя могли написать! И стрелочку.
— Не принято писать на карте имена отдельных людей.
— Ну вот же, написано: «Княжество Истоминых». Почему Истомина можно писать, а меня — нет?
— Потому что это его земли, — теряя терпение, пояснил дядька. — Вот будет у тебя княжество, тогда и твоя фамилия тут появится.
— Вот на этом маленьком клочке? Мелковато, — хмыкнул я.
— Ладно. Если захватишь весь мир, то тут на всю длину будет написано твое имя.
— Так что тянуть, у меня и фломастер есть!
— Ты не понял: сначала захватишь — потом появится надпись. И не сразу, а где-то месяца через три-четыре.
— Долго, — покачал я головой, незаметно откладывая книгу за спину.
Ночью я все-таки стану императором мира! Дважды — синим и красным фломастером!
— Ух ты! А эта — тоже волшебная? — схватил я следующий том. — «Ка-ма…»
— Хм, как она сюда попала… Отдай!
— Мое!
— Это очень сильное колдунство!
Я внимательно проследил за движением томика, приметил, куда он его запрятал, и поставил второй целью после бинокля.
«Фи-зи-ка, восьмой класс», — значилось на потрепанной невзрачной книжице. Наверное, скучная — я равнодушно переложил ее во вторую стопку.
— Зря выкидываешь, — прокомментировал дядька.
— И что там интересного? — Я все-таки полистал желтоватые страницы и даже попытался прочитать часть текста — ничего не понятно.
— Узнал бы, почему греется твой браслет, — кивнул он на мою левую руку. — Восьмой класс — это электричество. Твой дар — электричество.
— Пригодится, — согласился я, совсем иначе посмотрев на загадочный том.
Книга вернулась обратно и для верности была прижата коленкой.
— Тогда занимайся. — Он лег на кровать и повернулся спиной.
— А когда ты научишь меня драться? — напомнил я о старом обещании.
— Подойди к стене и ударь ее, — пробормотал он, засыпая.
Пожав плечами, подошел к голой стене и лупанул ее кулаком.
— Больно! — потряс я ладонью и подул на костяшки.
— Бьешь стену — она бьет тебя в ответ. В драке всегда так. Победишь стену — буди, — зевнул дядька и уснул.
Наверное, очередная проверка. Я с подозрением оглядел стену, еще раз лупанул ее и вновь затряс рукой. Стена явно сильнее, и хорошо, что не бьет первой.
Надо использовать волшебство, только вот как? Для проверки гаркнул загадочную и волшебную фразу из заученной брошюрки и взмахнул рукой. Ушиб руку о край своей постели и добавил в заклятие еще пару сильных фраз, подслушанных у соседа. Не помогло — стена осталась целехонька.
— Что же делать? — погрустнел я. Не ломать же пальцы…
Попытался было вспомнить чувство энергии, которое заставлял меня отыскать дядька, и даже вроде бы что-то такое нашел, но удар по стене снова вышел таким же бестолковым и болезненным. Наверное, я просто чего-то не знаю. Но зато это есть в волшебных книгах!..
— …которые я совсем не понимаю, — вздохнул, усаживаясь на кровать.
Покрутил в памяти запомненные страницы, не находя ничего, что мог бы понять настолько, чтобы использовать. Прошелся по комнате, сердито поглядывая то на соседа, то на стену. И то и другое хотелось стукнуть, но не моглось. В итоге пнул пустой пакет из-под книжек и больно ушиб мизинец — там, оказывается, что-то оставалось. Глянул на самое дно — действительно, черная книжка с золотистыми буквами. Тяжелая и вроде не такая маленькая, чтобы потеряться, — просто пакет большой. Поднял, отряхнул и тихо прочитал: «Сло-варь». Хм… Хм! Губы расплылись от сладостного предвкушения, как от второй котлеты на добавку.
Словарь не подвел! За что и был упрятан под матрас — еще найдут и отнимут, а такое волшебство и самому нужно!
Вроде бы непонятные и странные слова оказались не такими и сложными — просто взрослые любили назвать одним загадочным словом пять простых. И надо было всего-то: добиться, чтобы мой дар покрыл два раза весь кулак, а затем ударить! Ну там еще было две страницы, как все это сделать, но, когда на улице было совсем-совсем темно и тихо, я все-таки справился!
Удар прозвучал упавшим с верхней полки чемоданом и разошелся по всей комнате дрожью пола, звоном подпрыгнувших чашек, дребезжанием окон и матом проснувшегося дяди Коли.
— Ты что сделал, гад?! — в ужасе смотрел он на огромную дыру в кирпичной кладке стены.
— Это вообще не я, — замотал я головой, огромными глазами глядя на дядьку.
— А кто?!
— Т-тараканы?
Но главное — стену я победил! И потом гордо ходил мимо нее, потому что сидеть было больно.