Страница 48 из 85
Последним лежал глянцевый буклет — памятка участника. Свод правил поведения на мероприятии. Запрет на использование боевой магии в торговых рядах, запрет на несанкционированные поединки, категорический запрет на продажу химер и отдельная, выделенная красным просьба не кормить ректорского пса Уголька.
Я сгрёб документы обратно в папку и посмотрел на Алису.
— Сработано чисто, спасибо тебе большое. Место отличное, бумаги в порядке.
— А то, — она самодовольно прыснула. — Звенигородская лично проследила, чтобы тебя не засунули на задворки к продавцам мышей. Так что готовь свой эксклюзив, Егерев.
Черныш подошёл к руке девушки и требовательно боднул её головой в ладонь. Алиса, не удержавшись, начала чесать его за угольным ушком. Черныш тут же громко затарахтел от удовольствия.
Эдгар возмущённо каркнул. Ревнивый ворон распушил перья, сверкнул глазом и потянулся клювом, чтобы щипнуть наглого кота за хвост.
— Эй, пернатый Отелло, отставить, — я спокойно подставил ладонь, блокируя клюв ворона. — У нас тут зона свободная от межвидовых конфликтов.
— Изменщица! — окрестил Архимед. — Разбитое сердце! Птичку променяли! Мыльная опер-р-ра!
Я бросил в сторону какаду строгий взгляд, и он благоразумно заткнулся, переключившись на лущение семечки.
Фурия наконец-то расправилась с остатками мозговой кости. Росомаха шумно дохнула, с удовольствием облизала широкую морду и, тяжело переваливаясь на коротких мускулистых лапах, подошла к колдунье.
Влажный чёрный нос зверя скользил по шнуровке ботильона, жадно втягивая запахи московских улиц, тёмной магии и лёгкого девичьего парфюма. Толстые, загнутые когти, способные одним ударом вспороть брюхо оленю, тихо цокали по линолеуму в миллиметре от обуви Алисы.
Девушка скосила глаза вниз, стараясь не делать резких движений.
— Егерев… — позвала она тщательно контролируемым шёпотом, пока Черныш продолжал мурчать под её пальцами. — Скажи мне, что она просто интересуется обувными трендами, а не выбирает, с какой ноги начать дегустацию.
— Она сытая, — спокойно ответил я, внимательно считывая язык тела росомахи и её эмоциональный фон. Уши Фурии были расслаблены, а короткий хвост едва заметно покачивался. — Просто проверяет, кто это тут так густо пахнет тёмной магией и хорошей родословной.
— Снимай ботинки! Досмотр с пристрастием! — потребовал какаду. — Драма!
Фурия громко фыркнула, обдав кожу ботильонов горячим дыханием. Потеряв к обуви исследовательский интерес, росомаха с глухим вздохом опустилась на пол, бесцеремонно привалившись жёстким боком прямо к ноге Алисы, и прикрыла глаза. Девушка обречённо провела рукой по волосам.
— Кстати, о драмах, — Алиса понизила голос. — В Академии сейчас та-а-акое творится, обхохочешься. Во-первых, мой драгоценный братец Кирюша всё ещё дуется и страдает. А его свита ходит по коридорам тише воды, ниже травы.
Приятно слышать, что воспитательные меры работают.
— А во-вторых? — спросил я.
— А во-вторых, на День Пробуждения приедет целая делегация от Салтыковых, — Алиса перестала улыбаться, её тон стал серьёзнее. — Официально — в качестве почётных наблюдателей. Неофициально — будут высматривать среди инициированных подростков тех, у кого проснётся тёмный дар, чтобы сразу брать в оборот. И, говорят, они очень хотят найти повод придраться к ректору Железнову. В МГАМИ сейчас все на иголках, особенно наш декан Мрачнов. Так что будь готов, Егерев. Публика там соберётся разношёрстная и очень зубастая.
— Пусть приезжают. — Я окинул взглядом свой магазин. Коша лениво зевнул, сверкнув клыками. — Мы зубастых не боимся. Мы их дрессируем.
Алиса рассмеялась, убирая руку от разомлевшего Черныша.
— Не сомневаюсь. Ладно, Белоснежка, мне пора бежать. Нужно спрятать твой… гербарий в экранированный сейф, пока моя соседка по комнате не вернулась и не решила, что я открываю портал в Бездну.
Она поправила ремешок сумочки на плече. Эдгар, поняв, что пора уходить, довольно каркнул, бросил на теневого котёнка победоносный взгляд и перелетел на плечо хозяйки.
— Устрой настоящий фурор на фестивале, — бросила Алиса уже от дверей.
— Устрою, — пообещал я.
Колокольчик звякнул, и за девушкой закрылась дверь.
— Ушла! — констатировал Архимед. — Воздух чист! Птичка главная!
Я посмотрел на опустевший прилавок, затем перевёл взгляд на спящих кроликов и вздохнул. Времени до Дня Пробуждения оставалось совсем немного, а работы — непочатый край. Но первый шаг сделан. Теперь пора показать всей магической элите Москвы, что такое настоящий зоомагазин.
Дзынь! Квест «Помоги колдунье» выполнен!
Условия соблюдены: Тёмные ингредиенты переданы. Тёмная колдунья в восторге, её будущие враги обречены.
Награда: 150 очков опыта.
Бонус за сложность: 1000 очков опыта.
Примечание: Вы рискнули собственной шкурой, чтобы сдержать слово. Инстинкт самосохранения отключён за ненадобностью, зато репутация работает на пределе!
Тысяча сто пятьдесят единиц опыта. Я довольно улыбнулся. Отличная прибавка. Риск в Темнолесье окупился сполна, да и Шувалову в должниках иметь полезно — девка она со связями и талантом, такие союзники на дороге не валяются.
В магазине тем временем воцарилось относительное спокойствие. Утренний забег утомил молодняк. Я обошёл стойку и направился к стеллажам, чтобы проверить воду у грызунов. Глянул вниз на лежанку Коши — роскошная, с высокими бортами и ортопедическим матрасиком, прекрасно подходящая для царственной мантикорьей задницы.
Сейчас эта лежанка была оккупирована.
Фенек, умотавшись от игры в салочки, свернулся там песочным калачиком. А рядом с ним, раскинув лапы в разные стороны и свесив пятнистую морду за бортик, дрых Зефир. Малыш тихонько поскуливал во сне, очевидно, догоняя очередную воображаемую бабочку.
Коша выбрался из укрытия и вальяжной походкой направился к своему законному спальному месту. Увидев наглых заселенцев, рыжий хищник замер.
Янтарные глаза кошака сузились. Уши недовольно прижались к голове, а крылья наоборот раскрылись. Коша низко рычал, явно собираясь устроить показательную казнь за посягательство на личную собственность.