Страница 83 из 238
Он один, никого из руководства или преподавательского состава с ним нет.
Генерал проходит к столу, опускается на стул. И оглядывает собравшихся.
– Я так понимаю, что у всех вас на устах один вопрос – зачем вас собрали? Так?
Молчание.
– Так, товарищ генерал‑майор! – это Руслан. Он вообще никогда за словом в карман не лезет.
– Хорошо… – кивает генерал. – Для начала – моя фамилия Мечников. Иван Федорович.
Мне это ничего не говорит, но вижу, что несколько человек из числа курсантов обмениваются быстрыми взглядами – они явно что‑то про него знают! И их взгляды становятся очень‑очень внимательными… Что же это за генерал такой⁈ Что одна только его фамилия заставляет насторожиться весьма неслабых бойцов?
– У вас всех, наверное, не раз возникал вопрос – к чему вас готовят? И почему такая странная система обучения? Так?
Многие кивают. Да, такой вопрос, можно сказать у всех на устах.
– Тогда – вопрос уже к вам! За что воюют наши противники?
Ответов было сразу великое множество! Мечников внимательно их все выслушивает и кивает.
– В целом – верно. И всё же? Одним предложением?
– Да, за деньги они воюют, товарищ генерал‑майор… – неожиданно даже для себя самого произношу я. – Чтоб, значит, ничего не делать – и чтобы деньги были.
– У них! – подчёркивает собеседник. – Верно! Капитализм – это всегда о деньгах. А у нас тут есть очень много того, что позволит им эти самые деньги получить. Не заработать! А получить… На халяву – как некоторые выражаются.
Курсанты переглядываются – эта мысль оказалась несколько неожиданной. Ну, да… за деньги можно вкалывать до седьмого пота, но, чтобы рисковать своей головой?
– А мнения солдат там вообще никто и не спрашивает, – продолжает генерал. – Да и каждому из них давно уже прожужжали все уши, что, мол, там – у нас их всех ждут покорные рабы и несметные сокровища. Вот за это они воевать готовы! И ведь не в первый раз уже к нам лезут! Но всякий раз по мордасам получают…
Он отпивает воды из стоящего на столе стакана.
– Итак – к чему вас готовят? – Мечников смотрит на зал.
– Разведка…
– Нет! Разведчиков, пусть даже и армейских, что на переднем крае ползают, таким вещам учить нецелесообразно. Чему‑то, да, можно и нужно. Но не в таких масштабах.
Зал молчит.
– Можно и нужно тщательно готовить артиллериста. Но, что он сможет сделать если к пушке не будет снарядов? И даже самый классный пилот ничем не поможет своим, если в самолете не будет бензина. А танк без снарядов и топлива превращается в стальной гроб для экипажа. Выводы?
– Диверсанты, – это Михалев.
– Верно. Из вас готовят именно диверсантов. Командиров диверсионных групп. Которые смогут в любой обстановке и какими угодно способами нанести максимальный ущерб противнику. Именно поэтому здесь собраны представители всех родов войск. Ну разве, что летчиков у нас тут нет… А так вы можете учиться – и учить друг друга. Можно долго рассказывать об искусстве меткой стрельбы, например – но кто объяснит это лучше снайпера? Можно прочитать кучу книг о правильной установке фугаса – и подорваться при первой же попытке это сделать. Потому, что с вами не работал сапёр…
Ну что‑то в этом роде я и подозревал…
Но про такое обучение никогда и не слышал даже! Вообще ничего!
– И вот, что, ребята… – генерал делает паузу.– Имейте в виду следующее. Не возмущайтесь тому, что вас учат так долго. Никому не нужно выпускать скороспелок, что сложат голову на первом же задании. Война не сегодня началась и не завтра, увы, закончиться. А для вас – она вообще не заканчивается никогда… И не обо всём, что вы делали раньше – и будете делать завтра, вы сможете кому‑либо рассказать. Некоторые вещи не становятся известными даже в самом отдалённом и, сколь угодно светлом, будущем. Привыкайте к тому, что ваши имена не нанесут на гранитные доски в пример потомкам. Вы не всегда сможете объяснить своим детям – за что получены ваши награды. И в глазах соседей вы всегда будете выглядеть какой‑то тыловой крысой. И опять же, я не могу исключить того, что когда‑то в будущем, когда вы уже станете чисто гражданскими людьми, вам не позвонят однажды в дверь и не предложат вернуться назад.
В зале стоит мертвая тишина.
– Впрочем, – усмехается Мечников, – кое‑кому из присутствующих это знакомо не понаслышке…
Расходились мы молча. Никаких разговоров или обсуждений.
Да, идёт война… И мы все понимаем – насколько это трудно и тяжело. Но вот такую перспективу для себя, пожалуй, никто и не рассматривал. Одно дело – дожить до окончания войны и потом вернуться к мирной жизни. Этого, я уверен – хотят все. И совсем другое – знать, что твоя война будет всегда…
– Курсант Гоглидзе!
– Я!
– Выйти из строя!
Руслан, чеканя шаг, выходит вперёд.
– Указом Президиума Верховного Совета…
Сегодня у нас церемония награждения – некоторых моих товарищей нашли давно заслуженные награды. И я откровенно этому рад! Да и не я один. Оленев намекнул – вечером в столовой будет праздничный ужин. Приподнятое настроение сегодня у всех, ребята почистились, подтянулись и выглядят, без преувеличения, орлами.
– Курсант Васин!
Меня толкают в бок – не спи!
– Я!
– Выйти из строя!
Ничего себе… не ожидал!
А вечером в столовой мы сидим у столика. Перед нами стаканы с водкой, на дне которых поблескивают награды. Наши награды. У Руслана орден Красного Знамени – ничего себе!
У Мишки Варенникова – тоже. Да и у других…
А в моём стакане, кроме ордена Красной Звезды и медали «За отвагу» лежат два кубика – лейтенант. Вот так, сразу! Впрочем, Гоглидзе капитан, Варенников старший лейтенант – мне до них ещё ползти и ползти!
– Ну, – Оленев пододвигает мне бумаги, – кончилось твоё обучение. Здесь предписание, завтра убываешь на новое место службы. Вопросы есть?
Даже и не знаю что ему сказать? Столько, вроде бы, всего накопилось…
Я многому тут научился – и от преподавателей и от товарищей по учёбе. Смею надеяться, что мои скромные потуги тоже даром не прошли – и ребята тоже кое‑что смогут, при необходимости, соорудить. Я не стал снайпером, не стал артиллеристом или миномётчиком – но знаю, как всем этим пользоваться и смогу вести огонь из большинства систем подобного оружия.