Страница 82 из 238
Глава 1
Третий месяц пошёл с того дня, как меня привезли в эту странную школу под Возницино. Сначала я всё ждал, когда нам наконец объяснят, куда попал. Потом перестал ждать.
Да и некогда было…
– Готовься!
Поправляю снаряжение и чуть пригибаюсь. А во рту сухо – как в первый раз.
– Внимание! Марш!
Кубарем выкатываюсь в дверной проём и сразу же стреляю.
Есть!
Падает мишень слева.
Поворот… а правой мишени нет!
«Это как же вашу мать, извиняюсь, понимать?» – всплывает непонятно откуда в голове строчка. Куда мишень‑то пропала?
Сверху! Вот я дурак неотёсанный…
Выстрел, выстрел – есть!
Мимо уха что‑то противно взвизгивает – штрафное очко!
Кувырок вперёд, в падении переворачиваюсь на спину…
Вот она!
Выстрел, выстрел…
Вперёд! Три мишени есть, можно перебегать к следующему рубежу. Кое‑кто в подобном случае несётся сломя голову, стремясь выиграть очки, но я не спешу! Бегу, разумеется, быстро, но…
Когда откуда‑то снизу и чуть сзади выныривает очередная мишень, я только чуток ствол довернул – бах!
Есть и эта!
Рубеж!
Перезарядка или как? Магазин в маузере длинный – на двадцать патронов, судья считает это преимуществом и минус одно очко у меня точно уже имеется. Но – время! Я могу выиграть несколько секунд – и это всё решает.
Вперёд!
Сухо трещат выстрелы, падает одна мишень, вторая…
Перебежка!
Падаю на колено и сношу двумя пулями мишень, что стоит на дальнем рубеже – плюс очко. Вперёд! А вот теперь можно и магазин поменять…
Мишень! Слева – там, где их раньше не ставили!
Магазин со щелчком встаёт на место, вскидываю оружие…
Поздно, она ныряет в щель в полу…
Стою у стола и чищу маузер. Напротив меня тем же самым занимается Вовка Крюков – у него «ТТ». Справа и слева от нас народ занимается тем же самым – стрельбы окончены.
И я опять не смог преодолеть роковой для меня рубеж – в пятьдесят очков. Три штрафных очка – одно за то, что опоздал с выстрелом, и два – за то, что вообще по мишени не стрелял… Да, были и призовые, но… все равно до полусотни не дотягиваю. В который, блин, уже раз!
Ну, надо сказать, что я тут не самый лопух – кое‑кто и до сорока с трудом добирается. Но всё равно – обидно!
С некоторой завистью смотрю на Руслана – вот, кому всё даётся играючи! Он – единственный из курсантов, кто носит на ремне сразу два пистолета. И как он с ними управляется… просто слов никаких нет! Левая ли рука, правая – лупит без промаха. Единственное упражнение, где я его обставил, это стрельба на дальнюю дистанцию – тут у маузера есть некоторое преимущество.
Да и то… когда рядом встал Михалёв, я чуть не поперхнулся – у него оказался длинноствольный «Люгер»! И всё моё преимущество накрылось медным тазом… Выиграл я с перевесом в одно очко – вообще несерьёзно…
Топаем на обед – после него у нас занятия по топографии. Ужин – и снова на занятия – будем пробовать набить друг другу морду.
Вообще, надо сказать, что никто из нас так до сих пор и не понял – по какому принципу тут вообще организован учебный процесс? Целый день можем, например, стрелять. А ночью – марш‑бросок по темному лесу. С утра же – топография…
Какой‑то странный, дерганный ритм.
По просьбе ребят, набравшись нахальства, задаю этот вопрос Оленеву. С ним у меня установились какие‑то, можно сказать, теплые отношения. И если на вопросы других он отвечает крайне редко – больше отшучивается, то со мною разговаривает вполне серьёзно. Вот и сейчас, выслушав вопрос, он спрашивает в ответ: «Вас на фронте часто предупреждают о бомбёжках? Мол, завтра в три часа дня, по вам будет нанесен бомбоштурмовой удар?»
– Нет, конечно! Они вообще могут налететь в любую минуту!
– Ну, а здесь отчего по‑другому должно быть? – пожимает он плечами. – Вы всегда должны быть готовы ко всему!
Утешил…
Знать бы ещё – к чему?
Третий месяц пошел, ноябрь на дворе, скоро уже и белые мухи полетят… а мы всё бегаем… И о будущей службе знаем немногим более, чем в первый день нашего прибытия сюда.
Вообще, по правде сказать, тут собралась достаточно странная компания!
Михалев (тот, что с «Люгером»), например, связист.
А Руслан наш сверхметкий стрелок – так и вовсе артиллерист!
Разве, что летчиков нет…
Смех‑смехом – а пушки мы тоже изучаем! Во всяком случае, я теперь могу ее зарядить, навести… и – возможно, даже куда‑то там и попасть. Практически любую, даже и немецкую – здесь они тоже имеются. Кстати, Руслан оказался очень даже неплохим инструктором – всё объясняет четко и грамотно!
Нашлись среди нас и миномётчики – и их работа тоже стороной не обошла.
А уж, когда и до меня очередь дошла…
Несколько дней я просидел вечерами в мастерской. И в итоге получилось присобачить обычные охотничьи капсюля к большинству стандартных взрывателей. Ну и ещё кое‑какие задумки постарался воплотить… Посмотрев на мои художества, Оленев только хмыкнул, сгрёб насколько таких самоделок в карман и удалился. А через неделю мне привезли целых три ящика моих изобретений – но уже сделанных вполне профессионально и явно не кустарным образом.
И началось…
Утро у нас в бараке теперь начинается с хлопков таких вот «сюрпризиков» – их ставят друг другу все подряд. Стоило мне только кое‑что показать и высыпать на стол один из ящиков – народ моментом все просек и начал воплощать в жизнь всевозможные каверзы.
«Заминировать» таким макаром сапог или кровать, приладить «хлопушку» к полотенцу – я и сам, честно говоря, ничего подобного не ожидал!
Дошло до того, что на подобном изделии «подорвался» даже и Оленев!
Но ничуть не рассердился – даже похвалил. И было за что – в коридоре постоянно сидит дежурный и установить на его глазах что‑либо на дверь военинженера… ну, я как‑то даже и не предполагаю, что тут надобно сделать!
И вот в таком вот ритме проходят дни и недели…
А сегодня – новость!
Занятий днем не будет – всех собирают в актовом зале. Блин, я даже и не знал, что он тут существует!
Сидим, переглядываемся и пробуем высказывать свои догадки на тему внезапного собрания. Так или иначе – а все сходятся на том, что скоро на фронт. Сводки… их хоть не слушай, такая тоска порою берёт…
Стукнула дверь!
– Встать! Смирно! Товарищ генерал‑майор…
– Вольно! – машет рукою худощавый генерал. – Садитесь!