Страница 185 из 238
Не стесняясь в словах, высказываю девушке все, что я об этом думаю.
– Из какого, скажи на милость, Центра мог появиться этот связной? В обход партизан, в обход нас – он что, прямо вот у городских ворот из воздуха возник⁈
– У Злочевска нет ворот…
– Охренеть – не встать! Ну да, если ворот нет – то все, стало быть, в норме! А как это вообще мимо тебя‑то прошло?
– А… – она открывает рот. – Не знаю… Меня дома не было, наверное… Я на рынок ходила…
– Угу. И связной, не дождавшись, начал обходить дома руководителей подполья, которые он, разумеется, все знал. И ему вот прямо в одночасье все разом поверили? Тебе самой‑то не смешно?
Она как‑то вся сразу потухла и опустилась на стул.
– Что же делать?
– Для начала – рассказывай мне подробно. Все! Откуда ты об этом узнала, кто рассказал, где задержанные – вообще все, что тебе известно. Далее. После всего, что расскажешь – тебя уведут отсюда. Куда – не спрашивай, не скажу. И будешь там сидеть под охраной, пока я не разрешу тебе выйти! Без вариантов, даже и слушать ничего не стану!
– Командир… – шепчет мне на ухо Лемон, – вижу часовых. Их двое, стоят под навесом и курят.
Немцы, курящие на посту? Нет, ну бывает иногда… ага, сразу двое отъявленных нарушителей устава караульной службы. Или он у фрицев как‑то иначе называется? Не суть, важно, что там это категорически запрещено.
Со слов связной, всех пленных заперли в этом сарае и чего‑то ждут. Типа куда‑то их повезут – и есть вероятность, что вообще даже не в Злочевск. А чего сразу не увезли? Их вроде бы еще ночью взяли. И сейчас тоже ночь – они тут что, сутки сидят? Без допроса и вообще без ничего?
Художественный свист – есть такой номер на эстраде, сам афишу видел. Но не думал, что он еще и таким может быть.
– Так… Вокруг все осмотрели? В домах кто?
Рядом хутор. Небольшой, три домика. Из них два дома обитаемы. Ясное дело, что там тоже немцы. И ходит часовой. Один! И вот он – явно из некурящих или попросту очень терпеливый. Ни разу не остановился – ходит по двору. Причем – не просто ходит! А «перемещается от укрытия к укрытию». Образцово‑показательный часовой! Не то что эта парочка курильщиков.
Вот что‑то мне это конкретно так не по душе!
– Работаем, командир?
– Нет… Обожди…
Шурша травой, подползает боец.
– Там, – указывает он рукой, – шевеление какое‑то, навроде бы кто‑то еще сюда движется…
Вот оно что!
– Всем занять позиции! Пулеметчику – взять на прицел сарай.
– Там же наши!
– Ох, что‑то я сильно в том сомневаюсь… Выполнять приказание!
Шорох, движение – и все стихло. Все же не зря столько времени мы тренируемся – вот он результат!
А между тем оба часовых около сарая не только курить не перестали – но еще и в стороны разошлись. И огоньки их сигарет вообще стали очень даже хорошо видимы. Ну не бывает у немцев таких дураков! Подстава это – и к бабке не ходи!
Гулко бабахнул выстрел – со стороны домиков. Не иначе как часовой что‑то заприметил. И словно подтверждая мои догадки, оба курильщика… бросились к дому бегом, оставляя свой объект вообще без всякой охраны!
– Ур‑р‑а‑а!
Выметнулись из кустов серые фигуры нападавших. Так это на партизан ловушка была!
– Васильич – отсекай!
И пулеметная очередь вспахала землю прямо на пути бегущих.
Совсем надо быть круглым идиотом, чтобы бежать вперед, несмотря на фланговый огонь пулемета! Вот и среди партизан таких дураков не нашлось – залегли.
А со стороны дома грохнул нехилый такой залп. Два десятка стволов как минимум! Да два пулемета…
Вот и выбежали бы сейчас ребятки на открытое место… И всего‑то немножко им для этого не хватило. Но трассеры и так прошлись сверкающей косой по залегшей цепи – и кто‑то там вскрикнул.
– Марк!
Хлопает неподалеку винтовка – и затыкается один из пулеметов.
С грохотом распахиваются вроде бы запертые двери сарая – и в них показываются фрицы с оружием в руках. И никаких тебе арестованных…
Но пулеметчик и здесь не подкачал – и остатки кругляша для «МГ» высадил прямо в дверной проем!
Ох, кому‑то там сейчас поплохело…
– Огонь!
И добрый десяток стволов поддерживает Васильича, который сейчас меняет магазин. На такой‑то дистанции нет принципиальной разницы – пулемет или автомат. До сарая метров восемьдесят, пуля легко пробьет любую доску. А бревна – ну, на что‑то же есть у нас пулемет? Сейчас пулеметчик сменит кругляш – и семьдесят пять разъяренных пчелок прочешут там вообще все. Его позиция расположена на пригорке – пули идут сверху вниз… и я там никому не завидую! А огонь со стороны домиков Васильичу не страшен: между ним и фрицами, которые там засели, нехилый такой холмик… метров десять толщиной!
Лемон тем временем меняет уже третий магазин. Менее полутораста метров – для него это вообще не проблема. И огонь со стороны домиков несколько поутих.
– Отход!
Партизаны тоже благоразумно оттягиваются в лес: поняли уже, что их ожидала здесь засада. И надо сказать – весьма неплохо задуманная! Открой они двери – и попали бы сразу в два огня… Перед сараем площадка ровная, укрыться там негде.
А нам пора сваливать!
Связь у немцев точно есть, и подкрепление они уже наверняка вызвали. Только ночного боя с фрицами нам и не хватает для полного счастья!