Страница 176 из 238
Глава 8
– Прошу садиться! – Мечников сегодня выглядел каким‑то усталым.
Присаживаемся. Нас в комнате мало – Жаров и я, больше никого, кроме генерала, из начальства тоже не имеется.
– Задача перед нами поставлена… нестандартная, скажем так… – Мечников трет подбородок. – На этот раз нам не требуется совершать какие‑то конкретные нападения. С этой стороны, возможно, и проще. Но…
А далее он нам поясняет.
Задание, на этот раз, и впрямь – неординарное.
Группа – конкретно из моего отряда, должна проникнуть в определенный район. Забазироваться там и имитировать присутствие неизвестно чьих странных диверсантов. Странных, потому, что четкого плана действий или конкретных целей нам не будет дано. Мол, вы там как‑нибудь пошумите, что‑то рванете и так далее…
Мы с Жаровым переглядываемся.
Чушь какая‑то…
– Выглядит, действительно, очень странно, это так! – кивает генерал. – Основная задача состоит в том, чтобы имитировать нахождение там группы диверсантов, которые по какой‑то причине утеряли связь со своим руководством. У них нет четкого плана действий, снабжение на нуле, что‑то надо есть, получать какие‑то припасы – и вообще постараться как‑то выжить.
– Так… – пожимает плечами Жаров. – Найти партизан – и все!
– А если это не наша группа? Как их примут те же самые партизаны?
– А чья же? – здесь удивляюсь уже я. – Кто еще может работать в тылу у фрицев?
– Ну, – усмехается Мечников. – Вообще‑то, много кто… Про Сопротивление слышали что‑нибудь?
Что‑то где‑то… но ничего конкретного. Мы с майором почти синхронно пожимаем плечами. Нет, в наших краях такие не пробегали! Но ведь у какой угодно группы должны же быть определенные правила поведения, своя манера работы… вооружение, наконец! Тактика!
Все это я высказываю генералу. Он согласно кивает.
– Представим себе какого‑то начальника спецподразделения… ну, скажем, польской армии под командованием генерала Андерса…
Переглядываемся – а, что такая тоже есть?
– Представьте себе – есть! – кивает Мечников. – И их достаточно‑таки дофига! Правда, смотрят они больше в сторону англичан, хотя расположены у нас. И на этой почве у нас с ними постоянно возникают какие‑то недопонимания. Порою – так и достаточно серьезные. Так вот, представим себе, что у них есть своя разведка и они даже что‑то там пробуют делать…
Честно говоря, с трудом в такое верю. Ну, армия… это ещё может быть. Поляки, действительно у нас есть, я как‑то раз, в поезде видел группу солдат в странной форме. Какие‑то учения они, наверное, даже и проводят. Но, вот за их разведку… что‑то вериться с трудом!
– Как ни странно – она у них и на самом деле имеется. Даже какие‑то остатки агентурной сети сохранились. В том числе и на временно оккупированной территории. И они даже что‑то там делают… Понятно, что не в наших интересах, больше британцам хвосты заносят.
Так, уже кое‑что яснее стало…
– И вот, допустим, такая группа, собранная наспех из кого попало…
«Проживет в немецком тылу от силы месяц…» – мелькает мысль в моей голове.
– … как‑то вышла на остатки вот такой агентурной сети…
«Два месяца».
– … и пробует через них установить контакт со своим руководством. Получить указания, помощь и поддержку.
«А консервы им по радио присылать будут…»
– Как вы думаете, каким образом эти диверсанты будут себе добывать средства для пропитания и всего прочего?
– Грабить они станут… – ворчу я больше себе под нос.
Как ни странно, генерал это услышал – и согласился!
– Помниться мне, что вы сами как‑то, в разговоре, приводили в пример американских уголовников… Гангстеров – так, по‑моему?
– Было дело, – соглашаюсь я. – Конкретного бандита я тогда имел в виду. Аль Капоне, если не ошибаюсь…
«Однако ж, инфа у генерала точная! И с кем же я тогда разговаривал?»
– Возможно. Так вот, действовать вам придется так, как действовали бы те самые бандиты. Это не их страна и не их земля – им все равно, что тут будет через год или два… Немцы должны поверить, что имеют дела именно с такими вот беспринципными бандитами.
– Зачем все это, товарищ генерал‑майор?
– Я бы мог ответить, что это военная тайна – и был бы прав. Но! Вам скажу. Пусть фрицы ищут там, где ничего и никого нет. Ваша задача – создать видимость того, чего там никогда и не было вовсе. Пусть они бросают на это силы и средства, пусть снимают их с других участков – нашим ребятам, которые там работают, будет немного полегче. Ваша задача – оттянуть силы противника на себя.
– И как долго мы будем должны это делать?
– Пока не знаю, увы… Не думаю, что слишком долго. Месяц‑два… Где‑то так.
На этом наш разговор и завершился.
Вернувшись в отряд, даю команду всем командирам взводов собраться у меня через полчаса. А сам сижу и всячески обдумываю поставленную задачу. Понятное дело, что тут есть масса подводных камней и прочей радости. И абсолютно однозначно, что вскоре последует инструктаж – и не один! Надо будет заодно и старшину озадачить – к такой нетривиальной задаче надобно будет подготовиться всерьез!
Так что, когда на пороге появились мои взводные, у меня уже было готово кое‑что, чем я их сходу и озадачиваю!
Вот, ей‑богу, когда я думал про будущие инструктажи, то просто ни минуты не мог представить себе еще и такой!
Одна только личность инструктора многое уже говорила о себе… Столь колоритного «товарища» я в наших рядах даже и представить себе не мог. А он, как оказалось, тут чувствовал себя вполне «в своей тарелке». Да… многого я еще не знаю о нашем ведомстве…
– Рекомендую всем запомнить – как и в каком порядке могут наноситься татуировки! И боже вас упаси от того, чтобы что‑то не так прочитать или истолковать! Перо в бок сразу, может быть и не сунут, но вся ваша легенда накроется моментом!
Ну, положим, я когда‑то давно всякие там татуировки видел… И понимал, что их наносят далеко не просто так – какой‑то смысл во всем этом, разумеется, присутствовал. Но даже и представить себе не мог, что во всем этом скрыто столько скрытых намеков…
А уж этот самый «блатной язык»… Народ, реально чуть умом не тронулся, зазубривая все это словечки и порядок их использования. Нет, кое‑кто, как оказалось, многое уже где‑то слышал и даже использовал – так не все же!
– Матерными словами не выражаться – могут очень даже не так вас понять!
Глядя на него, в это верилось как‑то сразу.