Страница 118 из 238
Глава 14
Вот уже третьи сутки они гонят меня по лесу. И если бы не мои ловушки и всевозможные «сюрпризы», то давно уже куда‑нибудь загнали бы. Нет, если бы они бросили своих раненых… и наплевав на всё, поперли бы вперёд… Кто знает, может и вышло бы что‑нибудь. Численность отряда понемногу уменьшается – я специально ставлю относительно небольшие заряды. Пусть будут раненые – с ними больше возни, они деморализуют остальных и их надо как‑то эвакуировать в тыл. А это – минимум ещё двое человек на каждого пострадавшего!
Удалось срезать изрядный кусок (спасибо Ивану Дмитриевичу – подсказал проход через болото – и я шел по меткам, которые кто‑то давным‑давно оставил на деревьях)и сделав изрядный крюк, выйти на свой же след.
И естественно, на след своих преследователей. Это вообще получилось как‑то неожиданно!
Только я из болота выбрался и взобрался на пригорок, чтобы хоть чуток передохнуть, как пришлось снова нырять в снег и затаиться – услышал разговор!
По‑немецки – что хреново уже само по себе.
Прислушиваюсь…
Разговаривают двое. На месте не сидят, голоса слегка смещаются в сторону. Разговаривают спокойно… но, словно через силу? В смысле? Они там, что, бревно волокут?
Осторожно приподнимаюсь над краем сугроба…
Не бревно. Но и не сильно далеко от этого.
Двое эсэсовцев тащат самодельные (ага!) носилки, на которых лежит третий. По‑видимому, раненый – но винтовка при нем, рядышком лежит!
Так, надо полагать, это кто‑то из напоровшихся на мою мину…
Живой, иначе бы его в тыл не утаскивали. А носилки‑то им приходиться самим мастерить – и это тоже потеря времени…
Автомат сам собою прыгает мне в руки… но я так и не выстрелил… уж и не знаю почему?
Значит, фрицы там… Тропка утоптана изрядным количеством сапог, что по ней прошлись. Сколько их там?
А Бог весть… не знаю. Да, как‑то вот и не спешу выяснять –и поважнее дела имеются! До зарезу охота жрать и спать!
И если со жратвой у меня ещё туда‑сюда, есть пара банок тушенки, то со сном… с ним совсем тоскливо!
А главное – куда идти?
По следам немцев в сторону деревни? Таким путём я неизбежно выйду туда, где расстался с ребятами. И если я сверну в ту сторону…
Нет, нельзя! Эсэсовцы далеко не лопухи – поймут куда и зачем я свернул. Рация у них, скорее всего, есть и ребятам, которые идут медленно, где‑то обрежут путь. Это в прошлый раз повезло – снег пошел и засыпал все следы, а в этот раз так может уже и не подфартить!
А они вскоре найдут и этот путь, которым я сюда пришел –следы на снегу остались. И что решат? То, что я вышел на тропу – очевидно. Выяснить же, куда пошел – уже труднее, но…
Рация!
Вот неубиваемый их козырь!
Ладно, делать‑то что?
Против ожидания, я не стал минировать выход из болота –фрицы не лохи и именно этого и будут ожидать. А вот картонную коробочку из‑под взрывателей «обронил»…пусть поищут несуществующую мину.
– Оберштурмфюрер, там ничего нет, – уставший солдат подошёл к Майнигу. – Мы тщательно проверили тропу – в том месте, где она выходит из болота. Проследили до того места, где она пересекается со следами – это наши следы!
– То есть, мы описали круг… – офицер опустился на корточки и достал карту. – Герберт!
– Да, оберштурмфюрер?
– Посмотри сюда, тебе не кажется, что русский водит нас за нос?
– Похоже, он специально этим занимается… – буркнул собеседник.
Им обоим ещё вчера вечером стало ясно, что впереди них идёт всего один человек. Но, если верить карте, впереди простиралось здоровенное болото, и никакой дороги там не имелось в принципе. Так что шанс загнать это упрямца имелся – и немалый! Тем паче, что и счет к нему накопился достаточно основательный. И теперь его поимка или уничтожение стало, буквально, делом чести для каждого!
Офицер повертел в руках картонную коробочку от взрывателей.
– Он нас дурачит… Герберт, сколько взрывных ловушек мы насчитали?
– Шесть, оберштурмфюрер. Две удалось обезвредить…
– А в этой коробочке десять гнёзд – и все пустые. Если даже предположить, что часть мин мы благополучно миновали, не подорвавшись, то я сильно сомневаюсь в том, что такой опытный сапер имел при себе только десять взрывателей. Сколько всяческих фокусов мы заметили только при проходе по болоту?
– Четыре. Натянутые проволочки, взрыхлённый снег…
– А рвануло как раз в том месте, где ничего этого не имелось! И нам пришлось хоронить Лебница… – Майниг в сердцах зашвырнул коробочку в болото. – Он играет с нами! Подсовывает ложные признаки минирования, заставляя нас тратить время на поиски несуществующих мин!
– Но в двух случаях мы их нашли!
– И теперь проверяем все подозрительные места! Ползем как сонные мухи!
И перед оберштурмфюрером встал вопрос – куда идти? По своим же следам назад – или снова к болоту? У русского могла быть еще одна тропка через топи – или он ушел в сторону жилья? И не существовало никаких гарантий того, что на любом маршруте отряд не встретит очередную ловушку. Трое раненых и четверо погибших, один солдат сломал ногу – не слишком ли высокая цена за поимку одного человека? С учётом того, что надо было отправить раненых и пострадавшего в тыл, в отряде стало меньше ещё на восемь человек. А если учесть ещё и погибших… От вышедшего в погоню за русскими взвода осталось восемнадцать человек – а еще ни один выстрел не прозвучал!
И Майниг принял решение.
Отряд разделился на три части. Одна отправилась по своим же следам через болото. Вторая – навстречу первой, но уже по протоптанной тропке. И если тот, кого они искали, пошёл в сторону болота, то имелся неплохой шанс взять его в клещи!
Третья, куда он отобрал всех, кто устал и передвигался уже с трудом – по тропе в сторону деревни. Ведь русский мог уйти и туда!
Но после того, как закончилось формирование отрядов, распределение грузов и так далее, группа самого оберштурмфюрера прошла всего около километра. Темнело, и шанс «налететь на кирпич», как говорят русские, был неоправданно высок! Кстати, все отряды, независимо от маршрута выдвижения получили аналогичные указания – не рисковать! И не лезть никуда, прежде, чем данное место не будет тщательно осмотрено специалистами!