Страница 37 из 103
Глава 20 Мой огонёк
Я лежала в теплой кровати, укрытая одеялом. Открыв глаза, увидела незнакомый потолок, небольшую комнатку с комодом и шкафом, письменным столом и грудой книг. Не было окон, лишь две двери. Это помещение странно напоминало мне старую тюрьму Утера.
Поднявшись с кровати, начала осматриваться. На тумбочке стоял живой букет разноцветных альстромерий. В сознании всплыли эпизоды смерти брата, его отрубленная голова, катящаяся по склону. Всё тело затряслось, закричав, с яростью скинула вазу на пол, она упала, разбившись вдребезги.
- Здравствуй, моя маленькая Мари, мой огонек, - вдруг услышала голос за дверью.
Я кинулась к ней, начав с остервенением бить, но она не поддавалась
Выпусти меня! Выпусти! Я теперь твоя пленница?
Ты не откроешь дверь, не бей. На ней та же печать, которая была на моей.
Пусти меня! Мне надо домой! - Последний удар вырвал из меня душераздирающий крик.
Выпусти меня! Я не увижу лица своего сына! Выпусти меня!
Ты о чём говоришь? - вдруг запнулся тот.
Раньше времени родила ребёнка, он мёртв! Я хочу увидеть его лицо! - в беспамятстве завопила я, но тут же резко замолчала, поняв, что сказала лишнее. Повисла гнетущая тишина, я упала на пол, сжав свои волосы с такой силой, что стало больно.Твой муж, наверно, в отчаянии.
Нервно усмехнувшись, поняла:
"Он считает, что родила от Дарли. Ну и Слава Богу!"
Ты убил моего брата. Уничтожил всё, что я любила. Ради прошлого, выпусти меня.
Я выпущу тебя через несколько дней. Тебе надо успокоиться.
Не хочешь выпускать? Хорошо.
Взяв с пола осколок, с силой вонзила в свою шею и повела. Рана жгла и болела. Голова кружилась. Мне не хотелось жить в мире предательства, вранья и отчаяния.
- Огонёк! - запаниковал дракон. - Ты что там делаешь? Почему я чувствую запах крови? - я углубила порез, кровь лилась по груди и рукам, капая на пол. Глаза закрывались от большой кровопотери, регенерация не справлялась. Я словно сама себе отрезала голову, чтобы обрести покой, который у меня отняли.
- Огонёк! - уже басил мужчина.
Послышался звук открывающегося замка, я закрыла глаза и повалилась на пол.
Проснулась я от ощущения, как чья-то горячая рука гладит меня по волосам. Через пелену видела уже другую богатую комнату: потолок, украшенный лепниной, и люстру, изобилующую хрусталем.
Уши сразу уловили еле слышный шёпот:
- Безумная маленькая Мари. Это же я сделал ради тебя, запер ради тебя. Не учёл, что ты у меня такая сумасшедшая.
Зубы мои сжались, а скулы напряглись. Я не могла повернуть голову и взглянуть на мужчину, которого ждала столько времени, которого возненавидела всем своим сердцем. На мужчину, который превратил мою жизнь в ад. На того, из-за которого всё внутри меня горело, а место, где должна быть душа и сердце, пустовало, прожигая изнутри, пожирая меня. Закрыв глаза, я вздохнула и повернулась на голос мужчины, который гладил мои волосы своей горячей ладонью.
Я открыла веки и увидела его: строгий анфас, с тёмной щетиной, его огненные глаза смотрели на меня. Жёлто-алые глаза с продолговатыми зрачками блуждали по моему лицу. Мужчина не улыбался, он был серьёзен и даже сосредоточен. Весь в одежде цвета смолы, он сидел возле меня, будто победитель.
- Убери руку, или я её сломаю, - прорычала я, глядя на мужчину, от которого я только два дня назад ждала ребёнка. Мальчика, который должен был заменить мне Утера. Должен был заменить мне его и помочь дышать.
Мужчина убрал от меня руку и поднялся с кровати.
- Я вижу, что ты в порядке.
Откинув одеяло, я обнаружила себя в своей же одежде, но без верхней. С меня сняли окровавленный кафтан и уложили в кровать, стянув перед этим грязные сапоги.
Я встала на пол босыми ногами, вглядываясь в мужчину, которого представляла не один раз.
Утер стоял от меня с одной стороны кровати, а я с другой. Он начал медленно обходить её, приближаясь ко мне.
- Не смотри так на меня, маленькая Мари.
Но я молчала, лишь рассматривала привлекательного мужчину с огненными глазами. Зубы мои были сжаты до скрипа, а губы искривлены от отвращения. По лицу ходили желваки, а пальцы стиснулись в кулак. Я тяжело дышала, вбирая в себя каждую крупицу воздуха. В моей голове мелькали лишь образы: как я кричу, держась за спинку кровати, желая родить своего долгожданного сына, вижу лицо матери и слышу вновь эти ужасные слова:
"Он умер.
Я видела своего родного брата, которого сковали бунтовщики, а после отрубили голову. Всё это я зрела лишь глядя на Утера
Он подходил ко мне всё ближе, разрезая воздух своими массивными плечами.
- Потому я не хотел, чтобы ты меня видела. Ты испугалась? Это из-за моих глаз?
Его голос... Как я мечтала вновь услышать этот низкий бас. Утешая меня после ранения, он вновь пел, хотя обещал, что никогда это не произойдёт.
Я сглотнула, когда мужчина подошёл достаточно близко.
- Почему ты молчишь? Почему так смотришь?
Протянув ко мне руку, он коснулся моей щеки, обжигая её. Схватив его запястье, я с силой сжала его и вывернула. Мужчина зашипел, отдёрнув кисть.
- Я тебе не девочка... - зашипела на него. - Уже давно не маленькая... Я сказала, что сломаю тебе руку, если ещё раз тронешь меня. Спасибо, что помог мне повзрослеть, - рычала сквозь зубы.
Коснувшись места ожога на шее, я лишь усмехнулась. - Моё напоминание о том, что не надо доверять первому встречному.
Мари? - словно не понимал он меня и умолял одновременно.
Что? Что тебе надо?
Ты обещал! - вдруг заорала я. - Ты поклялся, что не тронешь мою семью. Но вот мой брат и мой сын мертвы.
- В смерти твоего сына я ни при чём.
Утер смотрел на меня, немного прищурив взгляд. Он будто не понимал, что со мной.
- Ещё раз подойдёшь, и я убью тебя. - И Утер шагнул ко мне, без доли сомнения, он сделал этот странный шаг, будто вперёд к смерти.
- Ты ненормальный?
- Совершенно отбитый. Убей меня. Давай. Отплати за смерть близких.
Я испугалась его напора. Мне стало страшно, что он может причинить мне боль, навредить мне, поэтому я начала внушать ему необузданный страх, который должен был овладеть им. Он должен был сбежать от меня, уйти и скрыться, но нет, мужчина настойчиво наступал на меня. От странного испуга я стала отступать назад, пытаясь внушить ему различные эмоции: тоску, ужас, печаль, отчаяние... Но ничего, на мужчину это не действовало. Выпрямив руку, я лишь смогла прорычать:
- Даже не думай подходить ближе! - Он вновь сделал шаг, заставив меня заорать.
- Не трогай!