Страница 28 из 108
Пока я вообще слабо представляла, куда двигаться с тележкой проблем. К кому. К Эвер? К тете Мэл? У них и без меня напряженные времена.
– Я бы это раньше понял… если бы был трезвее при встречах, – бурчал Арри, неохотно продвигаясь по бревну ко мне. – Ауру не читал, а стоило бы.
– «Яйца» тогда ведь не было.
– Мы, ламбикуры, все равно чуем предначертанность… Хоть и не всегда понимаем, – угрюмо цедил чернокрылый. – Ну что уж теперь… Пропали так пропали. Бери, временная моя. Делай свое грязное дело.
Он покорно заполз ко мне на колени и позволил вмять лицо в черную шерсть, пахнущую терпкостью орехов и неприятностями. Почему меня тянет к чудовищам? Что за странные гены?
Я вжалась щекой в черное тельце и разревелась прямо в глянцевые кудри. Жесткие, грубые, местами выдранные, скрывающие белесые шрамы битв. Совсем не тот мягчайший пух, что носит молодняк.
Арри ворочался, сопел, но не отпирался. Я шмыгала носом, терлась лицом о крылья, и тяжелый ком в груди действительно исчезал. Небыстро, но настойчиво. Дышать становилось легче, и запах курчавых перьев уже не казался хмельным и неприятным.
– Был Аарон Бразильский Демон… Аарон Черная Смерть… Вожак свободной стаи, несломленный и непокоренный… А стал пернатой салфеткой для соплей розовощекой девицы! Ох, Судьба, – ворчал ламбикур.
Щеки кололо приятной щекоткой, затылок мурашило. Ламбикурья тушка размеренно вздымалась, и это баюкало, утешало. Хоть рядом с Аароном в гнезде калачиком сворачивайся… Да только Джильберта будет против.
– Тише, дуреха. Тише. Все ты переживешь. Крепкая, сильная девочка… А Эрика я сам заклюю, если попросишь, – уныло вздохнул ламбикур, подставляя под мокрую щеку другой бок. – И да… Джи-Джи за эти нежности меня убьет.