Страница 36 из 165
Тридцатипятилетний Зорге произвел на генерального консула самое благоприятное впечатление, поскольку сразу же предъявил ему рекомендательное письмо, собственноручно написанное одним из ведущих германских экспертов по Дальнему Востоку, профессором Рихардом Вильгельмом, руководителем всемирно известного Института Китая при университете Франкфурта-на-Майне и издателем китаеведческого журнала «Синика». Вильгельм, бывший немецкий миссионер в Китае, впоследствии доцент Пекинского университета, часто консультировал ведомство внешних сношений по вопросам синологии; являясь патроном Германо-китайского общества, он был еще и наставником всех германских дипломатов в Китае, пользовавшимся непререкаемым авторитетом. Рихард Зорге и его бывшая жена Кристиана хорошо знали профессора Вильгельма еще с тех времен, когда Рихард был внештатным преподавателем института социологии, а Кристиана — научным библиотекарем в университете Франкфурта-на-Майне. В конце 1929 года Зорге заключил с Германо-китайским обществом специализированный договор об исследованиях цо теме «Происхождение и развитие банковского права в Китае», что произвело на шанхайского консула особое впечатление. Он с готовностью пошел навстречу желаниям Зорге и рекомендовал его посланнику Герберту Куно фон Борху и вице-консулу доктору Гейнцу Лаутеншлагеру в дипломатическом представительстве в Пекине, советнику дипломатической миссии в Нанкине Мартину Фишеру и генеральному консулу в Кантоне доктору юриспруденции Вильгельму Вагнеру. Через генеральное консульство Зорге получил доступ в богатый материалами по сельскому хозяйству Китая архив шанхайского филиала «Германского синдиката азотных удобрений». Перед Зорге быстро распахивались все двери, но это было не простое везение, а результат кропотливой подготовительной работы.
Журналистика и научная работа были удачным выбором для прикрытия его разведывательной деятельности: как репортер «Дойче гетрайде-цайтунг» он мог, не возбуждая подозрений, исследовать все сельскохозяйственные проблемы Китая с его все еще преимущественно феодальным способом производства и при этом изучать столь важный в классовой борьбе крестьянский вопрос. Глобальность темы где-то даже обязывала его вникать в прошлые и настоящие финансовые и юридические трансакции частных и государственно-капиталистических финансовых учреждений. Зорге делал это со свойственными ему основательностью и быстротой. В течение первых пятидесяти дней своего пребывания в Шанхае он передал по телеграфу в редакцию «Дойче гетрайде-цайтунг» пять статей. В феврале 1930 года он, как бы между прочим, занес в отдел торговли германского генерального консульства свои первые публикации, регулярно печатавшиеся начиная с 9 января; на них сразу же обратили внимание.
Макс Кристиансен-Клаузен рассказывал нам: «Рихард предпочитал носить удобные спортивные костюмы с брюками-гольф. При этом из правого кармана его пиджака обычно торчала толстая газета, да так, что ее название еще можно было отчасти разглядеть, а дату выпуска — нет. Если он бывал в кругу немцев — военных или штатских — это были, как правило, «Дойче гетрайде-цайтунг» или «Франкфуртер цайтунг», в англо-американской компании — лондонская «Таймс». Не особо проницательным он казался постоянно озабоченным, «неистовым» репортером».
Свои статьи в берлинской «Дойче гетрайде-цайтунг» он, как правило, не подписывал или же ставил вместо подписи одну букву «Д» (Джонсон) или «И» (Ика).
Все чаще в коммерческих и дипломатических кругах Шанхая стали отмечать высокий уровень публикаций квалифицированного журналиста, перу которого принадлежали, к примеру, следующие статьи:
1930 г.
9 января: «Экспорт сои через Дайрен»;
10 января: «Урожай сои в Маньчжурии»;
8 февраля: «Экспорт сои»;
14 февраля: «Трудности китайского экспорта арахиса»;
15 февраля: «Хороший урожай кунжута в Китае»;
19 сентября: «Виды на урожай в Маньчжурии».
1931 г.
20 января: «Стоит ли везти соевый шрот из Маньчжурии в Европу?»
23 января: «Отменный урожай кунжута в Китае»;
13 февраля: «Россия покупает соевые бобы»;
20 февраля: «Германия в роли основного импортера китайского арахиса»;
8 апреля: «Резкое сокращение японского экспорта муки»;
11 сентября: «Перемены в соевом хозяйстве Маньчжурии».
1932 г.
16 января: «Экспорт семян кунжута из Китая»;
29 января: «Рост китайского экспорта арахиса»;
4 февраля: «Китай покупает американскую пшеницу»;
15 июня: «Шанхай сообщает о неустойчивой валютной ситуации».
Одни только эти шестнадцать статей, девять из которых представляли собой основательные разработки по вопросам внешней торговли, характеризовали Зорге как специалиста не только в немецких деловых кругах, но и в глазах китайских властей. Наблюдение за китайской внешней торговлей давало ему возможность попутно исследовать экономические интересы прежде всего Германии, Японии, Италии, Голландии и США, не возбуждая при этом излишнего любопытства властей. Благодаря своей журналистской деятельности Зорге, как явствует из его статей, вошел в тесный контакт с китайскими чиновниками из нанкинского министерства сельского хозяйства, морского таможенного управления в Циндао, с сотрудниками бюро по экспорту сои в Харбине и служащими «Ассоциации маслозаводов» («Ойл мэньюфэкчери ассосиэйшн»). В нанкинском министерстве промышленности Зорге получил годовые сводки производства сои с 1926 по 1930 годы. Регулярно читал он также предоставлявший обширную информацию журнал «Мансли рипорт оф экономик статистикс оф Дайрен».
Судя по результатам его журналистского творчества, Зорге уделял особое внимание обстоятельному ознакомлению с такими городами, как Шанхай, Кантон, Дайрен, Харбин, Циндао, Тяньцзинь, Ханькоу, а также с провинциями Хунань, Цзянсу, Шаньдун и Маньчжурией, граничившей с Советским Союзом, Монголией и Кореей.
Находясь в служебных поездках, Зорге пристально изучал и состояние стратегически важных железнодорожных магистралей в Китае с его крайне слаборазвитой сетью транспортных коммуникаций. Так, в январе 1930 года он констатировал, что железнодорожное сообщение с Владивостоком прервано в связи с китайско-советским конфликтом.[111] В январе 1931 года он писал о «парализованной магистрали Пекин-Ханькоу».[112]