Страница 71 из 92
Она посмотрела прямо на меня.
- Да она их жрала.
Повисла тишина.
- В каком смысле? - выдавила я.
- Не плоть.
Она тяжело выдохнула.
- Всё остальное. Силы. Здоровье. Годы жизни. Волю. Всё, что в человеке вообще есть.
Карты над столом медленно кружились в полумраке комнаты.
И мне впервые стало по-настоящему страшно от мысли, кого именно мы поймали.
Карты опустились на стол так же тихо, как поднялись.
Последняя медленно скользнула по скатерти и замерла возле свечи. В комнате снова стало неподвижно. Только фитиль едва слышно потрескивал, да Аделаида всё ещё сидела, уперевшись ладонями в край стола, будто после тяжёлой работы.
Я никак не могла отделаться от её слов.
“Да она их жрала.”
Сказано это было без красивостей, без намерения напугать. И именно поэтому звучало страшно.
Аделаида потянулась к чашке, посмотрела на солёную воду и с явным отвращением отодвинула её от себя.
- Всё, хватит с меня на сегодня. - Голос у неё заметно охрип.
Я уже хотела что-то спросить, когда в прихожей хлопнула дверь. Мы обе одновременно подняли головы.
Через несколько секунд в гостиную вошёл Матвей.
Он выглядел уставшим. Не болезненно - силы к нему заметно вернулись, но по лицу сразу было видно: день выдался тяжёлым. Тёмное пальто было расстёгнуто, перчатки он снимал уже на ходу.
И почти сразу остановился.
Потому что увидел наши лица. Карты. Свечу. И Аделаиду, которая сейчас совсем не походила на ту весёлую бойкую девушку.
- Что произошло? - спросил он спокойно.
Аделаида коротко посмотрела на меня.
- Садитесь, Матвей Сергеевич.
Он молча подвинул стул и сел рядом со мной. От его присутствия мне стало чуть легче. Хотя ненамного.
Аделаида быстро пересказала всё: про знак, про медальон, про ведьмино кольцо, про то, как ведьма вытягивала из женщин силы.
Матвей слушал молча. Только лицо его становилось всё жёстче.
Когда она закончила, несколько секунд никто не говорил.
Потом Матвей тихо спросил:
- Вы уверены?
- Нет, - честно ответила Аделаида. - Но я бы очень хотела ошибаться.
Матвей опустил взгляд на карты.
- То есть всё это время она не просто собирала вокруг себя дур?
- Нет, - тихо сказала Аделаида. - Она их использовала слишком страшно. И она может заражать своей гадостью других.
Он медленно провёл ладонью по лицу.
Я знала это выражение. Так Матвей выглядел, когда начинал быстро складывать в голове части чего-то большого и неприятного. И тут он словно вспомнил что-то. Поднял голову.
- Да. Чуть не забыл.
Он полез во внутренний карман пальто и достал сложенное письмо.
- Из имения приехал человек.
У меня внутри всё неприятно сжалось.
- Что случилось?
- Не знаю.
Матвей развернул письмо.
- Матушка пишет, что просит приехать срочно. Без подробностей.
Я вскочила раньше, чем успела подумать.
- Я тоже поеду.
Он сразу поднял на меня взгляд.
- Ксения
- Нет, подождите. Вдруг там что-то случилось? Я смогу помочь. Может быть, Анне Петровне плохо, или Николаше.
- Я тоже об этом подумал, - тихо сказал он.
Но договорить не успел.
- Нет!
Голос Аделаиды прозвучал так резко, что мы оба обернулись к ней.
Она сидела, нахмурившись, и смотрела на нас с явным раздражением.
- Сейчас никто никуда не поедет.
Матвей прищурился.
- Объясните.
- Да что тут объяснять? - она нервно махнула рукой в сторону карт. - Вы оба только что этой дряни касались.
Она поднялась из-за стола и начала быстро собирать карты в колоду.
- Вы с ней говорили. Вы её трогали. Она вас видела. Этого уже достаточно.
Мне стало холодно.
- Вы хотите сказать
- Я хочу сказать, - перебила Аделаида, - что подобные вещи не могут остановить тюремные стены.
Матвей молчал. Только смотрел на неё очень внимательно.
Аделаида раздражённо убрала за ухо выбившуюся седую прядку.
- Вы оба сейчас как люди, которые вляпались в смолу и делают вид, будто ничего не произошло. А я это вижу.
- Что именно произошло? - спросил Матвей.
Она вздохнула.
И уже спокойнее сказала:
- Такие вещи за-ра-жа-ют.
В комнате стало совсем тихо.
- После общения с подобной тварью человек может унести с собой след.
- Проклятие? - спросила я.
- Нет. Это слишком простое слово.
Она поморщилась.
- Скорее кусок чужого воздействия. Как будто часть этой гадости цепляется за тебя.
Я почувствовала, как невольно сжались пальцы. Матвей спросил:
- И что это может сделать другим людям?
- По-разному. - Она пожала плечами.
- Иногда ничего. Иногда начинает тянуть силы. Иногда человеку снятся странные вещи. Иногда через такую связь можно чувствовать, где он находится. И ну сами додумайте.
- Ужасно, - тихо произнёс Матвей.
- Вот именно.
Аделаида подошла ближе.
- Поэтому сейчас вы никуда не поедете.
- Но если в имении что-то случилось
- Значит, отправьте людей проверить.
Она говорила уже жёстко, почти как приказывая.
- Кого угодно. Жандармов. Доктора. Соседа. Но сами вы туда сейчас не сунетесь.
Матвей смотрел на неё несколько секунд.
- Вы уверены, что это необходимо?
- Да.
- Настолько?
- Матвей Сергеевич, - сказала она устало, - если я права хотя бы наполовину, вы сейчас можете притащить эту дрянь в дом своей матери.
После этих слов он больше не спорил.
Только отвёл взгляд. Я вдруг поняла, что он действительно испугался.
Не за себя. За Анну Петровну. За Николашу.
Аделаида между тем уже ходила по комнате, снова став похожей на себя обычную - быструю, резкую, живую.
Но теперь я замечала: за всей её лёгкостью пряталось напряжение.
Потом остановилась прямо перед нами.
- Вам обоим сейчас нужно очистить след.
- Каким образом? - спросил Матвей.
- Нормальным. Я расскажу
- Это каким?
- Соль. Вода. Сон. Несколько старых отговоров. И чтобы ближайшие сутки вы не лезли ни в какие расследования.
Матвей тихо усмехнулся.
- Последнее звучит совсем фантастически.
- А я серьёзно.
Она ткнула в него пальцем.
- Вы оба слишком близко подошли к этой твари. И мне очень не нравится то, что я увидела сегодня.
Я медленно села обратно на стул. Усталость вдруг навалилась разом.
Матвей посмотрел на меня. Потом на письмо в своей руке.
И тихо сказал: