Страница 19 из 175
— Здравствуй, Холи, — я ответила ей той же улыбкой, — миссис МакКензи ждёт тебя.
— Спасибо, — я кивнула и направилась к следующей двери.
Войдя в кабинет и встретившись взглядами с директором и нашим школьным психологом, я едва сдержала порыв закатить глаза, уже точно зная, зачем мы здесь собрались.
— Здравствуй, Холи, — Мелиса МакКензи, улыбаясь, поднялась из-за стола, и мистер Баркли последовал её примеру, — пожалуйста, присаживайся, — она указала ладонью на мягкое кресло напротив её стола, и я заняла место рядом с психологом.
— Здравствуйте, миссис МакКензи, мистер Баркли, — я попеременно взглянула на каждого, — полагаю, вы вызвали меня посреди урока, чтобы обсудить что-то важное?
— Как ты себя чувствуешь? — начала директор.
Ясно. Они опасаются, что я не в себе.
— Хорошо, — коротко ответила я.
— Как первый день в школе? — с осторожностью поинтересовалась женщина.
— Тоже хорошо, рано что-то говорить, когда я провела всего сорок минут здесь, — я шутливо улыбнулась. Взгляд директора стал немного смущённым.
Неловкое молчание. Каждый из нас не знал, как завести разговор о произошедшем и о той шумихе, которую мы навели, подняв весь город на уши.
— Как дела дома? Как себя чувствует твоя мама?
— После моего возвращения всё налаживается. Сегодня мама вернулась на работу.
— Мы видели короткое интервью Терренса Мартинсона, — вступил в разговор мистер Баркли, — это правда, что ты не помнишь, что происходило с тобой на протяжении того времени, пока ты отсутствовала?
Терри... Какой чёрт дёрнул его влезть не в своё дело?
— Да, это так, — не видя смысла отрицать и юлить, прямо ответила, — я не помню, где была с 20 декабря по 7 января, и не знаю, что со мной происходило.
— Это тревожит тебя?
— Разумеется, я в растерянности. Но, благодаря связям мамы, мне оказали профессиональную всеобъемлющую медицинскую помощь, и результаты не показали никаких отклонений или повреждений. Физически и психически я здорова. И сегодня узнаю результаты анализов, — довольно бодро произнесла я.
— Мы очень рады, что ты здорова и невредима, — директор кивнула, но в её глазах мелькнуло замешательство.
— Я наблюдал за ребятами сегодня утром, когда ты пришла в школу, — осторожно вмешался мистер Баркли, — твоё появление... — он замолчал на секунду, подбирая слова, — произвело впечатление на них.
Я спокойно кивнула, призывая его продолжить, но в глубине души уже понимала, к чему он клонит.
— Ты сама знаешь: коридоры разносят сплетни, и, как бы я ни старался, за всем не получается уследить...
— Мистер Баркли ведёт к тому, что мы крайне озабочены комфортом каждого ученика и стараемся не только пресекать подобные действия, но и заранее предугадывать поведение и реакции общества на те или иные события.
— Другими словами, мы понимаем, что ты можешь столкнуться со сплетнями и нападками со стороны учеников из-за недостатка информации о происшествии, и хотели сказать, что ты всегда можешь положиться на нас и обратиться за помощью.
— Мы так же, как и многие, озабочены твоим комфортом и здоровьем, и поэтому я хотела уточнить кое-какие моменты прямо сейчас.
Я сосредоточила взгляд на директоре.
— Не будет ли слишком большим грузом на данном этапе возлагать на тебя ответственность за группу поддержки, команду по плаванию и президентство...
Я не позволила ей закончить:
— Директор МакКензи, мистер Баркли, я ценю ваше внимание и заботу, правда. Но я хотела бы, чтобы всё осталось, как прежде. Вы сами акцентировали внимание на способности учеников разносить домыслы и сплетни. Если я сейчас откажусь от своих обязательств или даже временно перепоручу их кому-то, как думаете, это положительно повлияет на их отношение ко мне? Сократит ли такой шаг попытки одноклассников вторгнуться в мои личные дела?
Женщина напротив меня поджала губы и перевела взгляд на психолога.
— Я приняла осознанное и твёрдое решение вернуться в школу сейчас, — продолжила, не позволяя им прервать меня, — прекрасно осознавая все риски и последствия. И в ближайшее время планирую пресечь последующую шумиху в СМИ. Я сильная и умею справляться с трудностями. Разве не поэтому я стала президентом? Или капитанами группы поддержки и команды по плаванию? Я влипла в неприятность, но это не сломило меня. Так давайте используем мой опыт, чтобы показать ребятам, что не бывает безвыходных ситуаций, и мы всегда можем подняться на ноги, чтобы продолжить свой путь.
Краем глаза я заметила пристальный взгляд мистера Баркли, но продолжала удерживать уверенный взгляд на миссис МакКензи.
— Хорошо, возможно ты права, и будет правильнее пока не предпринимать никаких действий, а понаблюдать. Мы оставим всё, как есть, но если ты почувствуешь, что не справляешься или тебе нужна моя помощь или мистера Баркли, обязательно обращайся.
— Непременно так и поступлю, — уверила их.
Чёрта с два я приду в кабинет директора! К мистеру Баркли — может быть, но точно не стану доносить миссис МакКензи.
— Договорились. Тогда, больше не смеем тебя задерживать. Можешь возвращаться к урокам.
— Большое спасибо, миссис МакКензи. Мистер Баркли, буду держать вас в курсе.
Я поднялась из-за стола и двинулась в сторону выхода.
— До свидания.
Выйдя из кабинета директора, я зашагала по пустому коридору, пытаясь унять свой гнев.
Мать твою, Терри! Кто просил тебя раскрывать рот? Это проклятое интервью принесло ещё больше суеты.
Распахнув дверь женского туалета, я подлетела к раковине и, оперевшись на неё обеими руками, вгляделась в собственное лицо.
Холи, что с тобой произошло? Что таится в твоём сознании? Что такое страшное ты пытаешься скрыть от меня?
Я смотрела в глубину своих глаз, но не видела ничего, не могла вспомнить ни малейшей картинки, связанной с моей пропажей.
Ощутив, как щёки начали гореть, и негромко зарычав, я открыла кран и пошлёпала себя по щекам прохладной водой. В этот самый момент по коридорам разнёсся оглушительный звонок, и я вздрогнула. Сердце заколотилось так быстро, и я запаниковала, что кто-то увидит меня в таком состоянии. Когда коридор заполнился голосами и топотом, я прошмыгнула в одну из пустых кабинок.
Это было ужасно глупо, но я не могла совладать с собственным телом. Прятаться — это не в моём стиле, но сейчас я нуждалась в передышке.
Это оказалось сложнее, чем ты думала, не правда ли?