Страница 18 из 175
— Я не хочу выглядеть жертвой в глазах людей. И, если продолжу прятаться в стенах своей комнаты, они используют это против меня. Я жива и невредима, пускай все увидят, что со мной всё в порядке, и я способна продолжать жить как раньше. Ничего не изменилось.
Я оглядела двор школы и учеников, неспешно следующих к главному входу. Лёгкое состояние тревоги и неуверенности всё ещё беспокоило меня.
— Уж лучше встретиться лицом к лицу с проблемой, чем прятаться и позволить другим говорить за меня.
— Терри — болван, — Кайла покачала головой.
— Я разберусь с ним, — я повернулась лицом к подруге, — давай уже просто сделаем это.
Потянув за ручку двери, я открыла её и выбралась из машины Кайлы. На самом деле, я надеялась, что случившееся не настолько сильно захватило толпу, и рождественские каникулы отвлекли людей от моего исчезновения. Серьёзно, кому есть дело до того, что потерялась какая-то девчонка, когда вокруг царила атмосфера праздника? Я надеялась, что сверстники отрывались во время каникул вместо того, чтобы переживать о ком-то.
Обогнув капот машины, я поравнялась с Кайлой и взяла её под руку, неосознанно сжимая пальцы крепче на рукаве её куртки.
— Ещё не поздно свалить отсюда, — улыбнулась девушка.
— Нет, — твёрдо ответила я и сделала шаг вперёд, — я не собираюсь отступать.
Мы уверенно направились в сторону главного входа, но с каждым пройденным метром я всё сильнее ощущала пристальное внимание: ребята оборачивались, перешёптывались, кто-то улыбался, а взгляды некоторых выражали недовольство. Вздохнув поглубже, я инстинктивно прижалась ближе к Кайле, и она ободряюще сжала мою ладонь на своём предплечье.
— Только скажи, — спокойно произнесла подруга, глядя прямо перед собой.
— Я помню. Пока всё в норме.
Миновав двери и пройдя по коридору, я подошла к своему шкафчику, набрала пароль и распахнула дверцу.
Какого чёрта?
На полках кабинки творился полный хаос: здесь была внушительная часть моего гардероба, включая несколько пар сменного белья, косметику, учебники. Но всё это было буквально свалено в кучу и едва не вываливалось наружу.
— Прости, я хотела навести порядок здесь, но не хотела, чтобы кто-то застал меня за этим делом. А остаться в одиночестве в коридорах школы редко получается, сама знаешь.
— Кто это сделал? — я подхватила несколько вещей, свисающих с полки, и толкнула вглубь, чтобы ничего не выпало.
— Детектив по делу твоего исчезновения, — Кайла произнесла как можно тише, прижавшись плечом к кабинке.
— Он ничего не сказал об этом утром, — я окинула взглядом коридор, замечая, как ребята оборачиваются на меня.
— Они пытались найти зацепки. Но кроме подозрительно большого количества одежды и нижнего белья, не нашли ничего.
Это и правда выглядело странно. Для меня вполне нормально — держать запасную одежду в кабинке, учитывая, что в школе я провожу большую часть своего дня из-за группы поддержки и тренировок с командой по плаванию и иногда нуждаюсь в смене. Но в таком количестве, да ещё и нижнее бельё — точно не соответствовало привычному темпу моей жизни.
— Ты знаешь, зачем столько вещей в твоём шкафчике? — Кайла встала так, чтобы закрыть обзор зевакам.
В ответ я лишь растерянно покачала головой.
— Ладно, мы разберёмся, хорошо? Давай возьмём всё необходимое и закроем нахрен этот ящик Пандоры, иначе привлечём ещё больше внимания. Дождёмся, когда занятия закончатся, и заберём всё, а дома разберёмся что к чему.
Я откопала тетрадь и ручку и, захлопнув дверцу шкафчика, направились на единственный совместный урок.
Атмосфера в классе была странная. Некоторые девчонки из группы поддержки, с которыми мы вместе посещали английский, радостно обнимали и заинтересованно разглядывали меня, словно ожидали, что сейчас я порадую их интересной историей в духе «как я провела рождественские каникулы»; мисс Дуглас окидывала меня тревожными взглядами и излишне заботливо старалась убедиться, что я в своём уме и не нуждаюсь в помощи или передышке; а парни вели себя, как и всегда — загадочно улыбались, бросая косые взгляды в мою сторону. Когда урок уже перевалил за половину, а мы погрузились в обсуждение нового произведения, неожиданно громкий голос донёсся из динамика.
— Холи Джебсон, — неестественно сладкий голос молодой помощницы миссис МакКензи резал слух, — пройдите в кабинет директора.
— Начинается, — прошептала Кайла, и внутри всё завибрировало от неприятного предчувствия.
По классу пронеслась волна шепотков, ученики зашевелились на стульях, а кто-то даже хихикнул.
Я поднялась из-за стола, собирая свои вещи, и Кайла подняла на меня обеспокоенный взгляд.
— Всё нормально, — прошептала я и направилась в сторону выхода.
Насмешливое шушуканье ударило в спину.
Прекрасно! История повторяется. Только-только мне удалось разгрести последствия событий, произошедших в начале учебного года, как снова привлекла излишнее внимание. Мне не нравилось, когда люди публично проявляли опеку надо мной, акцентируя внимание на неприятных событиях, происходивших в моей жизни. Кайла — единственный человек, который знал, как со мной обращаться. Она никогда не лезла со своей заботой на людях. Она вела себя так, словно ничего не произошло, и лишь находилась рядом, страхуя и позволяя мне самостоятельно разбираться с ситуацией, пока я была на это способна. Только она понимала, как выживать в змеином гнезде, которым мы правили: нельзя проявлять слабость, нельзя показывать слёзы, что бы не происходило, никто не должен знать, что тебя можно сломить. Только так можно выжить. Именно поэтому существовало «правило двадцати четырёх часов»: когда настигал момент эмоционального пика, я закрывалась ото всех и от всего и просто отдыхала, выпускала пар. Когда на тебя возлагают слишком много надежд и ответственности, нельзя позволять себе слететь с катушек. Никто понятия не имел о моих панических атаках, после смерти Мики; никто не знал, что я проводила долгие часы в кабинете психотерапевта, пытаясь по крупицам собрать хрупкий, трещащий по швам, мир; никто не знал, почему я перестала водить машину, а в моём гараже под грудой брезента стоял памятник лучшим временам моей жизни. Я была осторожной и показывала лишь столько, сколько людям нужно было знать обо мне.
Моя ладонь обхватила ручку двери, и я потянула за неё и вошла в приёмную. Помощница директора подняла на меня взгляд и одарила сдержанной улыбкой.