Страница 193 из 200
Глава 97
Сначала вернулись запахи. И ощущение абсолютной кристальной чистоты. Так пахнет воздух высоко в горах или свежевыстиранное полотно, которое только что внесли с мороза.
Я лежала на чём-то невообразимо мягком, укрытая лёгким одеялом. Глаза открывать не хотелось — тело казалось невесомым, словно я плыла по тёплой воде. Привычка ждать удара въелась в меня намертво, поэтому я замерла, мысленно готовясь к знакомому жжению под лопаткой. К тому пульсирующему присутствию, которое отзывалось на любую Тьму и тянуло из меня жилы. Прислушалась к себе. Там было тихо.
Медленно, боясь спугнуть это невероятное предчувствие освобождения, я повела плечами. Кожа спины скользила по шелковой простыне — обычная, горячая, чувствительная кожа. Я судорожно втянула воздух и потянулась сознанием туда, где привыкла нащупывать Печать Нуара... и не нашла ничего, кроме собственного ровного сердцебиения.
Метки больше не было.
Чужое притязание на мою душу исчезло, будто его никогда и не существовало. Впервые за очень долгое время дышала полной грудью. Я была свободна.
Повернув голову, встретилась взглядом с Сашей. Его синие глаза, в которых теперь жил ровный глубокий свет, смотрели на меня с непередаваемым облегчением и любовью. Я огляделась по сторонам. То, что это не моя квартира, стало ясно сразу. Просторная спальня, изысканная обстановка — значит, я в особняке Северских на Смоленской набережной, и ритуал остался позади.
— Саша… Я… — голос прозвучал слабо и хрипло.
Мужчина мгновенно поднялся с кресла и пересел на край кровати.
— Тише, тише, родная, — он бережно коснулся моего лица. — Боже, я думал, ты не вернёшься ко мне. Эти три дня были самыми ужасными. Даже битва с вампирами показалась мне лёгкой прогулкой по сравнению с этим ожиданием.
Я чуть приподнялась на локте и кинула взгляд на стакан воды, стоящий на столике. Жених, не говоря ни слова, понял всё без просьб и поднёс прохладное стекло к моим губам. Я сделала несколько живительных глотков.
— Три дня? — переспросила я.
— Да, любимая. Матушка с ума сходила от волнения. Твой командир приходил навестить. И даже этот...
Мой синеглазый интриган на мгновение усмехнулся, и я увидела в его глазах знакомые искры ревности.
— Твой друг Русаков, — смешно передразнил он меня, явно вспоминая нашу стычку в особняке маркиза. — Матушка поспособствовала его визиту.
Я слегка улыбнулась.
— Сашенька, ты ревнуешь к Григорию Захаровичу. Только непонятно: меня или всё-таки свою мать? Так нельзя, милый.
Саша горько улыбнулся и опустил взгляд на наши руки.
— Я хотел сперва выставить его. Но потом вспомнил, что совершенно не имею на это права. Это глупое противостояние ничего не решит. Камергер действительно любит мою мать много лет. И кто я такой, чтобы лишать счастья родного человека.
Тепло его искренности окутало уютом, но внезапная мысль острым осколком пронзила сознание. Перед внутренним взором вспыхнули своды Исаакия и маленькие фигурки на каменном полу. Пальцы судорожно сжались, впиваясь в ладонь жениха.
— Что с детьми?! — голос дрогнул, выдавая проснувшуюся панику.
— Не волнуйся, — Александр перехватил мои руки, успокаивающе целуя ладони. — К счастью, когда я вынес тебя из подземелья, твой кучер уже стоял возле собора. Фёдор почуял неладное и подъехал ближе. Достаточно было пары слов о детях, чтобы он тут же помчался на ближайшую стоянку экипажей. Вернулся быстро и уже с помощью.
— Их доставили в ближайшую больницу, а после распределили по приютам, — продолжил Северский, мягко отводя упавшую на моё лицо прядь. — Я убрал им память о пребывании в лапах вампиров. Они вырастут и никогда не вспомнят тот ужас, что им пришлось пережить.
Сбросив сапоги, Саша осторожно лёг рядом на широкую кровать и бережно увлёк меня к себе на грудь. Слушать его ровное, сильное сердцебиение оказалось лучшим лекарством на свете.
— Душа моя, я так тебя люблю, — его голос надломился, когда он уткнулся лицом в мою макушку. — Если бы случилось непоправимое... я бы не простил себе никогда. Жизнь без тебя не имеет смысла. Моё бессмертие навсегда стало бы проклятием. Но как только ты станешь моей женой, неуязвимость передастся тебе, и тогда я буду полностью спокоен.
Слова о вечности больше не пугали. Я чуть приподнялась, чтобы заглянуть в его невероятные, полные света глаза, и прошептала:
— Саша… метки больше нет. Она исчезла.
На его лице не промелькнуло и тени удивления — лишь безграничная нежность.
— Я знаю, любовь моя. Ты сама избавилась от неё, когда пожертвовала собой и ринулась в бездну. Помнишь, что говорила моя мать?
Мужчина ласково провёл широкой ладонью по моей спине, прямо там, где раньше горела клеймом печать.
— Тот, кто совершит истинный поступок самопожертвования, кто положит душу свою за ближнего или проявит великую доблесть во имя Света, пробудит свою истинную природу, — процитировал Александр. — Это предречение Создателя нашей семье, нам и нашим детям. Теперь ты тоже войдёшь в род, и это должно случится как можно быстрее.
Крепкие руки прижали сильнее, губы коснулись волос, жадно вдыхая их аромат.
— Я не могу дождаться, когда поведу тебя к алтарю. А сейчас отдыхай. Слышу, как томится под дверями твоя горничная.
— Маняша? Она здесь?! — изумлённый вздох вырвался сам собой.
Грудь Саши содрогнулась от тихого бархатного смеха.
— Да. Эта девчонка подстерегла, когда я выходил из вашего Ведомства. Признаться, думал, она меня побьёт. Сжала кулачки и требует: «Отдавайте барыню! Где вы её держите? Негоже честную сударыню умыкать, не женившись!». Еле-еле вдвоём с твоим командиром угомонили. Плачет в три ручья, причитает, что приедет господин Жаргал, а его названая сестра опозорена. Пришлось везти заступницу сюда и доказывать, что работодательница просто занемогла.
При упоминании имени напарника улыбка померкла. В памяти ярко вспыхнул золотисто-синий призрачный волк, заслонивший меня от Тьмы.
— Сашенька, а ведь там, в бездне, мне помог именно дух Жаргала. Переживаю, вдруг он отдал свою жизнь тогда, в соборе?
Лицо жениха мгновенно посерьёзнело. Взгляд стал глубоким и проницательным.
— Я видел, — твёрдо произнёс он. — Соколов мне всё рассказал. Как твой соратник не раз стоял с тобой плечом к плечу и оберегал. Не волнуйся за него, надеюсь, с ним всё хорошо. Такие, как он, не погибают по чужой воле. Древняя сила не даст ему уйти раньше времени. Потому что он не только твой защитник, но и опора целого народа.