Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 54 из 105

Стефан мгновенно замолкает. Видимо не ожидал, что я так скоро снова появлюсь в его покоях.

— Лера, — тихо говорит он.

— И снова светлого дня, Ваше Высочество….

— Стефан, — перебивает он меня, на что я лишь хмыкаю. Ксандр тихо присвистывает, но Эзраэль тут же пихает его локтем.

Вир Сантини деловито проходит к столику, раскладывает свои склянки, какие-то тонкие металлические инструменты, лупу и крошечный светящийся кристалл.

— Мы не будем ничего делать прямо сейчас, — строго предупреждаю я, заметив, как напрягся Стефан. — Сначала обсудим. Потом проверим. Потом ещё раз подумаем. И только потом, возможно, будем пробовать.

— Ты пытаешься меня успокоить? — спрашивает принц.

— Нет. Я пытаюсь не дать этим двоим превратить тебя в экспериментальную крысу.

— Троим, думаю Эзра тоже участвует, — хмыкает Ксандр.

— Он руководит, забыл? — бурчу я, закатив глаза и ловлю ласковую усмешку старшего мужа.

— Я скучал по этому? — тихо смеется Стефан.

— По чему? — интересуюсь я.

— По тебе, — улыбается Его Высочество.

Да чтоб вас всех. Сегодня у них что, день откровенности? Или Вир Сантини подмешал в утренний чай какое-то зелье общего помешательства?

— Не начинай, — глухо говорю я и подхожу ближе к Виру. Лекарь, спасибо ему огромное, не лезет с ехидными комментариями, хотя по лицу видно — очень хочет.

— Кровоизлияние мешает воздействовать на повреждённые участки, — начинает он объяснять Высочеству. — Зелья рассасывают его слишком медленно. Магическое прижигание без удаления скопившейся крови опасно. Можно окончательно повредить глазное дно.

— А если Ксандр сможет вытянуть кровь тончайшим потоком? — подхватываю я. — Не из сосудов, не из живой ткани, а именно то, что уже вышло и скопилось там, где его быть не должно.

Стефан молчит. Ксандр тоже. Эзраэль подходит к окну и складывает руки на груди. Все понимают насколько это опасно.

— Насколько тонким должен быть поток? — спрашивает он.

— Очень, — отвечает Вир. — Настолько, чтобы не задеть ткани. Почти ювелирная работа.

— А я, по-вашему, кто? — возмущается Ксандр. — Молотобоец?

— Иногда да, — сухо говорит Эзраэль.

— Предатель.

Я перевожу взгляд на Стефана.

— Это рискованно, — говорю честно. — Я не буду врать. В моём мире подобное делают с помощью инструментов, которых здесь нет. Очень тонких. Очень точных. Там врач видит, что делает. Здесь мы будем частично полагаться на магию и Вира Сантини.

— И на Ксандра, — добавляет Стефан.

— Да.

— А на тебя?

Я замираю.

— Я могу объяснить принцип. Следить за общим состоянием. Подсказывать по реакции. Но руками я такую операцию не проведу.

— Я спрашивал не об этом, — тихо говорит Стеф.

Конечно не об этом. Он спрашивает, могу ли я быть рядом.

После всего… После удара. После обвинений. После злости. После моего собственного решения уйти.

— Если ты согласишься, — медленно произношу я, — я буду рядом как врач.

На лице Стефана что-то дрогнуло. Он услышал и понял.

Как врач. Не как жена.

— Ясно, — говорит он.

— Прежде чем давать согласие, — вмешивается Эзраэль, — нужно проверить Ксандра на более простом объекте.

— Предлагаешь кому-нибудь выбить глаз? — оживляется стихийник.

— Предлагаю заткнуться до того, как я передумаю считать тебя полезным, — отвечает старший муж..

— Вы с утра такие ласковые. Даже завидно, — ерничает Стеф.

Вир Сантини уже роется в своей сумке.

— У меня есть пузырёк с загустителем крови для лабораторных проб. Можно смешать с водой и поместить в тонкую оболочку. Лорд Ксандр попробует вытянуть жидкость, не разорвав оболочку.

— Отлично, — киваю я. — Нужен самый тонкий материал, который у вас есть. Что-то вроде плёнки.

— Рыбий пузырь подойдёт? — деловито спрашивает лекарь.

Я моргаю.

— Подойдёт. В самый раз

— Обожаю, когда ты говоришь такие вещи с лицом человека, который уже мысленно режет нас на части, — шепчет Ксандр.

— Я мысленно режу только тебя.

— Флирт засчитан.

— Ксандр!

— Молчу.

Разумеется, он не молчит. Он просто улыбается так, что хочется кинуть в него чем-нибудь тяжёлым. Желательно тазом. Тем самым, в котором он утром чуть не устроил нам ледник.

Стефан поворачивает голову на звук.

— Ты улыбаешься? — спрашивает он.

— Кто? — уточняю я.

— Ты.

Я тут же стираю улыбку с лица, хотя он всё равно её не видит.

— Нет.

— Врёшь.

— Докажи.

Он слегка склоняет голову.

— Голос меняется.

Вот же…

— У тебя слишком хороший слух, — бурчу.

— Теперь это всё, что у меня есть.

Фраза падает между нами тяжёлым камнем и улыбка пропадает уже по-настоящему. Я делаю шаг к нему, но останавливаюсь.

— Прости, — шепчет Стефан.

Он не хотел давить. Просто боль иногда выходит наружу острыми краями. Я это понимаю. Но понимание не отменяет того, что эти края уже однажды резанули меня.

Вир Сантини кашляет, возвращая нас в реальность.

— Лорд Ксандр, будьте любезны. Подойдите сюда. Будем тренироваться на пузыре.

— Я даже не знаю, что хуже звучит: операция на глазах или тренировка на пузыре, — вздыхает Ксандр, но подходит. — И когда я успел из боевого стихийного мага превратиться в лекаря?

— Когда стал мужем иномирной лекарки, — фыркает Эзраэль.

Следующие полчаса превращаются в странное подобие медицинско-магического балагана.

Вир Сантини натягивает тонкую прозрачную плёнку на маленькую рамку, под неё капает тёмно-красную жидкость, похожую на кровь. Ксандр садится напротив, сосредотачивается, вытягивает руку и пытается подцепить жидкость магией.

В первый раз плёнка лопается и жидкость брызгает прямо на манжету Эзраэля. Я зажимаю рот рукой. Ксандр невинно поднимает брови.

— Это была разминка.

— Это была попытка испортить мой сюртук, — холодно замечает Эзраэль.

— Тебе давно пора сменить гардероб. Слишком мрачный.

— Ещё раз — и я сменю тебе форму носа.

— Милорды, — строго вмешивается Вир, — пациент в комнате.

На второй попытке плёнка не лопается, но жидкость расползается в стороны. На третьей Ксандр вытягивает крошечную каплю.

Все замирают, даже он. Капля медленно поднимается в воздух и зависает над рамкой.

— Вот, — шепчет Вир Сантини. — Вот так.

— Получилось, — непроизвольно улыбаюсь я.