Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 105

Глава 30

Поцелуй Эзраэля обжигает. Он не мягкий и осторожный, а жадный, голодный, словно Эзраэль слишком долго сдерживался и наконец сорвался.

Я ошарашенно замираю, упираясь ладонями ему в грудь. От мужчины пахнет морозной свежестью, бумагой и чем-то терпким, мужским. Голова моментально становится пустой.

Да что с ними сегодня всеми?!

Он прижимает меня к двери крепче, ладонь ложится на талию, пальцы сминают ткань платья. А я вместо того чтобы возмутиться, чувствую, как сердце начинает колотиться где-то в горле.

Бездна…

Первой мыслью становится вовсе не «как он посмел», а «лишь бы никто не вышел в коридор». Осознание этого бьёт по голове не хуже ледяной воды. Я резко отворачиваюсь, разрывая поцелуй, и тяжело дышу.

— Эзраэль! — шиплю возмущённо, чувствуя как пылают щёки. — Ты вообще… нормальный?!

— Нет, — совершенно спокойно отвечает он, даже не пытаясь выглядеть виноватым. Ещё и смотрит так… жарко и внимательно. Словно ждёт, что я сделаю дальше.

— Ты с ума сошёл? — понижаю голос до шёпота. — Здесь люди ходят! Слуги…

— Здесь никого нет, Лера.

И правда только сейчас замечаю, что в коридоре тихо. Ксандр с лекарем куда-то испарились. Этот… интриган всё просчитал?!

— Это неприемлемо. Мы ведь уже решили, — выдыхаю, пытаясь восстановить дыхание.

— Это ты решила, и я с твоим решением не согласен. Разве не видишь, ты сводишь нас… меня с ума, — и сказано это без тени улыбки. Я сглатываю и отвожу взгляд первой. Мне неловко, что так легко отреагировала на него! Но лучшая защита – это нападение! Так?

— Значит так мужчины решают проблемы? — бурчу, пытаясь вернуть себе хоть остатки самообладания. — Поцеловал женщину — и всё, конфликт исчерпан?

— Нет, — хрипло отвечает он, склоняясь чуть ближе. — Но это было жизненно необходимо.

Я закатываю глаза.

— Конечно, просто государственная необходимость.

— Именно.

Не выдержав, всё-таки фыркаю от смеха. И вот это его расслабляет сильнее всего. На мгновение суровый дознаватель исчезает, уступая место просто уставшему мужчине.

Он осторожно касается пальцами моей щеки и сразу хмурится.

— Ты всё ещё бледная.

— А ты всё ещё слишком… тиран! — парирую я, отступая на шаг. — И вообще, между прочим, это ты должен сейчас извиниться.

— За что?

— За то, что набросился на приличную женщину в коридоре.

— Я поцеловал свою жену, за это не извиняются. И приличная женщина минуту назад предлагала Стефану операцию на глазах с помощью магии крови, — с иронией отвечает он.

— Это была научная мысль!

— Очень опасная научная мысль.

Я поднимаю подбородок.

— Великие открытия всегда пугают.

— Напомни мне никогда не спорить с тобой, когда ты вдохновлена.

— На этот счёт можешь не переживать я все еще…

Дверь рядом внезапно распахивается и я не успеваю сказать, что собственно, я не передумала на счет проживания по отдельности, а значит не придется и спорить со мной.

— Я понял! — воодушевлённо восклицает Вир Сантини, вылетая в коридор. — Нам нужна тончайшая концентрация потока! Лорд Ксандр, вы обязаны попробовать! Это гениально!

Мы с Эзраэлем синхронно отшатываемся друг от друга. Ксандр выходит следом за лекарем, переводит взгляд с меня на Эзраэля, потом обратно — и расплывается в совершенно довольной улыбке.

— О-о-о… — тянет он. — А мы, кажется, не вовремя.

— Заткнись, — сухо бросает Эзраэль.

— Даже не подумаю. Я слишком долго ждал, когда ты перестанешь изображать из себя монаха.

Я вспыхиваю, вот врых! И все это при Вире Сантини. Хотя лекарь итак в курсе всех событий в нашей семье.

Арден меня целовал. Габриэль требовал поцелуй за героическое выживание. Теперь ещё Эзраэль. Что дальше? Стефан прозреет и тоже решит меня шокировать?!

— Лера, ты покраснела, — невинно замечает Ксандр.

— Я сейчас тебя ударю.

— Вот, уже угрозы пошли. Эзра, поздравляю, процесс ухаживания официально начался, — патетично, ухмыляется он.

— Ксандр, — предупреждающе рычит старший муж.

Но стихийкик уже веселится вовсю.

— Нет, ну правда. Сначала Арден водит её завтракать в сад. Потом Габриэль выпрашивает поцелуи. Теперь ты зажал жену в коридоре. Я начинаю чувствовать себя обделённым.

— Тебя никто не обделял, — бурчу я.

— Да? — оживляется он. — Тогда я требую компенсацию.

— О боже! — стону я, закрывая лицо ладонями. — Вы все ненормальные.

— Поздно, Лера, — довольно усмехается Ксандр. — Ты уже замужем за нами. Назад дороги нет.

— Я всё ещё хочу развод, между прочим.

Повисает короткая пауза.

— Нет, не хочешь, — неожиданно спокойно говорит Эзраэль.

Я медленно убираю руки от лица и смотрю на него.

— Это мы ещё посмотрим, — щурюсь я.

— Посмотрим, — повторяет он.

И смотрит так… уверенно.

— Прекрасно, — вмешивается Вир Сантини, хлопая в ладони. — Пока вы тут смотрите друг на друга, как два врыха перед столкновением, Его Высочество всё ещё слепой. Напоминаю на всякий случай.

— Спасибо, Вир, — сухо произносит Эзраэль. — Мы почти забыли.

— А я нет, — лекарь гордо вздёргивает нос. — Поэтому предлагаю прекратить брачные переговоры в коридоре и заняться делом.

— Это не были брачные переговоры, — бурчу я.

— Разумеется, моя принцесса, — с самым серьёзным видом кивает Вир Сантини. — Это было научное совещание с элементами эмоционального давления.

Ксандр фыркает. Я бросаю на него убийственный взгляд, но стихийник только шире улыбается. Вот же зараза. Весёлый, красивый, бесстыжий и совершенно довольный происходящим.

— Идёмте уже, — говорю, поворачиваясь к двери Стефана. — Пока я не передумала и не решила, что слепота — это вполне приемлемый способ уберечь принца от лишних подвигов.

— Жестоко, — замечает Ксандр, на что я лишь закатываю глаза.

Вир Сантини первым стучит и, не дождавшись ответа, распахивает дверь.

— Ваше Высочество! — бодро объявляет он. — У нас есть новая безумная идея.

— Это уже начинает меня пугать, — раздаётся из глубины комнаты голос Стефана.

Он сидит у окна, в кресле, держа трость рядом. Голова повёрнута в нашу сторону, взгляд пустой, расфокусированный. От этого каждый раз неприятно сжимается сердце.

— Если идея от Вира, я отказываюсь сразу, — продолжает Стефан. — Если от Ксандра, тем более. Если от Эзраэля — пусть сначала объяснит, кого нужно допросить.

— Идея моя, — признаюсь я, входя следом.