Страница 19 из 107
Глава 9
Мы только переступаем порог дома, из гостиной доносится мужской ржач. И уже через секунду в дверном проёме появляются они.
Рустам и Тимур. Широкоплечие, с наглыми ухмылками и сверкающими азартом глазами.
– По поводу чего веселье? – хмыкает Арман. – Вопросы решили?
– Решили, – усмехается Рустам. – Или скорее поделили.
От его заигрывающего взгляда мне становится не по себе. Что они там решили? Тимур обещал подождать!
А вот его братья – нет.
И с Арманом я не успела ничего обсудить. Черт!
Дед Мороз, подари мне больше времени. А то с этими головорезами я ничего не успеваю!
Вот! Я только рот открываю, но сказать ничего не получается. Потому что Рустам оказывается рядом.
Одной рукой мужчина забирает у меня пакеты, а другой – ловко цепляет меня за запястье. Тянет за собой.
– Эй! – дёргаюсь, пытаясь вырваться.
– Неа, лапуль. Моя очередь с тобой поиграть.
В животе неприятно покалывает от волнения. Не столько от страха, сколько от осознания, что от этого мужчины так просто не сбежать.
Он чертовски уверенный в себе, доминирующий, напористый. И самое худшее…
Ему нравится меня дразнить. Выводить. Ставить в неудобное положение.
– Дай-ка угадаю, ты ведь соскучилась по нашему общению, да?
– Ни капли!
Меня жаром обдаёт, когда вспоминаю наше «общение». Как он ворвался в спальню, лапал, рассматривал…
Я беспомощно оборачиваюсь назад. Но Арман уже о чём-то беседует с Тимуром, и никто не спешит меня спасать.
Ага. Эти спасатели – сами и погубят.
– Рус, – вслед летит смешок Тимура. – Только не поломай девочку!
– Ну, так я нежно, – ухмыляется Рустам, скользя ладонью по моему запястью, прежде чем крепче перехватить. – С чувством, с толком, с расстановкой.
Явно не на приличное намекает!
Радует лишь то, что Рустам не спешит меня зажимать. Словно действительно привёл лишь для того, чтобы разобрать пакеты.
Я расставляю крупы на верхние полки. Несколько упаковок. Кажется, я немного переборщила.
А Арман меня не остановил.
Поднимаюсь на носочки, пытаясь достать до самой верхней полки. Покачиваюсь, а после – замираю.
Рустам прижимается ко мне. Нагло сдавливает мою талию, помогая удержать равновесие.
Хотя от его близости хочется только падать.
Особенно когда мужчина прижимается губами к моей шее. Прихватывает, заставляя керосин в крови вспыхнуть.
– Что ты делаешь?! – вскрикиваю я, отпрянув. Щёки пылают, сердце бешено стучит.
– Просто проверяю, насколько ты чувствительная, – довольно ухмыляется Рустам. – Ответ: очень.
Я чувствую, что если он продолжит, то моя голова просто задымится от стыда. Я быстро хватаю пачку муки и кидаю её ему в грудь.
– Работай руками, а не языком! – бросаю, делая вид, что не замечаю его усмешки.
– Не переживай, лапуль, – его карие глаза вспыхивают от желания. – Сегодня языком работать будешь только ты.
Дед Мороз, ну за что?!
Я была хорошей девочкой! А ты мне послал очень плохих мальчиков.
Я закрываю лицо руками, пытаясь собраться, пока Рустам всё так же нагло стоит рядом, наблюдая за моей реакцией.
Это будет долгая ночь.
– Ты звонил Давиду? – уточняю я нервно. – Он бы сказал…
– Он вне зоны, – хмыкает мужчина. – Он со своей куколкой отдыхает, видимо. Не стоит мешать семье развлекаться. Так что придётся потерпеть.
У меня всё внутри сжимается. Рустам ухмыляется, и в этой улыбке слишком много чего-то нехорошего.
– Потерпеть? – повторяю, пытаясь не показать волну паники.
– Ага.
Он обходит меня, проводя ладонью по моему бедру.
– Не переживай, лапуль. Я к тебе аккуратно. Хотя…
Его пальцы обхватывают мою талию, он наклоняется к самому уху, шепчет с хрипотцой:
– Если ты хочешь, чтобы я был грубым, только скажи. Я не против.
– Извращенец! – вскрикиваю я.
– Неа, лапуль. Я честный. Хочу тебя выебать и говорю об этом прямо. Встать может только от одного воспоминания. Как ты в постели крутилась.
Я резко отстраняюсь, чувствуя, как кожа вспыхивает от его слов. Он говорит эти непотребства так спокойно, словно всё нормально!
А я прикидываю, можно ли эту плитку сломать и подкоп устроить.
Резко разворачиваюсь, прячу покрасневшие щёки за волосами. С двойным усилием начинаю разбирать пакеты.
А после замедляюсь. Специально! Каждую мандаринку выкладываю так, будто от этого зависит моя жизнь.
Нужно что-то придумать!
– Знаешь, что мне в тебе нравится, – усмехается, закидывая последний пакет в холодильник. Пока я медлила, Рустам всё быстро разобрал. – Ты делаешь вид, что не замечаешь, когда тебя хотят.
Я сглатываю, пытаясь отвернуться, но он не даёт. Его пальцы скользят по моей щеке, а потом по подбородку, медленно, дразняще.
– А тебя хотят, лапуль. Очень хотят.
– Ты! Хватит меня так называть! У меня имя есть.
– Уверен, оно охуенное. Но ты так и не представилась.
– О… Я Дарина.
– Дарина.
Мужчина медленно произносит моё имя. Словно каждую буковку смакует. Даже это у него получается с оттенком пошлости.
– Хорошо, лапуля Дарина, пошли.
Я судорожно соображаю, как вывернуться, но его рука уже обвивает мою талию, притягивая ближе. Он скользит пальцами по моей спине, опускаясь ниже.
– К-куда? – уточняю испуганно.
– Как куда? – смотрит на меня как на недалёкую. – В спальню, естественно.
Рустам тянет меня за собой, и я всем телом противлюсь этому движению.
Его ладонь уверенно сжимает моё запястье, а я нервно сглатываю, оглядываясь в поисках хоть какой-то лазейки.
Сердце колотится в груди так быстро, что мне кажется, ещё немного – и оно выскочит наружу.
Я пытаюсь придумать план спасения. Надо что-то остроумное, хитрое, гениальное…
Но мой мозг так отчаянно барахтается в панике, что максимум, что приходит в голову – рухнуть на пол и притвориться мишурой.
Пока я прикидываю все возможные сценарии, мы выходим из кухни и влетаем прямо в Армана.
Ой.
Выражение лица у него такое, будто он раздумывает – выслушать нас или просто развернуться и уйти, оставив меня на растерзание брату.
Ну и чего мне ждать? Казни или милости?
– Обед уже, – наконец произносит он. – Нужно сообразить чё-то пожрать. Иначе подохнем до Нового года.
– Не прибедняйся, – усмехается Рустам. – И дольше без хавчика обходились. Или ты за плиту собрался?