Страница 78 из 78
— Добро пожаловать, — произнёс он, слегка наклонив голову, но в этом поклоне не было почтения, лишь вежливая маска. — Добро пожаловать во дворец. Там мы обсудим, как нам дальше существовать. Мы хотим мира, хотим, чтобы наша раса не была уничтожена.
Он делал знаки, говорил о мирных сосуществованиях, но я чувствовал фальшь в каждом слове. Я знал, что я слишком силён для любых уловок, но сила не делает тебя слепым. Мейсон — так звали этого эльфа — когда он увидел кольцо на пальце некроманта, стал готовить не тёплый приём, а ловушку. Кольцо на его пальце было не украшением, а древним артефактом, созданным для одного: депортировать опасных преступников на планету‑тюрьму, откуда невозможно выбраться. Эльф видел в этом свой шанс: активировать нужные условия и телепортировать некроманта туда, навсегда избавиться от угрозы, восстановив прежний статус‑кво, где эльфы вновь станут главными на этой планете.
В тот миг, когда он коснулся символов на кольце, пространство вокруг меня сжалось, словно чья‑то ледяная рука стиснула грудь. Кольцо попыталось сковать меня, заковать, будто в гроб, лишив движения, голоса, самой возможности сопротивляться. Давление нарастало, выжимая воздух из лёгких, и даже время будто замедлилось, растягиваясь в тягучую, вязкую субстанцию. Но я был некромантом — а моё тело знало иные законы. Оно могло существовать в трёх формах: живого тела, зомби, скелета, души. И когда оковы сомкнулись, я рванулся прочь, сбрасывая плоть, как старую кожу, и перетёк в форму души — бестелесную, но не беззащитную. В этом состоянии я становился почти неуловимым, способным проскальзывать сквозь магические барьеры, но при этом терял связь с материальным миром.
Вырвавшись из ловушки, я потерял примерно половину души — не как кусок мяса, а как часть себя, как воспоминание, которое вдруг стало чужим. Для некроманта это было неприятно, болезненно, но не смертельно: мы умеем восстанавливаться, собирать себя по крупицам, словно склеивая разбитое зеркало. Я снова ослабел, но не сломался. Бросил холодный, тяжёлый взгляд на эльфа — и тот похолодел, поняв, что мирного договора больше нет. Он хотел убрать меня с доски, но вместо этого разбудил зверя.
Я продолжал чувствовать, что происходит с той частью души, которую кольцо вырвало и потащило в сторону планеты‑тюрьмы. По пути эти частички моей сущности не исчезали — они находили себе новые пристанища, вселялись в недавно мёртвые тела, перестраивали их под себя, словно примеряя чужую одежду. Я прямо чувствовал, как по разным уголкам мира вспыхивают искры моего сознания — десятки, сотни двойников, каждый в своей форме, каждый с искажённым отражением моего опыта. Это было похоже на попаданство, когда ты умираешь и возрождаешься сразу во множестве тел, и каждое из них живёт своей жизнью, но остаётся связанным с тобой невидимыми нитями.
Эти двойники появлялись то тут, то там — в заброшенных шахтах, на окраинах городов, в руинах старых храмов. Я чувствовал эту связь одновременно: их боль, их радость, их страх и ярость. И с каждым новым телом, с каждым новым опытом я становился сильнее, мудрее, сложнее. Возможно, все неудачи, что преследовали меня с тех пор, как я ступил на путь магии, шли мне на пользу. Хаос становился моим союзником, а смерть — не врагом, а наставником. Возможно, сама судьба любила меня странной, жестокой любовью — такой, что обжигает, но закаляет.
Теперь я знал: эльфы не получат ни мира, ни власти. Эльфы сами того не зная, способствовали увеличению моей мощи и знаний. Каждый дополнительный кусочек моей души нашёл носителя. И пока хотя бы одна частица моей души жива, я буду сражаться. За родину, за семью, за право решать, какой будет эта новая эра — эра магии и стали, где сила не подавляет, а служит. И в этой борьбе у меня теперь было преимущество, которого не мог предвидеть ни один из моих врагов: я больше не был один. Я был множеством. И каждое моё отражение несло в себе искру той же воли, того же огня, что горел во мне.
Ветер на планете вдруг усилился, и листья на деревьях зашелестели, будто шептали друг другу о том, что сейчас произошло. Где‑то вдали раздался крик ночной птицы — резкий, тревожный, как предупреждение. Планета знала: равновесие нарушено. И теперь она ждала, кто окажется сильнее — старые порядки или новая сила, которая только начинала осознавать свою мощь.
От автора.
Книга дописана. Цикл окончен. Спасибо что дошли до конца. Про двойников есть идеи, может и напишу пару циклов. Пока пишу другой, про молодого учителя с вредным характером в вкадемии магии.
Эта книга завершена. В серии Некромант - Один в поле не воин есть еще книги.