Страница 49 из 56
Автократии следят за поражениями и победами друг друга, согласовывая свои действия, чтобы создать максимальный хаос. Осенью 2023 года и Европейский союз, и Конгресс США оказались не в состоянии отправить помощь Украине, потому что группы, тесно связанные с Россией, во главе с Виктором Орбаном в Венгрии и горсткой республиканцев MAGA в Конгрессе, нередко действовавших по указанию Дональда Трампа, заблокировали большинство и отсрочили помощь. В интернете распространился пропагандистский нарратив «усталости от Украины», который российские прокси и китайские СМИ продвигали на разных языках.
Именно в этот момент боевики ХАМАС при поддержке Ирана совершили жестокое нападение на Израиль. В последовавшие за тем недели боевики-хуситы при содействии того же Ирана начали обстреливать танкеры и грузовые суда в Красном море, препятствуя мировой торговле и отвлекая США и Европу от войны в Украине. Азербайджанский диктатор Ильхам Алиев к тому времени уже воспользовался моментом, когда мир отвлёкся, чтобы захватить спорную территорию Нагорного Карабаха[311] и за несколько дней изгнать оттуда сто тысяч армян, то есть всё его население. К весне 2024 года обнаружилось, что китайские хакеры[312] глубоко проникли в компьютеры и хранилища данных британского парламента и его членов. Международное расследование в Брюсселе, Варшаве и Праге выявило[313] широкую российскую кампанию по покупке влияния, включая платежи членам Европарламента и попытки воздействовать на ход европейских выборов.
Тем временем в Западном полушарии президент Мадуро заявил, что обдумывает вторжение в одну из провинций соседней Гайаны и её оккупацию. В то самое время, когда он объявлял об этих планах, сотни тысяч венесуэльских граждан, обнищавших в результате его политики, пробирались через Центральную Америку к границе с США. Их беспрецедентное количество способствовало разжиганию популистской, ксенофобской реакции в США и росту поддержки трампистского крыла Республиканской партии, которое открыто встало на сторону Путина в его войне за уничтожение Украины.
У этого многогранного, сложно устроенного, самонагнетающегося комплексного кризиса не было единого организатора, и он не свидетельствует о тайном заговоре. Наоборот: взятые в совокупности, все эти эпизоды показывают, как разные автократии распространили своё влияние на разные политические, экономические, военные и информационные сферы. Они же показывают, какой вред могут причинить автократии, когда в нужное время объединяют усилия для достижения общей цели: нанесения ущерба демократиям и демократическим ценностям как внутри своих стран, так и по всему миру. Перечитайте заявление Си Цзиньпина и Владимира Путина от 4 февраля 2022 года, накануне вторжения России в Украину. Они осудили «вмешательство во внутренние дела суверенных государств под предлогом защиты демократии и прав человека», призвали международное сообщество «уважать многообразие культур и цивилизаций, право народов разных стран на самоопределение» и гневно предупредили, что любые обсуждения демократических стандартов, которые они назвали «попытками выступать в роли гегемона», «представляют серьёзную угрозу глобальному и региональному миру и стабильности, подрывают устойчивость миропорядка»[314].
Другие используют ещё более жестокие и радикальные формулировки, открыто призывая к массовым зверствам или войне, — но никто в демократическом мире пока не воспринимает эти формулировки всерьёз и не начинает им противодействовать. Во время встречи с Путиным в сентябре 2023 года северокорейский диктатор Ким Чен Ын заявил, что полностью и безоговорочно поддерживает «священную борьбу для защиты своего государственного суверенитета и защиты своей безопасности в противовес гегемонистическим силам, которые противостоят России»[315]. Несколько месяцев спустя, в январе 2024 года, Ким, похоже, и сам отказался от попыток решать вопросы миром: он призвал к изменению конституции, с тем чтобы объявить Южную Корею главным врагом Северной Кореи, упразднил все организации, способствовавшие объединению и трансграничному обмену, и предупредил о войне, которая «уничтожит образование под названием Республика Корея и прекратит его существование»[316]. На той же неделе Дмитрий Медведев, бывший президент и бывший премьер-министр Российской Федерации, назвал Украину «раковым новообразованием» и призвал к уничтожению не только нынешнего украинского правительства, но и «любой, совершенно любой» Украины[317]. Вскоре после этого он опубликовал карту России[318], которая включала в себя почти всю современную Украину и отводила большую часть остальной её территории Польше и Венгрии.
Тем не менее в начале я высказала мысль, что мы не живём в условиях новой холодной войны, «холодной войны 2.0», и хочу ещё раз это подчеркнуть. Современная конкуренция между автократическими и демократическими идеями и практиками — ни в каком отношении не прямая копия той, с которой мы столкнулись в XX веке. Сейчас нет «блоков», к которым можно было бы присоединиться, и Берлинских стен, чётко разграничивающих территории. Многие страны нельзя определённо отнести ни к одной из категорий — ни к демократиям, ни к автократиям. Как я уже писала, некоторые автократии (ОАЭ, Саудовская Аравия, Сингапур, Вьетнам) стремятся сотрудничать с демократическим миром, не хотят нарушать Устав ООН и по-прежнему видят преимущества международного права. Избранные лидеры некоторых демократических стран (Турции, Израиля, Венгрии, Индии, Филиппин) склонны скорее нарушать конвенции о правах человека, чем отстаивать их. Поскольку автократические альянсы в значительной мере опираются на финансовые интересы, они могут меняться и часто меняются.
Водоразделы проходят и внутри стран. В Венесуэле и Иране есть мощные и важные демократические течения. В Соединённых Штатах, в Германии, Польше, Нидерландах, Италии и Франции есть заметные автократические политические движения и деятели. В то же время мировая экономика устроена намного сложнее, чем в XX веке, и бессмысленно делать вид, что конфликтов интересов не существует. Чтобы смягчить последствия изменения климата и решить другие экологические проблемы, потребуется общемировое сотрудничество. Соединённые Штаты и Европа интенсивно торгуют с Китаем, и резко оборвать эти торговые связи было бы и непросто, и нежелательно.