Мой. Чужой. Истинный

Я навострила уши, припомнив, что его ворона давно не видно, но теперь стало понятно, куда он пропал.

– Письмо? Какое письмо?

– Я вижу, что получила, Флора. Не играй со мной.

– Ладно-ладно, прости, любимый, – ласково произнесла она и погладила его по груди.

Из меня невольно вырвался недовольный рык, который явно все услышали. Флора даже обернулась и недовольно прищурилась.

– А это кто? Новая прислуга? Так это ни к чему. Я свою из папиного дома приведу.

– Лучше помолчи, Флора. Прав был Эрл, надо было с тобой переговорить с глазу на глаз. Письмо, видимо, на тебя не подействовало.

– Так я думала, этот негодник Эрл пошутил. Я давно тебе говорила, что не нравлюсь ему. Он…

– Флора!

– М?

– Я серьезно, Флора. Я встретил свою пару и не смогу на тебе жениться. Отступные я твоему отцу выплачу за неудобства, все украшения можешь оставить себе.

– Но, Айвен… Причем тут отступные? А как же я?

Девушка похлопала повлажневшими глазами и снова потянулась к Айвену. Этого уже не выдержала я и схватила его за руку. Он споро переплел наши пальцы, внушая мне еще больше уверенности в себе.

– У нас с тобой был деловой уговор, Флора. Между нами не было любви. Не нужно сейчас устраивать сцен, словно я разбил тебе сердце.

– Мы можем поговорить наедине? Без этой?

Она кинула на меня мимолетный взгляд и сморщилась, словно увидела перед собой букашку.

– Поуважительнее, Флора. Ты сейчас говоришь о моей жене и истинной паре. Я с тобой добр, но моя доброта не бесконечна. Не заставляй меня забыть о том, что когда-то я тебя уважал. Ты деловая женщина…

– Она не дала ему договорить и вся запыхтела, покраснев.

– Вот именно, Айвен! Я женщина! И мы договорились с тобой, что создадим брак! Ты обещал мне! Только подумай, что будут говорить обо мне в столице! Брошенка!

– Не преувеличивай. Все знают, что масойя – это дар свыше. Все поймут.

– Но мой отец уже разослал приглашения на нашу свадьбу. Он расстроится.

– С ним я сам решу все вопросы. Если это всё, то тебе пора. Нас ждут гости.

Айвен обхватил меня за талию и встал между мной и Флорой, подталкивая к входной двери.

– Отец этого просто так не оставит! – прорычала она, но с места не сдвинулась.

Моя спина так и горела от ее ненавидящего взгляда.

– Ну и вали к своей мерзкой полукровке! – завизжала вдруг она, и я ощутила, как Айвен весь закаменел.

Он развернулся, закрывая меня от взора Флоры, и весь будто покрупнел. От него начала исходить такая мощная волчья энергетика, что меня слегка зашатало. Вот только не от слабости, а от чувственного восторга, охватившего всё мое тело. Волчица отзывалась на его силу и порыкивала в экстазе, желая провести носом по выемке у его шеи, где его мускусный запах наиболее силен.

– Следи за своим языком, Флора, в последний раз предупреждаю! – грубо осадил бывшую невесту Айвен, но когда она уходила, по ее взгляду стало понятно, что просто так она не отступится.

– Прости меня за эту сцену, я не ожидал, что она заупрямится. Скажу сразу, между нами планировался договорной брак, никаких чувств ни с моей, ни с ее стороны, тебе в этом плане переживать нечего, – поспешил меня успокоить Айвен.

– Ну, видимо, она так не считает, – пробормотала я, а сама еле сдерживала рычание волчицы.

– А кое-кто там у нас недоволен, – удовлетворенно произнес Айвен, и его глаза пожелтели, демонстрируя волколака, который не удержался и вышел наружу.

– А ты этому и рад, верно?

– Да ты стала довольно дерзкой, птичкой. Мне это по душе.

– Честно говоря, я не всегда могу себя контролировать. Иногда волчица берет надо мной верх. Так будет всегда? Мне не хотелось бы, чтобы внутри меня были постоянные эмоциональные качели. Я привыкла к себе, когда я спокойная и рациональная.

– По запаху я чувствую, что со дня на день у тебя будет первый оборот. Не пройдет и недели, как ты полностью перевоплотишься. Первое время твое настроение будет скакать, а после, когда вы сроднитесь со зверем, всё станет как прежде.

– Хотелось бы. Кстати, а где твой ворон? Разве он не должен был вернуться из столицы к тебе? Эрл говорил, что ты переживал из-за его исчезновения.

– Он в порядке, я чувствую. Завтра я его верну.

– Что значит вернешь? Его что, держат в плену или украли?

Я прищурилась, чувствуя, что в этом деле все нечисто, и взгляд Айвен это лишь подтвердил.

– Скорее всего, Корвин у отца Флоры. Таким образом он предупреждает меня о том, что желает со мной разговора. Видимо, она уже поделилась с ним письмом, и он знает о том, что я расторг нашу помолвку.

– Выходит, Эрл не зря переживал, что у тебя будут проблемы из-за меня. Ее отец настолько влиятелен?

– Когда Эрл вернется, его ждет неласковый прием. Ему не следовало говорить тебе лишнего и накручивать зазря.

– Он просто переживает за тебя.

– Не стоит. Всё, что тебе нужно – это осваиваться в столице и ходить по магазинам, радовать себя покупками. С утра к тебе придет портниха, снимет мерки. Я буду у старейшин. Скорее всего, они назначат совет на утро, поэтому я распоряжусь, чтобы мой казначей открыл на твое имя счет в банке, и ты могла вместе с Лаиссой пройтись по лавкам. Ни в чем себе не отказывай, птичка, я небедный волк, не разорюсь. А твое хорошее настроение – залог моего спокойствия.

– Хор-р-рошо, – пророкотала я, чувствуя, что волчица донельзя довольна сложившимся раскладом.

Она даже будто повиляла хвостом и пригнулась к земле, приглашая волчару Айвена с ней поиграться.

Мне уже не терпелось ощутить первый оборот и наконец выпустить ее на волю, чтобы она перестала так скулить и дергать мои нервы за ниточки.

Когда мы вошли внутрь дома, я завертела головой, глядя по сторонам, и удивилась тому, как убранство дома соответствовало Айвену.

Всё выглядело даже более роскошно, чем было у Райдзена, хотя у того в нашей стае был самый красивый дом. Обстановка жилища Айыена была выдержана в светлых тонах, хотя я почему-то ожидала, что здесь будут преобладать преимущественно темные дубовые оттенки.

– Как сладко здесь будет звучать топот детских ножек, – вдруг пошептал он, наклонившись ко мне сзади, и я покраснела, лишь представив всю эту сцену, которая мелькнула у него в голове.

– Ты меня смущаешь, да и другие явно услышали, – опомнилась я, вспомнив о Горе и Лаиссе, которые зашли в дом раньше нас.

– Уж поверь, им явно не до подслушивания, они изучают собственные комнаты.

– Так ты же им не говорил, где они остановятся.