Страница 23 из 61
– Но я ведь дочь Титуса, первого лорда Совета Права, Айвен. По правилам Уложения за его предательство меня должна настигнуть та же кара, что и его. Неужели ты пойдешь против заветов Уложения? Ведь мой отец именно этого и добивался! Сделать его забытой историей, превратить в пыль и прах, заставить всех волколаков следовать новым законам, и…
Мне не понравились ее слова, ведь терять ее, как только обрел, я не собирался. Ни в коем случае.
– Исключено, Нереа, – перебил я ее и покачал головой. Взял в ладони ее лицо и вынудил посмотреть себе в глаза. – Во всяких правилах есть исключения, о которых не говорят маленьким волчатам. Ты не всё знаешь о заветах Уложения, но я могу сказать тебе точно. Тебя не постигнет судьба Титуса.
Произносить фразу “твоего отца” меня коробило, особенно после того, как я узнал судьбу ее матери и тех зверств, которым он готов был подвергнуть Нерею, не считая того, что уже успел натворить, превратив родную дочь в изгоя.
– Ты моя масойя, моя женщина, истинная пара. Отныне ты входишь в мой род, а значит, наказание Титуса на тебя не распространяется. Так что всё, что тебя отныне должно волновать и беспокоить – это я. Есть только мы, птичка, и никого больше.
Наши взгляды встретились, и я стал наклоняться, чтобы поцеловать ее напоследок, перед тем, как мы выйдем на берег, и магия нашей близости пойдет на спад. Но реальность вносила свои коррективы, и я напрягся, когда со стороны берега послышался хруст. Трое моих сыновей сумели незамеченными выскользнуть из леса и встать у самой кромки.
– Пошли вон! – рыкнул я недовольно и обернулся к ним, спиной прикрывая Нерею.
Не думал, что сыновья решать нарушить наше уединение, зная мой крутой нрав, когда дело касалось женщин. И если с обычной самкой я еще мог спустить им это без последствий, то вот то, что они сейчас поставили мою масойю в неловкое положение, так просто не сойдет им с лап.
– А как же знакомство с мачехой, отец?
Насмешливый голос Эрла, кто бы сомневался.
– Отец? – прозвучал следом тихий голосок Нереи сзади, и я едва не застонал, буквально слыша, как вдребезги разбилось наше тихое уединение.