Страница 5 из 80
Утром за столом шумно, но пока, слава Великим Силам, не от разрывов бомб. Клавдия Петровна разносит посуду, приборы, Гром стирает с лица своей тарелки вторую порцию яичницы, Петров с планшетом и ложкой одновременно управляется. Краги в углу что-то наше из еды осваивают, старательно жуют, морщатся, но едят. Сильверы к столу не садятся — они вообще едят редко, больше водой и светом питаются, но сегодня старший взял кусочек хлеба, отщипывает по чуть-чуть, пробует.
Новички сидят рядом со мной. Леонид оглядывается, привыкает к столпотворению. Игорь молча ест, зыркает исподлобья. Наталья спокойно пьёт чай, её глаза изучают всё вокруг без удивления — такие глаза бывают у людей, которые многое видели и давно перестали удивляться.
— Ну и как вам наши хоромы? — спрашиваю.
— Шумно, — признаётся Леонид. — Но… хорошо. По-человечески как-то.
— Это пока Вера не вернулась. Она вернётся — тут тихо не будет. Она с половником разгоняет всех, кто без дела шастает.
Леонид улыбается, берёт ложку.
Лена сидит напротив, пьёт кофе, но краем глаза наблюдает за новичками. Я знаю — она уже мысленно составила на них досье.
Гром сегодня не торопится с тренировками. Видимо, решил дать всем фору после вчерашнего — первый день блокады, визит парламентёра, движухи всем хватило. Да и новичкам надо дать освоиться, а не с порога гнать в хвост и в гриву.
Однако сразу после завтрака он уже собирается свистнуть всех на построение, но я его останавливаю:
— Погоди. На улице сегодня не будем.
— Почему? — Гром смотрит на меня с недоумением.
— Дроны, — киваю на окно. — Они Леонида с ребятами, возможно, ещё не видели. Нечего их раньше времени светить. Чем меньше знают, кто у нас появился, тем лучше.
Гром чешет затылок, потом кивает:
— Логично. Тогда в зале. Все в спортзал! — рявкает он уже по-новому. — Новички, покажете, на что способны.
Выходим в коридор, направляемся в спортзал. Теперь из-за имперских прихвостней мы должны тут взаперти торчать. Когда у этих летунов, интересно, пересменка на подзарядку?
По пути проходим мимо мешков с песком, которые со вчерашнего дня так и лежат у стен — поставили наспех, когда готовились к обороне, а убирать уже и смысла нет, если снова полезут. Стены в нескольких местах выщерблены — следы от осколков. Ирина однажды как-то пошутила, сказав, что это теперь наш фирменный дизайн — «боевой шик». Я тогда усмехнулся, а сейчас смотрю и думаю — надолго ли нам этого «шика».
В спортзале просторно, света хватает. Гром выгоняет всех в центр, сам встаёт у стены, наблюдает.
— Ну, давай, Игорь, — Леонид кивает.
Игорь нехотя вытаскивает руку из кармана, достаёт нож, полосует по ладони. Кровь брызжет, я вздрагиваю — самое зрелище с утра пораньше… А он просто стоит, смотрит. Через несколько секунд рана затягивается, остаётся только розовый шрам.
— Ничего себе, — Гром присвистывает. — Тебя бы в мясной цех — безотходное производство.
Игорь хмурится.
— Шутка, — поясняю. — Расслабься. Наталья, твоя очередь.
Она смотрит на Грома своими спокойными глазами. Тот стоит руки на груди, ждёт. Секунда, другая… и вдруг Гром дёргается, оглядывается.
— Что за… — бормочет. — Показалось, за спиной кто-то стоит.
— Испуг, — поясняет Наталья. — Совсем чуть-чуть, на грани.
— А если наоборот, нужно успокоить кого-нибудь?
Она переводит взгляд на Петрова, который как раз вышел на крыльцо с планшетом. Тот замирает, лицо разглаживается, он глубоко вздыхает и садится на ступеньку.
— Странно… — говорит он. — Спокойно вдруг стало. Как будто всё хорошо, и цифры сходятся.
— Цифры у тебя никогда не сходятся, — замечает Гром.
— Ну вот, сейчас сошлись.
Наталья улыбается.
— Полезный навык, — киваю. — Особенно на переговорах.
Гром уже строит всех в шеренгу.
— Ладно, хватит любоваться. Кросс по залу десять кругов! Игорь, Наталья, Леонид — с нами! Бегом!
— Я не бегала лет десять, — признаётся Наталья.
— Сейчас побегаешь. Организм вспомнит. Вперёд!
И они побежали. Гром сзади подгоняет, краги рядом топают. Сильверы тоже бегут, но легче, почти не касаясь земли. Анна с Марком замыкают.
Наталья выдыхается на втором круге. Гром разрешает ей перейти на шаг, но сам рядом идёт, следит. Игорь держится молодцом — регенерация, видать, не только раны заживляет, но и выносливость даёт.
После кросса — растяжка. Гром гоняет всех по полной. Игорь тянется, морщится, но терпит. Наталья просто садится на пол и смотрит в потолок.
— Всё, — выдыхает она. — Я труп.
— Ничего, — утешает Гром. — Завтра ещё раз. Послезавтра ещё. Через неделю спасибо скажешь.
— Не скажу.
— Скажешь.
После физкультуры — снова черёд магии. Сажусь в центр круга, зову всех.
— Леонид, Игорь, Наталья, садитесь напротив.
Они садятся. Включаю «Чтение». Итак, что же мы видим. Леонид — нити спокойные, ровные, но с тёмными вкраплениями где-то глубоко. Возможно, бывший военный, многое видел, многое пережил. Игорь — нити пульсируют, красноватые, парень злой, но не на меня, на весь мир вообще. Наталья — у неё интересно. Нити мягкие, текучие, как вода, и от них как будто веет осязаемым теплом.
— Наталья, — говорю. — Ты когда на Грома испуг наводила, что чувствовала?
— Пустоту, — отвечает она. — Как будто внутри всё замирает, и я эту пустоту наружу выталкиваю.
— А когда успокаивала того человека?
— Тепло. Представляю, что всех обнимаю.
— Хм. У тебя как будто дар… прямой. То есть… Ты не через нити действуешь, ты сразу в эмоции бьёшь.
Она кивает, хотя видно, что не до конца понимает.
— Ладно, теперь эксперимент. Игорь, Наталья, встаньте рядом.
Они встают, переглядываются.
— Попробую создать между вами связь. Чтобы вы в бою чувствовали друг друга.
Концентрируюсь. «Создание договора» — штука сложная, я её фактически только в теории освоил. Надо сформировать нить между ними, но не жёсткую, а гибкую, чтобы помогала, а не мешала. Собираю волю, представляю, как между ними возникает тонкая золотая нить.
Игорь вдруг чихает. Наталья следом. Потом оба одновременно — ещё раз.
— Что за… — Игорь трёт нос.
— Боевая синхронизация чиха, — констатирую я. Гром за спиной ржёт.
— Ничего не чувствую, — говорит Наталья. — Только чихается почему-то.
— Ну хоть что-то. Будем считать, прогресс.
Отпускаю нить. Чихать перестают.
— В следующий раз лучше получится, — обещаю. — Или не получится. Надо тренироваться.
* * *