Страница 32 из 80
— У меня к вам дело, — достаю из кармана список, который мы с Леной набросали вечером. — Нам нужны документы, на семь человек. Чистые паспорта, чистые карточки в базе.
Волкова берёт список, пробегает глазами.
— Это дорого.
— Знаю. Но я помню, вы когда-то делали мне, хм, альтернативные паспорта. Строганов и тому подобное.
— Делали, — она снова вздыхает и откладывает список. — Не я сама, а чиновник. Это он работал с вами, когда вы начинали. Его руками создавалась часть всех тех легенд.
— Звучит хорошо, — делаю глоток чая. — Как бы нам ещё с ним посотрудничать?
— Сейчас он на повышении, в отделе регистрации. Общайтесь теперь с ним напрямую. Всё, что могу сказать.
— Был бы вам очень признателен. Но кстати, ещё такой момент. Вы верно говорите, что сейчас всё перевернулось, и я могу не знать каких-то моментов. Поэтому, извините за вопрос, но я спрошу, забегая вперёд. Какие могут быть предприняты меры, если Белов узнает об этой истории с документами?
— Тогда он пришлёт не патруль, а танки. — Волкова говорит это спокойно, будто обсуждает погоду. — И не только за документы — за один только тот факт, что вы каким-то образом вышли из блокады. Но есть и другой момент: Белову сейчас не до вас. У него император, который только что сел на трон. В его задачах сейчас чистка окружения, наведение порядков, преимущественно новых. Вы — мелкая сошка, хоть и имели статус эксперта при Дворе. Если не будете светиться.
— А вы? — спрашиваю. — Вы теперь для них тоже как мелк… как я?
— Я? — она усмехается. — Я — разменная монета. Но монета, которая знает, где лежат компроматы. — Она встаёт, выходит в другую комнату, возвращается с папкой. — Вот. Это вам.
Открываю, и глаза на лоб лезут. Первая страница — финансирование «Прометея» из императорской казны. Подписи, печати. Дальше — переписка старого императора с Канцлером. И несколько писем, где нынешний император, тогда ещё наследник, упоминается в сводках как «куратор особого сектора».
— Там, конечно, нет его подписей, — говорит Волкова, указывая на эти письма, — но это само по себе уже доказательство, что наследник знал о происходящем по поводу «Прометея», «Переплавки» и не препятствовал. Этого достаточно для… неудобных для них переговоров.
— Зачем вы мне это даёте?
— Потому что я хочу, чтобы вы выжили, — она садится обратно. — Вы по-прежнему для меня тот козырь, который я могу использовать. Если вы выживете и наберёте силу, мне будет на кого опереться, как и вам пока ещё есть на кого. — она подмигивает, имея в виду себя. — Но если вас уничтожат — у меня не останется союзников.
— Прагматично, — говорю.
Она достаёт из кармана визитку, протягивает.
— Вот контакты чиновника. Зовут Виктор Сергеевич. Скажете, что от меня. Он вам всё объяснит.
Беру визитку. Виктор Сергеевич, отдел регистрации, кабинет номер…
В этот момент я краем глаза замечаю движение за окном. Серая «Газель» с тонировкой стоит напротив особняка, на другой стороне улицы. Я её не видел, когда заходил. Или не обратил внимания.
— Княжна Варвара, — говорю негромко, — у вас там гости.
Она подходит к окну.
— А, эти… — вздыхает. — Стоит здесь уже три дня. Это мои проблемы. Уходите через чёрный ход. Там калитка на параллельную улицу.
— А вы?
— Я останусь. Они не полезут. Им приказано следить, не трогать. Пока.
Чёрный ход выводит на параллельную улицу. Здесь тихо, машины вдоль тротуара, «Чтение связей» показывает, что все они пустые, без каких-либо товарищей следящих и наблюдающих.
— Ирина, Леонид, — звоню нашим, — Мы сзади особняка, на параллельной улице.
Через пару минут они появляются из-за угла.
— Поедем сейчас по поводу паспортов, — достаю визитку и уже набираю номер.
Гудок, второй, третий.
— Слушаю, — голос в трубке сонный, но я слышу, как он быстро становится деловым.
— Виктор Сергеевич? Вам звонит тот, кто уже работал с вами. Княжна Волкова сказала, что вы можете помочь.
Пару секунд он молчит.
— Где? — наконец, спрашивает он.
— Назначайте.
— «Метрополис». На третьем этаже, где еда. Стол, скажем, возле колонны, увидите там его. Если будет занят, то какой-то из ближайших. В двенадцать ноль-ноль.
— Буду.
Чиновник кладёт трубку, я убираю телефон.
— Поехали, — говорю. — Леонид, вызови такси.
Через пять минут такси подъезжает. Леонид открывает дверь, пропускает Ирину, потом Грома, садится сам.
— ТЦ «Метрополис», на Ленинградке, — подтверждаю я, устраиваясь рядом с водителем.
Выезжаем. В салоне пахнет дешёвым освежителем и кофе, который водитель, видимо, пил недавно — пустой стакан торчит из подстаканника. Водитель — мужик лет пятидесяти с усталым лицом.
За окном город уже вроде проснулся, но как будто ещё не очухался как следует: светофоры мигают жёлтым, пробки только начинают сгущаться. На Ленинградку выруливаем через полчаса, здесь уже плотно, бампер в бампер, но он лавирует, перестраивается, не дёргаясь.
Рекламные щиты на обочине обещают «скидки до 70%» и «новый вкус любимого йогурта». Под одним из них стоит мужик с табличкой «Сделаем доки любой сложности». Я провожаю его взглядом, пока машина не сворачивает к ТЦ.
— Ваш ТЦ, — говорит шофёр, тормозя у входа.
Выходим. «Метрополис» — стеклянная коробка, которая блестит на солнце так, что приходится щуриться. Из дверей вываливается очередная порция посетителей: кто с чем, кто с кем, пакеты, дети, одна женщина тащит огромную коробку, из которой торчат уши плюшевого зайца.
Проходим внутрь, в атмосферу, пропитанную запахами новой одежды и обуви, дорогой парфюмерией, ювелирным блеском с витрин и чем-то приторно-сладким из кондитерской. Вокруг шум, гам, музыка из динамиков смешивается с голосами продавцов и детским плачем.
Поднимаемся на эскалаторе на третий этаж, сверху забавный вид на весь этот муравейник, но и здесь, на третьем, всё так же — обеденное время, и офисные работники сбежались на перерыв, кто-то сидит с ноутбуком в зоне фуд-корта, кто-то тащит поднос с салатом и соком, пробиваясь между столиками.
Сажусь за ближайший столик у колонны, где договаривались, благо он свободен. Гром и Ирина занимают соседний, Леонид остаётся в стороне, делает вид, что выбирает зарядку в автомате. В двенадцать десять появляется мужчина, который, судя по всему, и есть Виктор Сергеевич. Ничего примечательного — серый пиджак, очки в тонкой оправе, портфель через плечо. Он останавливается, оглядывается, и я машу ему рукой.