Страница 19 из 80
Глава 7
Выходим во двор. Гром ставит дрон на землю, подключается к телефону. На экране появляется изображение с камеры: наши ноги, трава, кусок забора.
— Взлетаю, — оповещает он.
Дрон взлетает с негромким стрекотом. Поднимается метра на три, зависает. Гром осторожно ведёт его по кругу. На телефоне — наш двор, дом, деревья. Картинка рябит, но разобрать можно.
— Выше, — говорю.
Дрон поднимается метров на десять. Теперь видно всю территорию поместья, забор, и вверху — тёмные точки — наши в кавычках «друзья». Висят неподвижно.
— Вижу их, — говорит Гром. — Восемь штук.
Гром начинает поднимать квадрокоптер выше. Метров двадцать, тридцать. Вражеские дроны в кадре становятся крупнее. Они висят ровно, слегка покачиваясь, красные огни мигают.
— Зависаю, — говорит Гром.
Секунд тридцать ничего не происходит. Потом один из вражеских дронов слегка смещается, второй повторяет. Они перестраиваются — медленно, осторожно.
— Заметили, — констатирует Лена.
— Теперь наша очередь.
Гром заставляет наш коптер описать круг. Плавно, не спеша. Вражеские не реагируют. Тогда он делает восьмёрку. Снова тишина. Гром усложняет: резкий подъём, пике, бочка.
И вдруг один из дронов — тот, что висел ближе всех, — срывается с места. Он не атакует, просто повторяет манёвр: подъём, пике, бочка.
— Ого! — вырывается у Анны. — Смотрите, он повторяет!
Гром снова скалится и начинает игру. Он гонит наш дрон вверх, вражеский — за ним. Потом резко вниз, вражеский — следом. Гром делает петлю — вражеский повторяет.
— Давай, давай! — Марк подпрыгивает на месте. — Уделай его!
Второй вражеский дрон тоже срывается с места. Теперь их двое. Они кружат вокруг нашего, имитируют атаки, но в последний момент уворачиваются.
— Смотри, смотри, они его зажимают! — Анна вцепилась в руку Марка.
— А он уходит! — Марк тоже кричит.
Гром ведёт дрон на пределе. Наш маленький серый мечется между двумя чёрными хищниками, уходит от них, закладывает виражи. Вражеские не отстают, но и не нападают — именно играют.
Гром делает резкий разворот, уходит в сторону, один из вражеских проскакивает мимо, потом разворачивается и снова включается в погоню. Наш дрон петляет, выделывает новые фигуры. Вражеские повторяют, но иногда сбиваются, как будто пытаются предугадать манёвр.
— Да они соревнуются! — орёт кто-то из охраны. — Реальные гонки!
Минут пять длится эта воздушная дуэль. Все, кто во дворе, задрав головы, следят за точками в небе. Краги тоже смотрят, их каменные лица повёрнуты вверх. Даже Сильверы вышли из дома и замерли, серебристые глаза блестят.
Скиталец тоже тут. Стоит чуть поодаль, заложив руки за спину, и смотрит в небо так же пристально, как Краги. На его лице — сосредоточенное изучение. Кажется, он оценивает не столько игру, сколько самих железных птиц, их повадки, их реакцию. Заметив мой взгляд, он чуть заметно кивает и снова устремляет глаза вверх.
— Выше! — кричит кто-то.
Гром задирает дрон под самые близкие облака. Вражеские — за ним. Все трое скрываются в серой мгле. Ждём пять секунд, десять секунд, двадцать. Ни один не возвращается.
Спустя полминуты выныривают — наш впереди, вражеские чуть сзади.
— Уходит! Уходит!
Но наш коптер начинает терять скорость — аккумулятор садится. Индикатор на пульте мигает красным.
— Сажаю, — объявляет Гром.
Он осторожно ведёт дрон вниз. Вражеские некоторое время провожают его, один из них зависает на высоте чуть выше крыши поместья, как будто прощается. Затем медленно поднимается и улетает к остальным.
— Есть контакт, — говорит Гром, вытирая пот.
— А если это просто программа? — спрашивает Анна. — Ну, робот.
— Программа не играет в догонялки с азартом. — Гром улыбается. — Там живые люди. Операторы. И они, по ходу, кайфанули.
Пакуем коптер обратно в коробку и расходимся каждый по своим делам.
Петров с Павлом снова в таблицах, хотя они, наверное, и не покидали их. Теперь Павел уже сам пытается вводить данные, Петров поправляет, объясняет. Иногда они спорят — Павел предлагает упростить систему, Петров возмущается, что тогда учёт будет неточным.
Клавдия Петровна на кухне готовит обед. Анна и Марк помогают, но постоянно отвлекаются, перешёптываются, хихикают. Клавдия Петровна грозит им половником, но беззлобно.
Краги с Ириной сидят в углу. Ирина что-то записывает в блокнот — она пытается систематизировать их язык, составить словарь. Краг-старший диктует, Кракш иногда как будто корректирует.
— Он говорит, — переводит Ирина, — что слово «краг» означает одновременно и «камень», и «дом», и «семья». У них нет разделения.
— Удобно, — замечаю я.
— Ещё они говорят, что чувствуют, где под землёй надёжнее. Что там, где мы ходили, в коллекторе, тоже безопасно, можно укрыться не только в подвале, но и там. Если будут бомбить.
— Главное успеть ещё добежать туда… А так, передай им спасибо.
Леонид и Игорь отдыхают после вылазки. Леонид потягивает чай, Игорь просто молча сидит. Наталья подходит к ним, садится рядом, о чём-то тихо говорит, может, проверяет их эмоциональное состояние, заодно тренируя свой Дар.
Обед. Клавдия Петровна накрывает на стол — суп, котлеты, макароны, компот. Все собираются. За длинным столом тесно, но уютно. Ирина снова рядом со мной.
— Сегодня хороший день, — говорит она тихо.
— Посмотрим, — отвечаю. — Главное, чтобы ночь не подвела.
После обеда Гром снова гоняет бойцов. Теперь уже все, включая Леонида и Игоря. Даже Павла вытаскивает в спортзал — посмотреть, на что способен.
Павел мнётся, но выходит. Гром даёт ему в руки учебный автомат (без патронов), показывает стойку. Павел неуклюже повторяет, все смеются, но добродушно.
— Ничего, — говорит Гром. — Научится. У нас школа хорошая.
— Академия, — поправляет Анна.
К вечеру все устают. Клавдия Петровна гремит ужином, Петров с Павлом проверяют запасы, Анна и Марк помогают накрывать. Краги замирают в углу, слушают землю. Сильверы выходят на закат — подпитываются последними лучами.
Не замечаю, как снова оказываемся за столом — уже ужин. Шумно, все обсуждают прошедший день, я, честно говоря, и не особо отдаю себе отчёт, как мгновенно он пролетел. Петров жалуется, что Павел неправильно записывает расход продуктов. Павел оправдывается. Анна и Марк спорят, кто кого переиграл в карты. Гром рассказывает армейские байки, охрана слушает, покатываясь.