Выкованные магией

Глава 4 Ривелин

– Мы знали, что рано или поздно Исвейг пришлет кого-то из своих, – сказал Халдор, прислонившись к двери со скрещенными на груди руками. Он выглядел слишком спокойно в сложившейся ситуации. Эта шавка Исвейга могла все разрушить, но он, кажется, совершенно не воспринимал ее всерьез, чего я совершенно не мог понять. Пусть она и выглядела как тонущая крыса, борющаяся за свое право вдохнуть воздух, но я прекрасно видел силу и уверенность, которые в ней были. Даелла Сигурсдоттир просто не выжила бы в этом мире, будучи заурядной слабачкой.

И она должна была катиться подальше из моей деревни.

Одель, жизнерадостная пикси с темно-коричневым оттенком кожи, черными кудрявыми волосами и трепещущими розовыми крыльями, подлетела к Халдору и ткнула пальцем в его грудь:

– Кажется, ты кое-что забыл. Завтра состоится церемония открытия Игр Середины Лета. Мы не можем позволить одной из зверушек Исвейга быть здесь в это время.

– Все в порядке, – отмахнулся он, лениво растягивая слова. Его кожа, волосы и даже густые брови были огненно-красного цвета. Как у огненного демона, все в нем было горячим, кроме его нрава. Я никогда прежде не встречал огненного демона, да и вообще кого бы то ни было, кто мог бы оставаться невозмутимым перед лицом всего, что мир мог на него обрушить.

Это была одна из причин, по которой народ Виндейла выбрал его членом Совета, вместе со мной за мое непревзойденное мастерство владения клинком и Одель за ее острый ум. Вместе мы помогали этой деревне процветать на протяжении четырнадцати отличных лет. И я не позволил бы нашим людям потерять эту стабильность из-за какой-то назойливой шавки.

– Да как все может быть в порядке? – не выдержал я, упершись кулаками в небольшой стол для совещаний, установленный в задней части здания Совета. Несколько фонарей освещали резьбу на стенах – реликвии, оставленные людьми, которые называли эту деревню своим домом много веков назад. Теперь они ее покинули. – Она вернется в Фафнир и расскажет своему Императору про Игры, а потом он направит на нас целый флот, чтобы захватить наш Остров. Как только он узнает, на что мы способны, он точно захочет заполучить хотя бы часть этого.

– Не просто часть, – поправила меня Одель. – Он захочет прибрать к своим рукам абсолютно все.

– Потому что если Исвейг что и умеет, – продолжил я, – то это захватывать чужие земли.

– Хорошо, – Халдор поднял руки в примирительном жесте. – Давайте проговорим все еще раз. Что конкретно она тебе сказала, когда ты нашел ее на пляже?

Мысленно я вернулся к моменту, когда впервые увидел ее – ползущую по песку и пытающуюся откашляться. Сначала я инстинктивно хотел броситься к ней, чтобы помочь. Элдинг, должно быть, настиг ее корабль, а у нее каким-то образом получилось выжить, что удавалось немногим. Все знали, что из орков так себе пловцы, особенно с учетом того, как их кожа реагировала на воду. Но она была там, передо мной, и явно нуждалась в помощи.

А потом я заметил клинок и имперский символ на ее плече.

– Она спросила о Хрустальных Пиках, – сказал я. – Похоже, она ничего не знала о Хартхевене.

– Видишь? Она охотилась за драуграми на гористых островах, где раньше жили дварфы. Здесь ей делать нечего, – ответил Халдор.

– И все же она здесь, – возразил я. – И у нас не получится сослать ее обратно еще шесть мучительных недель из-за Элдинга. И как раз в это время начинаются Игры. Она увидит все.

Одель задумчиво постучала пальцем по подбородку.

– Мы можем отослать ее в Милфорд или Риверволд.

– Плохая идея, – помотал головой Халдор. – Она просто вернется сюда, когда поймет, что половина их жителей соберется здесь для Игры.

– Тоже верно, – нахмурилась Одель и повернулась ко мне: – Нам нужно убедить ее, что мы здесь не практикуем никакую незаконную магию, и очаровать ее настолько, чтобы она не рассказала своему Императору о нашем Острове. Нам нужно показать, что мы просто маленькая деревушка с мирными людьми, которым не нужны неприятности. Если она поверит нам, она ничего не расскажет Исвейгу.

Я фыркнул и закатил глаза:

– Если бы вы провели хоть немного времени с шавками Исвейга, вы бы поверили в это не больше, чем я.

Халдор пересек комнату и выглянул в открытое окно, через которое в большой зал доносились звуки праздника. Вскоре они стихнут, когда дожди Элдинга прольются над деревней, возвещая о начале наших ежегодных Игр Середины Лета. В этом году у нас было так много гостей, так много претендентов, желающих бросить свою шляпу в кольцо или поболеть за зрелище. В нашей причудливой деревне царила атмосфера возбуждения, а улицы практически гудели от предвкушения.

– Ох-ох, – вздохнул Халдор, возвращаясь обратно к столу. – Элма выставила орчиху из таверны. И она как раз идет сюда в поисках убежища.

– Разумеется, Элма ее выставила. Никто в здравом уме не будет помогать полуорчихе из Фафнира, – сказала Одель. – Все прекрасно знают, кто она.

Они оба сложили руки на груди и уставились на меня.

– И что вы от меня хотите? – нахмурился я.

Одель вздохнула:

– Орки не переносят дождь, да? У нас не получится расположить ее к себе, если она проведет свою первую же ночь на улице. Особенно после того, как она чудом пережила кораблекрушение. Ей нужна еда, сухая одежда и уютная кроватка.

Халдор с энтузиазмом кивнул, а я разразился смехом.

– Нет, не-а. Если вы хотите играть в спасателей домашней зверушки Исвейга, то без меня. Его шавки сделали достаточно, чтобы разрушить мою жизнь. Я не потерплю одну из них в своем доме.

– Просто подумай об этой, Ривелин. – Халдор наклонился ко мне с противной ухмылочкой на лице. – Мы не можем держать ее на улице шесть недель, заставляя бороться со стихией. Из-за этого она точно возненавидит нас. Она будет тут слоняться и точно найдет причины, чтобы рассказать Исвейгу про нас. Кому-то нужно приглядывать за ней и удостовериться, чтобы у нее сложилось о нас исключительно положительное впечатление.

– Тогда ты сделай это, – возразил я. Я поверить не мог, что они действительно думали, что я соглашусь на это.

– Я живу не один, – пожал плечами он. – В отличие от тебя.

– Ты шутишь.

– В его словах есть смысл, – нараспев проговорила Одель. – Люсьен явно будет не восторге, если Халдор приведет в дом красивую орчиху, наемницу или нет. Ты знаешь, какой он осторожный.

Я вздохнул и прямо посмотрел на них обоих.

– Он не будет «приводить ее домой», и я тоже. Вы говорите, что ей нельзя слоняться по деревне? Хорошо. И я не понимаю, какое отношение это имеет к осторожности Люсьена. Ты же не собираешься приударять за ней.