Страница 175 из 374
, и избирается в президиум СП. Весной 1934‑го Толстой заканчивает вторую книгу «Петра Первого» и сразу же пишет сценарий для одноименного кинофильма. А к октябрю 1937‑го завершает первое в советской литературе художественное произведение о Сталине – повесть «Хлеб», формально примыкающую к недописанной тогда трилогии «Хождение по мукам» (второй том был закончен еще в 1928 году). Одним словом, именно в 1933–1937 годах Толстой совершает полную и необратимую трансформацию из писателя-эмигранта, подозрительного «попутчика» – в классика советской литературы и столпа соцреализма.
«Золотой ключик» прочно вписан в этот историко-биографический сюжет. 8 марта 1935 года Толстой пишет жене (тогда еще Крандиевской) в Москву:
Сегодня в Горках читаю оперу [Ю. А. Шапорина «Декабристы», либретто для которой написал Толстой] Ворошилову. Пиноккио читал там же 6-го. Очень понравилось. Там была Мария Игнатьевна [Будберг] <…> Она берет Пиноккио для Англии…
338
[Письма А. Н. Толстого Н. В. Крандиевской / Публ. В. Грекова // Минувшее: Исторический альманах. М.: Прогресс, 1991. Т. 3. С. 303.]
Е. Д. Толстая добавляет к этому известному эпизоду следующую немаловажную деталь:
Именно тогда он [Толстой] решается на гениальный ход: спрашивает у Ворошилова совета, как ему закончить «Хождение по мукам», и тот объясняет, насколько важное упущение сделал Толстой, не показав центральной роли обороны Царицына (в которой участвовал Сталин). Толстой быстро исправляет оплошность и пишет «Хлеб»…
339
[Толстая Е. Д. Буратино и подтексты Алексея Толстого // Известия Академии наук. Серия литературы и языка. 1997. Т. 56. № 2. С. 38.]
Таким образом, дальнейшая работа над проектом «Буратино» идет параллельно с работой над сервильным «Хлебом». Не после этого ли разговора Толстой решает изменить имя героя (и название книги) с «Пиноккио», собственного имени персонажа Коллоди (от итальянского «кедровый орешек»), на нарицательное
un burattino
, буратино, означающее просто марионетку, куклу в кукольном театре – сущность, преодолеваемую героем Коллоди? Во всяком случае до весны 1935 года (как отмечает М. Петровский) Толстой всюду употребляет имя Пиноккио, а Буратино появляется только в последней правке сказки. Эти обстоятельства, как мне кажется, прямо влияют на концепцию и внутреннюю логику «Золотого ключика».
Успешность проекта «Буратино» далеко превзошла ожидания автора. Обильная субкультура, окружавшая сказку Толстого «Золотой ключик, или Приключения Буратино», памятна любому, жившему в советское время. Тут были и многочисленные театральные постановки, и фильмы (мультфильм И. Иванова-Вано, классический фильм А. Птушко, мюзикл Л. Нечаева), и песни (в том числе на слова Булата Окуджавы), и конфеты, вафли, лимонад, игрушки, маски, магазины, настольные и напольные игры и многое, многое другое, не исключая и обширный репертуар, как правило, эротических анекдотов и песенок современного фольклора. Не забудем и о том, что выражение «Страна Дураков» стало общепринятым синонимом «совка» в перестроечное время, что подтверждалось и названием суперпопулярного шоу: «Поле чудес».
Популярности «Золотого ключика» способствовало то, что борьба за неведомое сокровище, разворачивавшаяся между деревянным Буратино и его друзьями с директором театра кукол Карабасом-Барабасом и его присными, была окрашена в цвета классовой борьбы. В изображении Карабаса, по определению М. Петровского, «соединились в нерасчленимый образ черты плакатного буржуя и сказочного злого волшебника»
340
[Петровский М. Указ. соч. С. 207.]
. Дуремар не просто подл, но подл как эксплуататор «бедного человека»: «За четыре сольдо в день я нанимал одного бедного человека, – он раздевался, заходил в пруд по шею и стоял там, покуда к его голому телу не присасывались пиявки» (223)
341
[Все цитаты из «Золотого ключика» приводятся по следующему изданию: Толстой А. Н. Собр. соч.: В 10 т. М.: ГИХЛ, 1960. Т. 8.]
. Описание Страны Дураков строится по канону советских карикатур на «мир капитализма»: здесь зевают от голода тощие собаки в отрепьях, мучаются тощие коровы, шатаются от истощения куры – и «стоят навытяжку свирепые бульдоги», охраняющие покой «сытых котов в золотых очках, под руку с кошками в чепчиках» (214). Власти как Страны (Города) Дураков, так и другого, неназванного города неизменно защищают «богатеньких и почтенненьких» и обижают бедных и слабых. Не забудем и о «классовом» превосходстве Буратино над Мальвиной и Пьеро. Как ребенок трущоб, он не понимает, почему нельзя есть варенье пальцами и пить какао из носика кофейника. Зато, когда надо бороться за выживание, он на высоте. Наконец, отчетливая классовая логика выступает за сюжетной схемой сказки, демонстрирующей победу бедняка Буратино и его бесправных друзей над богачом и «доктором кукольных наук» Карабасом
342
[Модель, заданная «Золотым ключиком», отзывается в сказке итальянского писателя-коммуниста Джанни Родари «Приключения Чиполлино», вышедшей в 1951 году. Ее перевод на русский, сделанный Златой Потаповой под редакцией Самуила Маршака, увидел свет в 1953 году. По нему были сняты мультфильм (реж. Борис Дежкин, 1961), а затем и фильм-сказка «Чиполлино» (реж. Тамар Лисициан, 1973), где Родари (Сказочник) появляется в кадре вместе с дочерью Паолой. В 1974 году в Киевском театре оперы и балета им. Т. Г. Шевченко состоялась премьера балета «Чиполлино» на музыку Карэна Хачатуряна к одноименному мультфильму.]
.
Буратино как трикстер
Буратино с самых первых сцен сказки написан как трикстер. Он проказничает, еще будучи поленом. Однако он не только трикстер, но еще и дурачок (по крайней мере, поначалу)
343
[«Буратино – „дурачина“, новый Иванушка-дурачок „с коротенькими мыслями“ – не зря стал в России народным любимцем: по русским сказочным законам именно дурак не может не найти счастья, он побеждает именно своей глупостью и ничтожеством, которые на деле оказываются нетрадиционным или парадоксальным поведением, „ходом вбок“ – и приносят успех» (Толстая Е. Д. Ключи счастья: Алексей Толстой и литературный Петербург. M.: Новое литературное обозрение, 2013. С. 298).]