Страница 13 из 19
Я послушалась, и он всунул свой член мне в рот. Медленно, но безжалостно, заполняя его до самого горла. Я чуть не задохнулась, но он держал крепко, давая привыкнуть.
– А теперь соси, – снова приказал он, мягко надавив мне на затылок.
Я начала двигаться, обхватывая его губами, проводя языком по головке, чувствуя солоноватый вкус предэякулята. Он был огромным! Я чувствовала, как пульсирует вена на его мощном стволе, как он дрожит от напряжения.
Твою мать вот это член!
Он начал двигаться сам – жестко, ритмично, вбиваясь мне в рот, трахая его без жалости. Я мычала, из глаз потекли слезы, но мне все равно это нравилось. Нравилась его власть, его жадность.
Я чувствовала, как его член набухает у меня во рту еще сильнее, как он ускоряется, и вдруг он кончил прямо мне в рот – горячо, обильно, солоновато-горько.
Я сглотнула, не размыкая губ, и он медленно вытащил влажный член из моего рта и провел им по губам, как долбанной помадой.
– Этот рот создан для меня, – он держал его рукой и – невероятно! – отшлепал меня по щекам. Членом. – Если бы из него поменьше вылетало всякой херни – было бы идеально…
Что на такое ответить? Сесть ему на лицо и сказать, что из его рта иногда выходит не меньше хрени?
Пока я думала, он подхватил меня под руки и швырнул на кровать, как будто ему это вообще не стоило никаких усилий.
– Я только начал веселье, Светлова, – говорил он, поднимаясь ладонями по моим ногам, бедрам, зацепил резинки трусиков и рванул их вниз. Тонкое кружево жалобно треснуло. – Если есть возражения – говори сразу.
Я осталась голой, дрожащая, влажная. Он навис надо мной, раздвинул мои ноги коленом и ждал мой ответ.
– Не дождетесь, – сказала я каким-то чужим охрипшим от возбуждения голосом.
И вошел в меня резко, одним толчком, я была мокрой настолько, что хлюпало.
Я закричала от этого ощущения его во мне – он заполнил меня целиком, до предела, растягивая стенки влагалища своим здоровым членом.
– Нежным я не буду, Светлова, готовься… – простонал он, вогнав в меня свою дубину до чертовых искр из глаз.
Он начал двигаться, безжалостно, глубоко, быстро, и я выгибалась под ним, впиваясь ногтями в простыни.
– Ты… меня… довела… – рычал он сквозь зубы, вбиваясь в меня снова и снова, в ритм каждому слову. – Я уже не соображаю ничего!
Я кончила неожиданно, бурно и ярко, но он не дал мне прийти в себя. Перевернул меня лицом в подушки, заставил встать на четвереньки. И вошел сзади – еще глубже, еще жестче.
– О, черт! О твою ж мать…
Я застонала в подушку, чувствуя, как он заполняет меня целиком, как его яйца шлепают по моему клитору, посылая разряды удовольствия. Он вбивался в меня, рыча как зверь, грубо, дико, необузданно.
И вдруг он потянулся куда-то в сторону и нашел мой вибратор.
– Оближи, – приказал он, поднеся его к моему рту. – Обильно.
Я послушалась, облизала своего красавчика не жалея слюны. А он включил его на полную мощность.
– Если ты думала, что веселье уже началось, то ты ошиблась, – выдохнул он, и, не вынимая члена, вставил вибратор в мой анус. – Вот сейчас будет весело.
Я бессвязно закричала. Ощущение было нереальным – его член во влагалище, вибратор сзади, он двигался, насаживая меня на оба, и я кончила сразу, резко, сильно, содрогаясь всем телом.
В глазах потемнело. Но он не остановился, продолжал вбиваться, снова и снова доводя меня до нового оргазма, пока я не потеряла счет времени, чувствуя только его член, вибрации в отверстии выше и запах пота и секса, и эту дикую, пьянящую свободу полного падения. И веселья, что уж скрывать.