Страница 7 из 77
Пусть я тут со всех сторон пострадавшая, но объясняться с полицией (и, вполне возможно, отдать ей пресловутые бумаги) мне отнюдь не хотелось. Слишком уж странным и туманным было всё происшедшее. Себ послушно двинулся за мной. Почти бегом мы пересекли улицу, свернули за угол, потом ещё раз. За очередным углом открылась витрина сетевой кофейни, и при взгляде на выставленные в ней аппетитно выглядевшие пирожные я вдруг поняла, что нестерпимо хочу есть. Я поела на большой перемене, но сейчас уже давно наступило время домашнего обеда, и организм требовал привычной порции. А выброс адреналина голод ещё и усилил.
– Слушай, давай зайдём… Перекусим.
Себ тут же свернул к двери и открыл её передо мной. Несмотря на то, что до вечера было ещё далеко, зал оказался полон, но свободный столик для нас нашёлся.
– Возьми мне капучино, – попросила я, плюхаясь на стул. – И какое-нибудь пирожное. Только не бисквитное! – торопливо добавила я, когда Себ уже повернулся к стойке.
Не стоило, наверно, злоупотреблять его джентльменством, но я чувствовала себя так, словно пробежала марафон. Стоять в очереди, даже короткой, не было ни сил, ни желания. Между прочим, врачи рекомендовали мне избегать стрессов. А ещё они рекомендовали мне длительные прогулки, регулярную гимнастику и режим дня, а я злостно пренебрегала их рекомендациями, оправдываясь перед собой обстоятельствами и нехваткой времени. Ну и я ведь вылечилась, правда? Регулярные обследования не выявляли у меня никаких патологий.
Вернулся Себ и поставил передо мной требуемое капучино и меренговый рулет с фисташками. Себе он взял только чашку чёрного кофе.
– Кто это был? – собравшись с силами, спросила я. – Кто на нас напал?
– Скорее всего, люди Кемпки.
– Кого?
– Яхим Кемпка, по прозвищу Дед – известный в криминальном мире авторитет. Как говорят, занялся легальным бизнесом и отошёл от преступных дел, но, видимо, не до конца, – Себ опустил глаза в свою чашечку и пожал плечами. – Элиашу нужны были средства для его исследований, и он занял денег у Кемпки.
Я открыла рот – и закрыла. Вот так живёшь себе спокойно рядом с, казалось бы, близким человеком, а потом выясняешь о нём
такое
…
– Элиаш… занял денег у мафии?!
– Да, под чужим именем. Он не хотел втягивать в это тебя.
– Но ведь они же знали! Знали, что он мой брат! Откуда?
– Видимо, они как-то выяснили, что Элиаш арендовал ячейку, и следили за тем, кто придёт за содержимым. Полагаю, подкупили работников банка. Один из них нас и сдал – тот самый, что водил нас в хранилище, не зря он отправил нас через парковку, – Себ помолчал. – Хочешь, я убью его для тебя?
– Кого? Работника банка?
– Ну, да.
– Ты рехнулся? Не шути так больше.
– Я не шучу. Нет такого, что я не сделаю ради тебя.
Я поджала губы и ковырнула ложкой меренгу. За освободившийся столик рядом с нами села ещё одна пара. Одно из принесённых ими пирожных было украшено клубникой, и красная мякоть ягод неприятно напомнила мне вид развороченной плоти, которую я видела своими глазами – и получаса не прошло. Сморщившись, я отвела глаза и, чтобы отвлечься, придвинула к себе папку. Элиашево наследство, из-за которого меня только что чуть не похитили. Или не убили.
Братец знал, что делал, отправляя ко мне телохранителя. До сих пор меня не трогали, но теперь, когда они точно знают, что бумаги у меня…
Увы, более детальный просмотр не сделал документы понятнее. Часть бумаг была, видимо, отпечатана на принтере, часть – ксерокопии, кое-где случались пометки от руки. Причём сделанные не только Элиашем – вот этот почерк с сильным наклоном вправо был мне незнаком. Рассуждения о каких-то параметрах, графики расхода энергии и расчёты, расчёты, расчёты… Схема какого-то устройства, диаграммы, перечень оборудования с указанием деталей комплектации и цен на них. Судя по всему, покупка всего указанного и правда должна была обойтись в кругленькую сумму.
Во что ты вляпался, Элиаш – и во что втянул меня? Что это за исследования такие, если пришлось их делать самостоятельно, не полагаясь на помощь университета? Тебе не дали грант, но ты решил во что бы то ни стало добиться своего, а там хоть трава не расти? Элиаш был упорен и упрям, если что-то втемяшилось ему в голову, выбить это оттуда было невозможно, я знала это по собственному опыту. Но настолько утратить здравомыслие?! Как ты собирался возвращать деньги мафиози? Или ты не собирался и думал, что тебе всё сойдёт с рук? Хотя, с таким Стражем… Лёгкость, с которой Себ расправился с четвёркой крепких мужчин, действительно производила впечатление.
Но бумаги – это не единственное, вспомнила я. Вытащила из сумки конверт, а из него фотографии. Лучше бы я этого не делала. Никогда не была поклонницей боди-хорроров, они у меня вызывали тошноту. Снимки же, оказавшиеся у меня в руках, напоминали самые отвратительные кадры из такого рода кино.
– Фу, гадость какая! – я отшвырнула фотографии так, что они едва не свалились со стола. – Это ещё что такое?!
– Такое иногда случается с людьми, если они попадают в Прорыв, – Себ собрал разлетевшиеся фото в одну стопку и снова сунул в конверт.
– В Проры-ыв? Элиаш изучал Прорывы?
Себ кивнул. Я снова придвинула к себе папку и быстро перелистала, глядя на по-прежнему непонятные исследования другими глазами.
Прорывы. Бич человечества с самых давних времён. Наши предки верили, что это злобные духи вырываются из Преисподней, и пытались использовать против них обряды и заклинания. Теперь учёные говорят про регулярно повторяющиеся физические аномалии, флуктуации пространства-времени. Научный подход принёс свои плоды – теперь, как правило, Прорывы гасят в зародыше, и больших бедствий, когда опустошались целые города, или целые области на десятилетия становились непригодными для проживания, не случалось уже лет сто. Зато сами Прорывы стали чаще, словно природа пыталась компенсировать ограничения. К счастью, для каждого отдельного человека вероятность попасть в зону Прорыва оставалась очень мала – в катастрофах и от болезней гибнет куда больше. В нашем городе на моей памяти Прорыв случился только один раз.